7 женихов не считая мужа (СИ) - Ермакова Александра Сергеевна "ermas"

— Эй, мужик, ты кто? И какого х*я тебе от нас нужно? — Постучал по стеклу, но маньяк не отрывал от меня взгляда бешеных чёрных глаз.

— КИР! КИР! ВЕРНИСЬ! — предчувствуя недоброе, завизжала я.

Ждала какой-то подлянки… В отчаянье дрожала. А маньяк, всё так же, не моргая, ни слова не говоря, поднял руку с пушкой и прижал её к стеклу, за которым стоял МОЙ Кирилл.

Вот тогда моё сердце оборвалось.

— КИР!

Глава 16

Глава 16

POV Кира

Но вместо выстрела, маньяк ударил по газам. “Мазда” с визгом колёс и пробуксовкой рванула вперёд, протаранив Кира и осыпав его пылью. От вида приближающейся машины, я пребывала в ужасе и не видела, что именно случилось с Кириллом. Уж было решила, что маньяк и меня таранить будет, но “Мазда” вильнула в узкую щель между “Порше” и обочиной. Долю секунды мы смотрели друг на друга а потом я увидела дуло пистолета.

Кажется умерла в тот же миг, забыла, что нужно дышать и вздрогнула аккурат с выстрелом и звоном стекла.

Темнота… Животный страх… Но боли не было…

— Кира! — знакомый голос, вернее истошный вопль Климова, вернул к жуткой реальности под дичайший стук слетевшего с катушек сердца. Оно грохотало так громко, что я почти оглохла. Смаргивала ужас, истерично соображая, живая я или мертва? Болит ли где-то… Но с удивлением осознала, что всё нормально, хоть и трясло меня крупной дрожью. Когда дыханье чуть выравнивалось, запоздало вспомнила о Кире. Он был жив! Бледен, морщился, придерживая руку, но распахивал дверцу машины с моей стороны.

— Ты как? — вытаращился на меня, жадно хватая воздух ртом.

— Н-нормально, — язык не слушался, видимо, я ещё не отошла от потрясения. Перевела взгляд на его руку, которую он слегка к себе прижимал и вылезла на улицу:

— Кирюш, а ты как? — кивнула на него.

— Жить буду! Хотя, едва не обделался! Ублюдок на меня ствол… — сглотнул шумно Климов, — потом на тебя. Я чуть не рехнулся, думал, пизд*ц нам!

— Всё! Не говори такого… — схватилась за плечи друга, больше мечтая оказаться в его объятиях и ощутить, что и правда всё отлично! Что он стена, опора и вечный и несгибаемый…

Лбом уткнулась в его грудь и наконец он меня здоровой рукой к себе чуть прижал:

— Ну всё, будет! Ты жива, я жив…

— Зачем туда вообще попёрся? — меня начало потряхивать от слёз, видимо, шок наконец стал накрывать.

— Хотел спросить, какого хрена ему надо от нас! — пробурчал Кир. Я стояла, закрыв глаза и с упоением слушала как стучало его сердце. Так громко, будто оно было внутри меня. В ушах, в голове, в груди…

И впервые я чётко осознала, что хотела бы, чтобы оно билось вдвое сильнее и никогда не останавливалось. Мне было дьявольски страшно, вот прямо в эту секунду, страшно, что сумасшедший тип вернётся! Что убьёт Кира и я останусь одна…

Почему-то жизнь без моего рыжего чудовища казалась невыносимой каторгой. Лучше самой кануть в Лету, чем лишиться Климова. В ту секунду, когда жизнь именно этого человека оказалась на волоске от смерти, был для меня самым страшным моментом из всего, что мы пережили.

— Если не уйдём сейчас, нас арестуют или затолкают, — пробормотал Кир, и только сейчас я услышала, гул множества машин. Колонна машин с нашей стороны начала ход и уже были видны первые участники пробки.

Без лишних слов, паники, обнимашек расселись, перед этим наспех отряхнув кресла от скола сквозного выстрела маньяка. Кир плюхнулся на водительское, я на пассажирское.

— Держи, — вручил бутылку с водой и чмокнул в лоб. — Не забывай больше пить! Ты не одна…

Убила бы его за такую внимательность!

До бабки доехали спокойно. Обсудили вдоль и поперёк погоню. Мужика, и нашу несчастную убитую тачку. Понадеялись, что Киру из этого мира хватит денег на ремонт, а потом прямо за несколько десятков метров до дубков Марь Иванны у нас к чертям собачьим взорвалось колесо.

— Пиз*ец! — подытожил наше приключение Климов и покосился на меня. — Ну что, прогуляемся? — предложил нарочито велело.

— А есть выбор? — скептически подняла бровь.

— Можно насиловать дальше диск, — кивнул Климов.

— Подсаживая Кирилла этого мира на большие деньги?

— Типа того.

— Нет уж, пройдёмся, — торопливо вышла из машины, не забыв прихватить воду и свою сумочку. Мы оставили несчастную машинку, погладили её уже не такие блестящие бока, и пошли навстречу местной магии.

— Мы к Марь Иванне, — проорал Кир ещё на подходе к дубкам. Они, видимо, с такого расстояния не расслышали и пришлось повторять.

— Русским духом пахнет! — проворчали в ответ дубки, всё тем же шелестением.

Ну прямо как в песне: “Я спросил у Ясеня…”

— Иди к чёрту! — с чувством отозвался Кир, махнул рукой и остановился, чтобы терпеливо ждать, пока магия свершится.

Марь Иванна уже тут как тут, стояла вся такая тоненькая и гибкая, с сигаретой в мундштуке и с бокальчиком вина.

— Ну здра-асте, — промычал Кир.

— Забор покрасьте, — язвительно парировала неумолимая Марь Иванна и вздёрнула бровь: — Вы что, тачку сломали?

— Есть такое, — недовольно буркнул Климов.

— Ага, — рьяно и раздосадованно кивнула я, ему подпевая.

— Ироды, — сделала приличный глоток вина и покачала головой: — Это ж “Порш”! Мне за него башку открутит ваш красавчик! Боюсь, за такое… даже сексуальных услуг маловато будет.

Мы с Киром переглянулись задумчиво-настороженно, а бабка на своей волне:

— Ну да ладно, хрен с ней. Пошли в дом!

И мы, как нашкодившая малышня, поплелись в домик “бабушки”, есть пирожки, пить чай и слушать нравоучения.

Марь Иванна тут же принялась МЕНЯ осматривать, и это при том, что хуже и грязнее выглядел Кир, и пострадал куда серьёзней.

Баб Яга потрогала мой лоб, пульс, прощупала лимфоузлы, а потом прижала тонкие пальцы к животу.

— Ммм… ну вроде есть чё-то… ну не знаю чё… Ну не зверушка вроде… Живая вроде… Чёт шевелится, — у Марь Иванны из этого мира, и пусть она утверждала, что везде она одна, было в речи слишком много “чё” и “ну”. Хотелось пожурить за безграмотность, но я промолчала. Она нам здорово помогала. Зачем лезть с нелепыми замечаниями и наблюдениями.

— Ладно! — великодушно брякнула Баба Яга и опять сделала глоток винца. — Не убила ребёнка и слава богу. Абсент не дам! — тотчас добавила, хитренько улыбнувшись. — И тебе не дам… — ткнула в Кира, но выдержав секундную паузу, вновь заулыбалась: — Абсент!

А вот эту Марь Иванну узнаю!

Кокетка очень средних лет, ближе к почтенным годам, подмигнула Климову, вспушила пальчиками волосы и продефилировала через всю комнату к самовару, который привычно пыхтел.

— В баню! Живо! Потом есть и спать. Утро вечера мудренее…

— Мы можем по-очереди, — пробормотал он, но я покачала головой и схватила его руку.

— Я до сих пор вижу перед собой эти бешеные глаза. Не хочу одна! Боюсь… Если там отключусь и начну всякое видеть… вдруг оно не только… ну ты понял.

— Не очень, — брякнул Кирилл, но не отказался.

А уже на пороге баньки, — где же ещё? — меня настигли воспоминания нашей с Киром ночи, вернее ночи четы Климовых.

Вот теперь я поняла суть происходящего и заминку друга.

И пусть одета! Пусть Кир одет! Пусть я могу его не слушать если захочу, но если вспомнить всё… Я проснулась под ним, кончила. Потом мы спали в одной кровати. Потом… я чуть его не потеряла.

И последнее чего мне хочется сейчас это видеть его, а самое последнее… отпустить от себя хоть на шаг!

Вот такая я сама себя не понимающая женщина!

— Всё нормально, Кирюш? — пробудил от лихих мыслей тихий голос Кирилла. Я сглотнула сухим горлом и решительно кивнула:

— Пошли. Просто… не думай!

— Ты о чём? — Кир напрягся, а я постаралась выглядеть непринуждённой, насколько это было возможно.

— Ну всякого не думай, всё хорошо будет! Просто баня! Полок! Пар! Отдохнули! Восстановились… Пошли дальше. Головы не забиваем! Вперёд!