Месть и любовь травницы - Эмма Серсанд
– Одевайтесь.
Мне подали легкий халат из тончайшего шёлка цвета слоновой кости. Я взяла его в руки и поняла, что под него не надевают нижнего белья.
В прошлой жизни я бы покраснела, сжалась, попыталась прикрыться, сейчас я просто накинула халат на плечи, завязала пояс и подняла глаза на старшую служанку.
– Я готова, – сказала я.
– Ждите здесь, за вами придут слуги.
Я стояла босиком на холодном полу, распущенные волосы падали на плечи, шёлк халата скользил по голой коже при каждом движении.
Я ждала недолго, вскоре дверь отворилась, и вошли двое слуг, они, не гладя на меня, накинули на мои плечи лёгкий плащ, завернули в него и один подхватил меня на руки.
Меня несли через закрытые галереи, когда усадьба уже засыпала, сердце готово было выпрыгнуть из моей груди, оно билось так громко, что казалось разбудит весь дом.
В прошлой моей жизни ничего этого не было. Только тайные встречи подальше от чужих глаз.
О том, что в богатых домах наложница не шла сама к господину, я узнала намного позже...
Идти самой через дворы считалось неприличным, будто сама предлагаешь себя. Наложницу приносили, завёрнутую в шёлк, как драгоценный подарок...
Так, как сегодня несли меня.
Меня внесли в покои господина Пэя и поставили на пол у огромной кровати под балдахином.
– Господин скоро придет, – тихо сказал один из слуг, и они вышли, закрыв за собой дверь.
Я села на край кровати, как полагалось, на самый краешек, показывая свою покорность. Шёлк халата разошёлся на бедре, но я не стала его поправлять. Я сложила руки на коленях и стала ждать.
Он пришёл не сразу.
Я услышала его шаги сначала в коридоре, трость ритмично стучала по каменным плитам. Потом дверь отворилась, и господин Пэй шагнул внутрь.
Он был в домашнем халате, тёмно-синем, расшитом серебряными облаками. Длинные белые волосы распущены, он опирался на трость, но старался держаться прямо.
Увидев меня на краю кровати, он остановился и замер.
Глава 20
Я знала, что сейчас выгляжу хорошо, распущенные чёрные волосы, бледная кожа, светящаяся после масел, тонкий полупрозрачный шёлк, сквозь который угадывается обнаженное тело.
Я сидела смирно и чувствовала на себе его болезненно жадный взгляд.
– Линь Сюэ, – произнёс он тихо, внезапно севшим голосом.
– Да, господин? – пролепетала я, изображая скромность, положенную невинной девушке и опуская ресницы.
На самом деле невинным сейчас было только мое возродившееся тело, а вот разум… Я уже знала и чувствовала раньше то, чего знать нельзя, чтобы сохранить девичьи иллюзии. Он сам научил меня всему в прошлой жизни, хоть и теперь не знал об этом. И сейчас я намного лучше понимала мужчин и их желания.
Господин Пэй подошёл ближе, трость стукнула о ножку кровати и он отставил её в сторону, тяжело опустился, садясь рядом со мной.
Я почувствовала его частое дыхание и руку на своей щеке, теплые пальцы, скользнувшие по скуле, по шее, задевшие край халата.
– Ты пахнешь жасмином, – сказал он. – Это дорогие масла, я специально велел купить их для тебя.
– Благодарю, господина, – ответила я, прекрасно зная, что он врет, он любил казаться любящим и заботливым со своими игрушками, а сам даже покормить нас с Сяо Мэй не распорядился.
Господин наклонился ближе, с наслаждением вдохнул запах моих волос, я сидела неподвижно, позволяя ему делать всё, что он хочет.
Он прикоснулся к моей талии, рука скользнула выше, нетерпеливо сжала грудь.
– Твоя красота сводит с ума, – пробормотал он, и медленно перевел взгляд с груди на мое лицо, потянулся за поцелуем, его рука скользнула ниже, к поясу халата, я медленно подняла глаза, встречаясь с ним взглядом.
Он смотрел на меня с жадностью и нетерпением, но я видела и другое, что-то злое промелькнуло в его глазах, наверное, его уязвлённая гордость. Он хотел меня, но пока еще помнил, чем мне обязан и прекрасно понимал, что обманул меня, наивную деревенскую девушку.
Остатки совести, видимо, еще были в нем живы, но он старательно избавлялся от них.
– Ты жила в такой нищите, а теперь, как моя наложница, будешь купаться в подарках, – сказал он, будто напоминая это самому себе. – Ты должна быть благодарна, я подарю тебе богатую жизнь.
– Я благодарна, господин, – ответила я, чуть наклоняя голову.
– Тогда…
Он не договорил, потянулся ко мне, но я мягко, почти незаметно отстранилась, ровно настолько, чтобы его руки не нашли того, что искали.
– Господин, – сказала я тихо, кланяясь. – Позвольте мне сначала позаботиться о вас.
Он замер удивлённый.
– Обо мне?
– Ваша рана ещё не зажила полностью, – я посмотрела на его ногу, на то место, где под халатом скрывалась повязка.
– Я видела, лекарь приготовил вам травы от боли, позвольте мне приготовить для вас питьё?
Он хотел отказаться, я видела это по его лицу, хотел грубо схватить меня, повалить на кровать и взять своё, доказывая себе, что он здесь хозяин, а я принадлежу ему полностью. Эти травы притупляли боль, но делали его сонным.
И я поспешно добавила, потупившись, – Я просто не хочу, чтобы боль в ноге отвлекала вас от меня этой ночью, не бойтесь, я не дам вам уснуть, – я улыбнулась самой соблазнительной улыбкой на какую была способна.
Он кивнул и я встала, подошла к маленькому столику у стены, где стояли чайные принадлежности, и начала заваривать чай. Лекарь поил его обычным чаем от боли, кора ивы, мята и корень люань, все лекари используют этот рецепт.
Мои движения были плавными, медленными, почти танцевальными. Я чувствовала его горячий взгляд на своей спине, на своих распущенных волосах, на