Покорительница судьбы и сердца дракона - Сусанна Ткаченко

Но вот то, что я подмечаю малейшие изменения на лице этого мужчины и моментально считываю его эмоции, — плохой знак. Значит, я настолько сильно драконом увлечена, что начала чувствовать его на эмпатическом уровне. У меня даже без магии такие умения всегда были, так что ошибиться я не могла. Вар вернулся из дворца чем-то сильно озабоченный и даже раздосадованный.

— Я смотрю, у вас огромный прогресс.

Он тщательно скрывал свое настроение и старался говорить беззаботно. Но меня не проведёшь!

— Да, после ужина будем молоть зерна и варить кофе. Что-то плохое случилось, да, Вар?

Дракон поморщился, вздохнул и сознался:

— К сожалению, Аркантур задумал нечестную игру. Пытается нас обмануть, практически этого не скрывая. Мне предложили такие условия, что даже полному идиоту сразу станет ясно — собираются надуть. И понимают, что я это понимаю. Соответственно, у Аркантура есть что-то новое, нам неизвестное, что усиливает людей, и они хотят нам это продемонстрировать.

Я моргнула и потрясла головой.

— Ничего не поняла, — созналась, — скажи проще. Они требуют от драконов что-то невозможное, если победят, потому что слишком в себе уверены?

— Верно. Но тут дело тоньше. Если перевести с языка дипломатии, они мне сегодня сообщили, что имеют в арсенале что-то делающее человеческих магов сильнее драконов. И это что-то новое. Его никакие допинг-тесты не распознают. То есть король и глава службы безопасности поставили меня перед выбором: либо возвращаться в Дрегон ни с чем, либо готовиться к проигрышу.

Да уж. Дела…

— А ты что?

— А я сказал, что мы согласны. Поэтому у нас совсем мало времени, чтобы вычислить, что за усилитель такой они собираются использовать.

Я рот раскрыла от удивления. Разве это разумно — так рисковать? Мог ведь время потянуть, не соглашаться, пока не докопается до источника дополнительной силы людей. Хотя что я знаю о драконах? Может быть, отказ для драконов — это позор, и Химсвар не мог поступить иначе? А может, он думает, что это всё блеф?

— Мамочка, а сейчас, когда мы уже все познакомились и подружились, можно мне потрогать бороды гномов и крылышки фей? — громко спросила Виласка, доев десерт.

За столом на миг воцарилась неловкая тишина, а потом наши прекрасные помощники начали добродушно хихикать.

Мы чудесно посидели, и все наши работники назвали свои имена и рассказали немного о себе. Я пока запомнила только некоторых — самых разговорчивых.

— А ты прямо всех-всех по именам можешь назвать? Считаешь, что вы уже стали лучшими друзьями и можно просить о таких личных вещах? — уточнила я у дочки.

Виласка, не задумываясь, энергично закивала:

— Конечно! А если забуду, мне Кеплер подскажет. В ответ я могу показать, какие умею делать иллюзии. Я же не просто так прошу.

Неловко вышло. Это меня непосредственность малышки умиляла, но посторонние могли счесть её недостатком воспитания.

— Доченька, но ты ведь не у меня должна спрашивать, это ведь не мои бороды и крыль… — Я не успела договорить.

— Можно? — с затаенным предвкушением перебила меня Ласка, обводя прислугу открытым взглядом.

— Да, конечно, можно, — первой отреагировала Лампия Хваткорук — самая старшая гномка. Ее я запомнила. — Моя борода в твоем распоряжении, маленькая хозяйка.

Виласка взвизгнула от восторга и, соскочив со стула, понеслась к другому концу стола.

— О, ну всё, она нашла себе занятие до самого отбоя, — прокомментировал Химсвар.

— Но гномы мне нужны, — возразила я, — мы хотели кофе смолоть.

— Вы пока достаньте пресс, а я тут все проконтролирую и отправлю помощников к вам в ближайшее время, — заверила дрекса Эйва.

Я глянула, как Виласка с упоением заплетает бороду Лампии в косу, а гномка совсем не раздражена, а даже прикрыла глаза от удовольствия, и, кивнув, поднялась.

— Где пресс? — уточнил Вар, поднявшись следом.

— В комнате через две двери от кухни, я как раз хотела завтра всё подсобные помещения разобрать. Вытаскивайте пресс во двор.

Шаридан отправился с нами, а вот гоб Заковыка поспешил вернуться в кабинет:

— Не усну, пока не приближусь к разгадке, — протараторил и был таков.

Пресс оказался большим и тяжелым. А не пользовались им, по всей видимости, очень давно. Оставалось надеяться, что гномы знают, как с ним управляться.

— Старинный, — протянул помощник Вара, окидывая махину заинтересованным взглядом. — Как поднимать будем? Тут для левитации пространства маловато и потоков воздуха не хватит.

— Я попробую его вытолкнуть, — ответил Химсвар.

Он скинул мне на руки свой пиджак, рубашку (я немного забыла как дышать), протиснулся в подсобку за пресс и опять провернул эту штуку с частичным оборотом! Увеличился на глазах, кожа покрылась бронированной черной чешуей, зрачок вытянулся и лицо изменилось, обретая черты дракона. Страшно ли было на это смотреть? Ни капельки! Это завораживало! Вар мне казался величественно-прекрасным! Я от него глаз не могла отвести, любовалась его мощью, пока он выталкивал старинный механизм в широкий коридор.

Ну а когда пространства оказалось достаточно, он снова стал собой, невозмутимо оделся и поднял пресс в воздух при помощи магии и помощника. Мужчины двинулись на выход из дома, а мое внимание привлёк смутно знакомый предмет, валявшийся под нижней полкой. Видимо, он закатился туда очень давно и не привлекал внимания, потому что был скрыт тяжелой установкой. Если бы не она, Пруфы давно бы прибрали к рукам что-то так подозрительно напоминавшее цветом золото.

Я вошла, наклонилась и вытащила из под полки настоящую джезву! Уставилась на неё, разинув рот! Джезва сделана из меди, с длинной деревянной ручкой. Но это всё мелочи! На боку турки была надпись на английском языке «Кофе 1911»! У меня руки затряслись от того, что перед глазами оказался предмет явно из моего мира! Выходило, что попасть на Олум может не только душа, но и материальные тела! Но как? И что сюда еще занесло? А уж о том, что старый Лайкос прекрасно знал о кофе и в той бутылке хранил именно его, вообще не осталось сомнений. Секрет только в том, почему этот напиток так тщательно скрывают.

Я поспешила во двор, чтобы сообщить Химсвару об удивительной находке.

* * *

А во дворе вместе с драконами ждали уже мужчины гномы и феи. Быстренько же они улизнули из цепких ручек Виласки, оставив свои прекрасные половины отдуваться…

— Мы очистили пресс и проверили, хозяйка.

— Он сломан, но камни нас будут