Там, где цветёт папоротник - Анна Корнова

Утром они уехали из Чечерска.

– Тебе реконструкторы пишут, – Влад протянул телефон, куда пришло сообщение от клуба «Ладожская лодья».

Снежана повертела телефон, потом вернула:

– Прочитай.

– Ты читать не умеешь? – не спросил, пошутил Влад.

– Я наши знаки знаю, а эти не понимаю.

– Уважаемая Снежана, приглашаем Вас на заседание клуба исторической реконструкции. Заседание состоится в эту субботу по адресу, – Вдад прервал чтение, посмотрел на Снежану: до чего хороша! – Вот теперь будут эти реконструкторы нам писать.

– А что там на заседании делают?

– Ничего интересного. Сидят и друг другу скучные доклады зачитывают. С выраженьем на лице, мы сидели на крыльце, – презрительно хмыкнул Влад и вновь залюбовался Снежаной. – Снежка, какая ты у меня замечательная!

– А проводишь меня на это заседание? – девушка словно не замечала восхищение своего спутника. – Раз позвали, значит, я им нужна.

– Да брось ты! – Влад презрительно хмыкнул. – Если нужна, то только для массовости. Мы без них найдём, чем в субботу нам с тобой заняться.

У Снежаны вспыхнули щёки, но она твёрдо произнесла:

– Нехорошо так поступать: люди ждать станут, а я не приду. Они меня на лугу о всяком спрашивали, стало быть, им это надо. Наверное, не всё они узнали. Может, я ещё о чём им нужном расскажу.

– Да ты, Снежа, честолюбива, – хмыкнул Владислав.

– Я не за славой, – покраснев, возразила Снежана, – просто нехорошо не пойти, когда зовут. Или ты о каком их злом умысле знаешь?

– Ничего я про них вообще не знаю, просто время – ресурс невосполнимый, и тратить его на всякую фигню смысла не вижу, – заявил Влад и тут вспомнил, что точно так же говорила ему Светка, когда он собирался заниматься чем-то, по её мнению, неважным. – Но, если хочешь, конечно, отвезу тебя в субботу к реконструкторам.

Настроение у Влада было превосходным, счастье не покидало его с той минуты, как его руки сжали нежное девичье тело. Ещё жило в нём ощущение шелковистой кожи под пальцами, податливости губ. Вспоминал ту невинную, завораживающую покорность, с которой Снежа отдалась его поцелуям. Ни с одной женщиной не испытывал он такого захлёстывающего восторга, как с этой златовласой девушкой. Механические движения, которые вмешивались в память, не могли сравниться с той радостью близости, когда два молодых тела слились воедино в одном чувственном порыве, которому, казалось, не будет конца.

Влад пытался сосредоточится на дороге, а не думать о прошедшей ночи, но ему настойчиво хотелось прикоснуться к Снеже, погладить, притянуть поближе.

– Надо тебе букварь купить, – вслух рассуждал Влад. – Ты считать до каких умеешь?

– Сколько надо, столько и посчитаю, – Снежана удивилась: как можно хозяйство на большом подворье вести, если складывать да множить не уметь?

– Снежка, ты когда брови поднимаешь, у тебя глаза умильные становятся, как у кота из «Шрека». Домой приедем, я тебе этот мультик найду, – и вдруг неожиданно мелькнула страшная мысль: – Снеж, а тебя обратно не могут забрать?

– Не знаю. Мне ведь неведомо, как у тебя под дверью очутилась.

– Ну, и не знай. Я обратно тебя не отпущу!

Заиграл телефон, Влад включил громкую связь, и на весь салон зазвучал ликующий Дашкин голос:

– Владик, у меня две полоски!

– Для зебры мало, для гиены много, – Влад внимательно следил за движением.

– Придурок! У меня не на спине, а на тесте для беременных полоски.

– Поздравляю. А зачем мне эта информация? – Влада стал раздражать этот бессмысленный диалог.

– Себя поздравь. Ты отец.

– Ты непорочное зачатие освоила? – Влад чувствовал себя неудобно перед Снежаной за этот разговор.

– Идиот! Месяц назад я к тебе заезжала, Светке конспекты отдать. Забыл, как мы на диване оказались? И на прошлой неделе, когда Светка от тебя сбежала, не помнишь, что было? Жаль, я тебя голым не сфоткала.

– Я не совсем голый был. Я был одет в презерватив.

– Значит гондон твой был дырявым.

– Даша, вспоминай имена остальных своих партнёров и рассказывай им про свои беременности, а я за рулём, – Влад нажал «отбой».

Снежана понимала по тому, как смело вела Даша разговор, что это не рабыня, не челядинка, а ровня Владиславу, и эта Даша беременная.

– Снеж, забудь, что сейчас слышала. Это до тебя было. Это совсем другое. Я тебе честно скажу: у меня много чего с девушками случалось, но это всё ненастоящее. Я с самого начала понимал и с Дашкой, и с другими, что это так, чтоб кровь играла. Поверь: с тобой у нас иначе будет.

Снежана внимательно слушала, даже кивала, но, когда Владислав завершил свой страстный монолог неожиданно спросила:

– Ты от чада своего отрекаешься?

– Это не мой ребёнок. Любой анализ ДНК подтвердит.

Снежана не знала, кто такие эти анализы ДНК, может быть, волхвы местные. Но мать-то наверняка знает, чьё дитя носит, раз это говорит. В таком святом деле обманов не бывает, Мокша сразу за такую ложь накажет. Имя своё родовое Владислав может дитю и не давать, однако помогать-то растить надо: деточек родить – не веточки ломить. Но указывать Владиславу она прав не имеет, повела себя как девка безродная, отдалась покорно, слова не сказав, ну, что заслужила: теперь должна молчать и ждать, что ещё ей в судьбе напрядено.

Но нельзя, чтобы отец от ребёнка отказывался, тем более Владислав, он ведь добрый, или ей это кажется?