Академия волков. Темная кровь - Ульяна Соболева

Дорогой дневник, сегодня я поняла, что попала в самый центр игры, правил которой не понимаю. Кайр защищает меня и дарит оружие, от одного его прикосновения я готова растаять. Рэйвен появляется в моём окне и заставляет сердце биться как сумасшедшее.

И я до сих пор не знаю, кому из них можно доверять.

Но одно я знаю точно — моё сердце колотится определённо не от страха. А от чего-то гораздо более опасного.

"Есть встречи, которые меняют судьбу. Есть разговоры, которые открывают тайны. А есть ночи, когда сердце делает выбор, о котором разум будет сожалеть до утра."

Дорогой несуществующий дневник,

Если бы кто-то сказал мне, что бессонница может привести к ночным свиданиям с красивыми оборотнями в заброшенных коридорах готического замка, я бы предложила ему сократить потребление готических романов. Но вот я здесь, блуждаю по Академии в три утра, потому что сон — это роскошь для тех, чья жизнь не похожа на страшную сказку.

После встречи с Рэйвеном на балконе я металась по комнате как запертый зверь. Сон не шёл — каждый раз, когда я закрывала глаза, перед ними возникали два лица. Зелёные глаза Кайра, полные тепла и загадок. Синие глаза Рэйвена, холодные как лёд и жгучие как пламя одновременно.

Два брата. Два совершенно разных мира. И я где-то посередине, как идиотка, которая не может определиться.

Мила сопела во сне, изредка бормоча что-то неразборчивое. Сара читала даже во сне — её пальцы всё ещё слабо двигались, словно переворачивая невидимые страницы. А я лежала и смотрела в потолок, где тени от свечей плясали свой бесконечный танец.

Серебряный нож лежал под подушкой — холодный, острый, напоминание о том, что Кайр доверяет мне своё оружие. Но почему? Что он во мне видит?

В четыре утра я сдалась. Накинула халат поверх ночной рубашки, сунула нож за пояс и тихо выскользнула из комнаты.

Коридоры Академии ночью превращались в лабиринт теней и шёпотов. Факелы горели тусклее, их пламя трепетало на сквозняках, создавая причудливые силуэты на стенах. Портреты в золотых рамах казались живыми — их глаза следили за каждым движением, а губы шевелились в беззвучных разговорах.

Идеальное место для полуночных прогулок. Жаль, что у меня нет склонности к самоубийству.

Я бродила без цели, позволяя ногам вести меня куда угодно. Каменный пол был холодным под босыми ступнями, а воздух пах воском, старыми книгами и чем-то ещё — чем-то диким и первобытным.

Запах хищников. Даже когда они спят, Академия помнит, кто здесь хозяин.

Мои шаги привели меня в восточное крыло, в ту часть замка, которую студенты редко посещали. Здесь коридоры были уже, потолки — ниже, а тени — гуще. Витражные окна изображали сцены охоты: волки, преследующие оленей, люди с луками, целящиеся в зверей.

Или зверей, целящихся в людей. В этом месте сложно понять, кто охотник, а кто добыча.

Я остановилась у большого окна, выходящего в сад. Лунный свет заливал клумбы с чёрными розами, а фонтан с русалкой отбрасывал зловещие тени. Где-то вдали завыл волк — протяжно, печально, и звук этот пробрал до костей.

Дикие. Рэйвен говорил о диких оборотнях в лесу. Интересно, сколько их там? И насколько они голодны?

— Не можешь спать?

Я подпрыгнула и обернулась. Из тени колонны вышел Кайр, его силуэт был едва различим в полумраке. Он был одет в тёмные джинсы и чёрную футболку, волосы растрёпаны, словно он тоже ворочался в постели без сна.

Боже мой. Даже растрёпанный он выглядит как греческий бог.

— Кайр? — мой голос прозвучал хрипло. — Что ты здесь делаешь?

— То же, что и ты, — он подошёл ближе, и лунный свет упал на его лицо, подчеркнув точёные скулы и полные губы. — Борюсь с бессонницей.

Его губы. Зачем я смотрю на его губы?

— Плохо спится в новом месте, — соврала я.

Он остановился рядом со мной, настолько близко, что я чувствовала тепло его тела. Запах его кожи — древесный, мужской, с едва уловимыми нотками чего-то дикого — окутал меня, заставляя сердце биться быстрее.

Сосредоточься, Алая. Это просто разговор. Обычный, невинный разговор.

— Думаю, дело не в новом месте, — сказал он тихо, его голос был как бархат в темноте. — Ты выглядишь... взволнованной.

Его зелёные глаза изучали моё лицо с той же интенсивностью, с какой исследователь изучает древний артефакт. В этом взгляде была нежность, но также и что-то более тёмное — желание, которое заставило моё дыхание сбиться.

Взволнованной? Если бы он знал, как сильно он сам меня волнует...

— Просто много думаю, — ответила я, стараясь сохранить равнодушный тон.

— О чём?

О тебе. О твоём брате. О том, что происходит с моим сердцем, когда вы рядом.

— О жизни, — уклончиво сказала я. — О том, как быстро всё изменилось.

Кайр кивнул, его взгляд стал понимающим.

— Перемены могут пугать, — согласился он. — Особенно когда ты не знаешь, что ждёт впереди.

— А ты знаешь? — спросила я, повернувшись к нему лицом. — Что ждёт впереди?

Что-то тёмное мелькнуло в его глазах — боль, которую он тщательно скрывал.

— Не всегда, — признался он. — Иногда будущее... непредсказуемо.

Мы стояли молча, глядя друг на друга. Между нами пульсировало напряжение — электрическое, почти осязаемое. Его взгляд опустился на мои губы, задержался там, и я почувствовала, как по телу разливается жар.

Он собирается меня поцеловать. И я хочу этого больше, чем следующего вдоха.

— Алая, — прошептал он, поднимая руку и осторожно убирая прядь волос с моего лица. Его пальцы задержались на щеке, поглаживая кожу большим пальцем.

Этот простой жест заставил моё сердце биться так громко, что казалось, оно слышно на всю Академию. Я закрыла глаза, наслаждаясь его прикосновением.

— Что ты со мной делаешь? — прошептала я, не открывая глаз.

— То же самое, что ты со мной, — ответил он, его голос стал ещё тише, более хриплым.

Я открыла глаза и встретилась с его взглядом. В зелёных глазах плескались эмоции — желание, нежность, что-то похожее на боль.

— Я не должен, — прошептал он, но не убирал руку.

— Почему?

— Потому что ты не знаешь, кто я на самом деле. Потому