Вампирская академия. Холодная страсть - Нина Любина

— Я сейчас, — выдохнул он.

Я не остановилась. Наоборот, усилила напор, чувствуя, как он пульсирует на языке. Он застонал в голос, дернулся, и я ощутила горячую струю во рту. Соленую, густую. Я сглотнула, не останавливаясь, продолжая ласкать его, пока он не обмяк.

Несколько мгновений он стоял неподвижно, тяжело дыша. Потом открыл глаза и посмотрел на меня. В его взгляде смешались довольство и изумление.

— Это не то, чего я ожидал, когда звал тебя сюда, — прохрипел он, возвращая брюки на место.

Я так и сидела на коленях, разгоряченная до предела. Мне хотелось еще. А в его взгляде плескалась игривость.

— Что? — буркнула я неудволетворенно.

Он сел напротив меня на колени и наклонился к моему лицу:

— Ты думаешь, что так я забуду, о чем мы разговаривали до?

Его глаза блестели.

— А о чем мы разговаривали? — переспросила я, хотя прекрасно помнила.

Наши лица оказались совсем близко. Он положил ладонь мне на колено и теперь двигался по ноге выше.

— Раздвинь ноги, — сказал он четко.

От приказного тона по моей коже побежали мурашки. Александр продолжал испытующе смотреть мне в глаза. Он следил за моей реакцией. Он видел, как мне это нравится. Его пальцы заскользили по моему белью. Оттянули край резинки. Мне пришлось немного отклониться, чтобы ему было удобнее двигаться. Он наклонялся ближе, пока его пальцы проникали в меня.

Когда он начал ритмичное движение рукой, я уже не могла сдерживаться. Стонала. Вся надежда была на то, что наша группа достаточно далеко, потому что казалось, что меня слышно в соседнем городе. Александр как назло меня не сдерживал, он подпитывал мое безумие.

Чтобы не закричать от удовольствия, я прикусила губу. Веки прикрылись невольно. Все тело горело от нарастающего напряжения.

Александр же прямо у моего уха вдруг заговорил:

— Так и что? Как насчет того, чтобы обсудить интересное?

Я распахнула глаза, но всего на секунду. Потому что мне было слишком хорошо, но пришлось ответить, ведь я испугалась, что он остановится:

— Что?

— Ты же догадалась, чего я хотел, — продолжал он шептать в мочку моего уха. Он провел по ней языком, а потом продолжил: — Ты поняла, что я хотел предложить встречаться.

Я напряглась бы, но не могла. Вцепилась в его руку, чтобы он не смел сбавлять скорость. Хотелось умолять его дать мне кончить. Он это отлично понимал, потому что игрался со мной. Мучил меня. Растягивал процесс.

— Так и что, Селена, ты согласна?

Я видела его чертовски привлекательную улыбку, видела, что он делает. Чувствовала, какое удовольствие он получал, заставляя чуть ли не умолять на коленях. Что иронично, ведь я и так на них сидела, пока его пальцы двигались во мне.

— Да, — выдохнула я, он ускорялся почти незаметно, но этого хватило, чтобы меня накрыло мощной волной оргазма. — Да, да, — повторяла я, пока мое тело содрогалось.

Он придержал меня, не давая от бессилия завалиться на дорожку. Медленно, он вышел из меня и произнес довольно:

— Так бы сразу, а то смутила меня. Я аж растерялся.

С моих губ сорвался смешок:

— Ты? Не помню, чтобы ты был скромником.

Он улыбнулся широко:

— Ты много обо мне не знаешь, как и я о тебе. Но это мы и будем исправлять в ближайшее время.

Я получила поцелуй в висок, а затем он помог мне подняться. Мы провели большую часть времени на дорожке (особенно я), поэтому ноги наши перепачкались в песке, которым те были отсыпаны. Как бы Александр старательно не приводил мой внешний вид в порядок, ему это так и не удалось. Поэтому на окончание пары мы так и не вернулись, отправились к Александру, чтобы принять душ и привести себя в порядок.

Мы шли, он держал меня за руку и я не могла поверить в произошедшее. Не в минет и дальнейший петтинг, конечно. В них то я как раз легко верила. Нереальным казалось предложение встречаться.

Он сам это предложил? Он что, действительно этого хотел? Со мной?

Здание, к которому мы подошли, оказалось отдельным корпусом, соединенным с основным перемычкой коридора. Оно не было таким монументальным, как главное, но тоже было старым, с высокими окнами и остроконечной крышей. Над входом горел тусклый фонарь, хотя на улице уже утро.

— Вампирское общежитие, — пояснил Александр, прикладывая ладонь к металлической пластине у двери. Та бесшумно скользнула в сторону. — Людям сюда не стоит ходить без приглашения. Серьезно, вампиры очень ревностно относятся к своей территории. Никогда не заходи на территорию вампира без приглашения.

Я кивнула, затем шагнула внутрь и замерла.

Холл оказался просторным, с мраморным полом и высокими колоннами. В центре бил фонтан, но вместо воды в нем струилась какая-то темная жидкость, пахнущая травами. Вдоль стен стояли кожаные диваны, на которых лениво развалились несколько вампиров. При нашем появлении они подняли головы, и их взгляды впились в меня с хищным любопытством.

— Забей на них, ты же со мной, — бросил Александр мне, даже не глядя в их сторону.

Он потянул меня к лестнице, ведущей на второй этаж. Мы прошли по длинному коридору, и остановились у массивной двери без таблички. Александр снова приложил ладонь, и дверь открылась.

— Заходи.

Я переступила порог и оказалась в просторной гостиной. Высокие двухуровневые потолки, темные деревянные панели на стенах, мягкий свет от витражных светильников. В центре стоял огромный угловой диван, обитый черной кожей, а напротив него стена, полностью занятая плазмой. Дубовый журнальный столик, несколько кресел, стеллажи с книгами. Справа виднелась открытая кухня с барной стойкой. Слева лестница, ведущая на второй этаж.

Меня это удивило. Я думала, что у них будут просторные комнаты, но не древние же двухуровневые пентхаусы.

— Не многовато места тебе? — пошутила я, обводя взглядом шикарное помещение.

Здесь было столько всего, что я не могла сосредоточиться на чем-то одном.

— Это блок, рассчитанный на шестерых, — пояснил Александр, закрывая дверь. — Но мы живем здесь вчетвером. У каждого своя спальня и ванная, а это общее место сбора.

— Вчетвером? Почему?

Я считала, что удобнее быть без соседей, чем в хоромах. Но эти были шикарными.

Он прошел к дивану и сбросил пиджак на спинку:

— Вампиры всегда живут группами. Для безопасности. Если кто-то срывается, другие рядом, чтобы... ну, ты понимаешь.

Я понимала. Чтобы не дать сорвавшемуся убить кого-нибудь или не дать ему умереть от жажды, если он слишком долго отказывается от крови.

— И кто тут