Попаданка особого назначения - Ирэн Васильева

— Да потому что я девушка по природе своей запредельно любопытная. Шумные разборки посреди ночи — мой главный триггер.

— Это я, признаться, заметил ещё в лесу при первой встречи, — вздохнул он.

Я подошла к мужчинам ближе, игнорируя хруст снега под ногами.

— Так что у вас тут произошло, пока я досматривала третью серию снов про Серебряного короля?

Альвар несколько бесконечных секунд хранил зловещее молчание, словно решая, стоит ли посвящать попаданку в государственные тайны. Потом всё-таки нехотя ответил:

— Барьер. Мы зафиксировали аномалию.

— И что с ним не так? Сломался?

— Он изменился, Неля. Прямо на наших глазах, буквально полчаса назад.

По моей спине моментально пробежал ощутимый, липкий холодок. И его первопричина на этот раз была вовсе не в паршивой горной погоде. В памяти мгновенно всплыли слова дракона из кошмара: «процесс запущен».

— Изменился в какую сторону? — я нахмурилась. — Стал слабее и открыл нам проход?

— Наоборот. Он стал в разы сильнее. Плотность защитных потоков выросла до критического уровня.

— Это... очень плохо, да?

— Очень, — мрачно отрезал маг и посмотрел куда-то в сторону чернеющих провалов гор. Туда, где во тьме ночи пролегала невидимая глазу стена древней магии Первой эпохи. — Такое ощущение, Неля... Будто кто-то на той стороне Барьера внезапно чётко понял, что мы идём. И целенаправленно заблокировал нам единственный безопасный проход. Только нам…, не тебе. Та магия что в тебе копится пропустит тебя без проблем. А вот нас…

Я сглотнула подступивший к горлу ком. Безумная ночная метель за пределами нашего лагеря внезапно показалась мне самой мелкой, ничтожной и неважной проблемой на свете. Нас выслеживали. Кукловод сделал свой ход и убирает преграды на своём пути.

А в следующую секунду из непроглядной, глухой темноты каньона донёсся далёкий, раскатистый звук. Очень далёкий, но отчётливый. Он был похож на утробный, яростный рёв, но только совершенно точно не драконий. В нём не было величия крылатых — только слепая, голодная и первобытная агрессия.

И от этого леденящего душу эха мне почему-то стало так не по себе, что подкосились колени. Очень жутко стало. Настолько, что даже обычно высокомерный и спокойный Альвар за долю секунды побледнел до цвета окружающих нас сугробов. Притихший командир гвардии беззвучно положил ладонь на эфес меча.

— Что... что это, блин, сейчас вообще такое было? — тихо, с трудом выдавливая слова пересохшими губами, спросила я.

Маг медленно поднял голову, вглядываясь в метель, и его голос прозвучал как эпитафия:

— Вот это... — глухо произнёс он. — Я очень, искренне надеюсь никогда в своей жизни не узнать лично.

В этот же миг Метка на моем запястье резко, болезненно запульсировала серебром, словно отвечая на этот далекий, жуткий призыв из темноты.

Интерлюдия

Северные горы. Место, куда уже много веков не проникал даже самый слабый, робкий солнечный свет. Место, полностью забытое самим неумолимым временем. Мрачное, глухое место, которое давным-давно должно было стать вековой могилой для древней магии, но так ею и не стало.

Тяжёлые, мерные шаги гулким эхом разносились по циклопическому пространству огромной подземной пещеры. Высокая, худощавая фигура в тёмном плаще медленно, круг за кругом обходила гигантскую каменную статую дракона. Снова и снова. Словно терпеливый хищник, неусыпно наблюдающий за своей пленённой, обездвиженной добычей.

Под ногами незнакомца при каждом шаге тускло, неровно вспыхивали высеченные на граните древние руны. Они мерцали багровым светом, будто сами чувствовали приближение чего-то неизбежного и страшного.

Фигура наконец остановилась у самого края кольца чёрного пламени. Медленно подняла голову и уставилась на окаменевшего гиганта. Даже сейчас, закованный в безжизненную гранитную броню, Серебряный король выглядел монументально и величественно: широко расправленные крылья, гордо поднятая голова и застывший, упрямый взгляд пустых глазниц. Будто он до сих пор, спустя тысячи лет, наотрез отказывался признавать своё поражение. Прошли долгие века, но гордости у этой древней рептилии меньше не стало.

— Они идут, — тихо, леденящим душу шёпотом произнёс незнакомец.

Мрачные своды пещеры тут же послушно ответили раскатистым эхом:«...они идут... идут... идут...»

Под глубоким капюшоном на бледных губах появилась едва заметная, хищная ухмылка. — Всё продвигается именно так, как я детально рассчитывал в своих черновиках. Шаги просчитаны идеально.

Мужчина неторопливо протянул руку вперед, раскрывая ладонь над чёрным огнём. В затхлом воздухе над его пальцами мгновенно возник и задрожал крошечный серебристый огонёк — маленькая, чистая искра силы. Одна из бесчисленных искр, разбросанных когда-то по континенту.

Фигура заворожённо наблюдала за её ровным лунным свечением несколько секунд, а потом медленно, властно сжала пальцы в кулак. Искра с тихим хлопком растворилась в воздухе. Но на её месте тут же сама собой появилась новая. Потом ещё одна. И ещё.

С каждым прожитым днём этих серебряных светляков вокруг каменной туши становилось всё больше. С каждым днём. С каждым новым, трудным шагом рыжей девчонки к этим проклятым горам. С каждым её испуганным вдохом. С каждой крошечной каплей Силы Владыки, которая медленно, но верно возвращалась туда, где она изначально должна была оказаться — в живой человеческий сосуд. Неля Соколова собирала для своего палача идеальный, концентрированный урожай магии, даже не подозревая об этом.

— Ты ведь чувствуешь это, правда? — тихо, с леденящей душу нежностью обратился мужчина в плаще к монументальному изваянию. — Ну конечно же, чувствуешь. Кого я спрашиваю.

Ответа из пустых, провалившихся гранитных глазниц, разумеется, не последовало. Но незнакомца это ни капли не смутило и не задело. За последние долгие столетия вынужденного одиночества под этими холодными скалами он давно и прочно привык разговаривать сам с собой. Или с теми, кто физически не мог ему ответить, будучи замурованным в каменный кокон.

— Твоя великая магия послушно возвращается в этот мир, старый враг. Медленно, по капле, но абсолютно неумолимо.

Он вновь неторопливо, шурша полами мантии, двинулся по кругу, обходя поверженного каменного дракона. Бледные пальцы, испещрённые вязью запретных рун, плавно скользили по холодной, шершавой гранитной чешуе.

— Иронично, не правда ли? — под капюшоном послышался сухой, издевательский смешок. — Твой самый последний, отчаянный предсмертный план в итоге оказался самым полезным и ценным именно для меня. Ты ведь тогда искренне верил, что совершаешь благое дело. Ты разорвал свою Силу Владыки и разбросал её по всему миру только для того, чтобы я никогда — слышишь, никогда — не смог собрать её воедино и присвоить себе. И надо отдать тебе должное, древний червяк: ты оказался абсолютно прав. Я действительно не смог. Не смог сделать этого сразу, одним махом.

Шаг. Тяжёлый, эхо разносится под сводами.

Ещё