Сказка для феи-крестной (СИ) - Гаршина Евгения

— Мы услышали тебя дитя. — Легкое шуршание было мне ответом и внезапно удлинившаяся трава, осыпанная пыльцой, сковала тело и утянула под землю, но я знала, что с Алирией все будет в порядке. Иначе и быть не могло.

— Ригард! — Не обращая внимания на остолбеневшего от увиденного, Виссариона, взмахом руки попросила плющ соорудить мне портал во дворец. Загоревшаяся зелень перехода и я уже на пороге ледяного замка. Стража почему-то отсутствовала, что не могло не настораживать. Заглянув в тронный зал, тоже никого не обнаружила.

— Селена, ты вернулась? — Айхо, очень взъерошенный встретился мне на лестнице.

— Все потом, где Ригард?

— Так вы же вместе куда-то переместились. — Айхо смотрел на меня непонимающим взглядом.

— Это была не я. — Короткой фразы было достаточно, чтобы парень нахмурил брови.

— Нужен Ванко. — Айхо озвучил дельную мысль. Мы вместе вышли к порогу замка и плющ любезно перенес нас в княжество.

— Крылатая? Но как? — Ванко был очень удивлен, узрев меня на пороге библиотеки.

— Давай расскажем друг-другу интересные истории после того, как спасем Ригарда.

— Герда. — То ли сказал, то ли прорычал брат Снежного и, схватив меня за руку, призвал буран. Холодные снежинки неприятно били по щекам, но с заданной целью справились. Мы появились на озере, которое показал мне Ригард и с которого пришло осознание, что Снежный король прочно обосновался в моих мыслях. Встряхнув головой, я отогнала воспоминания, наблюдая, как Ванко вмиг сокращает расстояние до Ригарда и Герды, стоявших близко друг к другу, но его отшвыривает метель и заковывает в холодные объятья лед.

— Я люблю тебя. — Слова, которые Ригард сказал, держа в своих руках руки Герды неприятно ранили, но я не Одетт, поэтому переживу.

Трава в том месте, где я стояла удлинилась, отвечая готовностью на мой вопрос, сможет ли она перенести меня к этой парочке. Герда тем временем поцеловала Ригарда и отстранилась, заводя руку за спину. В сжатой ладони мелькнул отблеск острого лезвия, а я, как всегда, не думая о последствиях, вклинилась между этими двумя. С какой-то отрешенностью и будто со стороны наблюдала, как острие вонзается в мою грудь в районе сердца и в этот же миг на поляну врывается Финик и на нас несется вал огня.

— Просыпайся, дитя. — Ласковое касание ветра возвращает меня из небытия.

— Ох и заставила ты этих трухлявых поволноваться. — Звонкий голос заставляет меня повернуться, и я вижу перед собой девушку: кареглазая, темноволосая, с искрящейся на свету кожей.

— Кто ты? — Не узнаю свой хриплый голос.

— Лесная фея, Кордения. — Незнакомка представилась и помогла встать, а затем протянула горсть свежих ягод. — Мы еле успели. Еще чуть-чуть и ты бы точно не выжила. Но лес тебя любит, постоянно ставит нам в пример и говорит, что ты правильная, делаешь так, как велит сердце. Правда и ругается на тебя сильнее и громче. Ты даже не представляешь, какое это зрелище: налетает ветрюган, ветки скрипят, листвой бросаются. Конечно, долго это не длится, ты ведь у него в любимчиках.

Кордения подмигнула и закружилась возле корней тысячелетних исполинов, за что получила веткой по лбу.

— Что я не так сказала? — Она обиженно надула губы и демонстративно отвернулась от дерева.

— Много слов, дитя. Нужно отпустить вашу сестру. Слишком много горя, много волнения. Неправильно. — Ветер тут же донес отрывистые предложения.

— А вас не отпускают? — Я поинтересовалась у юной феи, разглядывая тонкую прорезь на груди домашнего платья. Значит это был не сон, и я спасла Снежного короля.

— Мы сами не хотим. Нам интереснее здесь, тем более можно всегда понаблюдать за событиями. Лес показывает нам. — Кордения пожала плечами.

— Она юна, дитя. Юна и глупа. — Шелест листвы ответил на мой немой вопрос. — Закрой глаза.

— Пока, Селена, еще увидимся! — Звонкий голосок прозвучал на прощание, и я почувствовала, что обстановка изменилась.

Открыв глаза, увидела, как вздрагивают плечи Алирии и как ее муж обнимает маму, пытаясь ее успокоить.

— Мама! — Сглатывая ком, произношу единственно правильное слово.

— Доченька! — Алирия реагирует мгновенно и вскакивает, обнимая меня. — Ты жива. Я боялась, что потеряла тебя насовсем.

Слезы все еще текут по ее щекам, и я начинаю плакать в ответ, сжимая в объятьях родную фею.

Мы наплакались, наобнимались и теперь сидели в саду втроем, распивая чай.

— Идиллия! Бывшая жена, нынешняя жена и яблоко раздора. — Я вернулась в свое благостное состояние, поэтому удержаться от язвительного замечания не могла.

— Какая бывшая? Я женат первый и, надеюсь, последний раз. — Виссарион удивленно покосился на меня.

— Тебе память часом не отшибло? Мы вообще-то женаты были или брак со мной ты расцениваешь, как тренировку умений? — Алирия подавилась малиновым чаем и громко закашляла. «Яблоко раздора» похлопало ее по спине.

— Он ей не сказал? — Сиплым голосом мама спросила у Виссариона, а тот встал и ушел в дом.

— Кто он и что мне не сказал? — Какая-то уж совсем непонятная ситуация разворачивается.

— Брат мой. — Вернувшийся мужчина протянул мне портрет, на котором были изображены два совершенно одинаковых человека. — Я-то думал, почему ты меня так ненавидишь, мог бы и сам догадаться.

Я подняла на него взгляд, полный недоумения.

— А тебя как зовут?

— Гиссарион. И не смотри на меня так, я просто вторым родился, а батюшка мой не придумал ничего лучше, как изменить одну букву в имени.

— Какой же бред, а. — Я просто хлопала глазами. Это что же получается, я нашу с мамой вражду сама выдумала? — А почему ты на мои обвинения так странно отвечала?

— Я думала, что ты обвиняешь меня в том, что я разрушила ваш брак и в том, что вышла замуж за внешне похожего на него человека. — Моя челюсть отвисала все ниже. — Вот и заявляла, что ты пока не знаешь, что такое любовь.

— Я такая дура. — Уткнулась в кружку с чаем, сгорая от собственной тупости.

— Несомненно. — Хмыкнул Гис.

— Хочу предупредить, что у меня осталась возможность плести чары, да и на слух я не жалуюсь. — Корить в слабом уме себя могу лишь я.

— Теперь про Снежного короля. — Алирия старательно прятала улыбку. — Я была той самой бабушкой, которая воспитывала юного Ригарда. Тогда я только-только закончила Академию и это был мой первый крупный контракт. По незнанию я наделала много роковых ошибок, но парня все же защитила. Как могла. Герду тогда звали Эйрда, новое имя она придумала сама и известно оно было лишь моему юному подопечному. Я не замечала в Ригарде изменений, а Эйрду и вовсе не подозревала, поэтому встала на защиту, когда Снежная королева второй раз объявилась в чертогах.

— Что с ней случилось?

— К сожалению, ее уничтожили более опытные феи, стоило ей только напасть на Эйрду, но перед смертью она взяла с меня обещание присмотреть за Ригардом.

— Поэтому ты решила навязать мне контракт?

— Нет, дорогая. — Алирия улыбнулась. — Я просто видела ваши астральные карты и немножко помогла, нацепив нехитрое плетение, не позволяющее вам удаляться друг от друга.

— Да уж, если фея захочет сделать кого-то счастливым, ее ничто не остановит. — Произнес Гис, а мы с мамой перевели на него взгляды. Гис не обратил внимания на наше возмущение, лишь поцеловал мамину руку.

— Ригард же спрашивал у тебя, как от него можно избавиться! Кстати, он знает, что ты та самая «бабушка»?

— Знает и на днях написал мне, что больше не держит на меня зла. Я, уточняла у него, развеялось ли его проклятье. Если хочешь знать, то да. С ведьм оно тоже спало. Эйрда замкнула все на себе, поэтому с ее смертью чары рассеялись. Вот что значит отсутствие образования. — Я усмехнулась. — Если бы я накладывала проклятья, то с моей смертью все было бы еще хуже. А еще Ригард интересовался тобой.

— Не пиши ему, пожалуйста, обо мне. Просто скажи, что я жива и все. — Вспомнилась фраза, которую он сказал Герде. Если любовь настоящая, то ни под какими чарами ты не скажешь этих слов другому человеку.