Кресли Коул - Принцесса яда

- Ты знаешь, что она жива - спросил он - из видений?

- Я не могу видеть будущее, Джексон. И в основном, то, что я вижу, не имеет смысла.

- Расскажи мне об этом.

- Это происходит всегда по-разному. Они... болезненны - сказала я, сильно преуменьшив свои ощущения. - Это чувство похоже на то, когда кто-то бьет тебя по голове.

- Ты готова рассказать мне, про то, что видела раньше?

Нет, Джексон. Я не готова. Так что я не ответила прямо на его вопрос:

 - Я видела мальчика, который говорил что-то, смысла чего я не понимаю. Этот ребенок постоянно учил меня, он с таким же успехом, мог говорить со мной на другом языке, – я все еще чувствовала сильную связь с ним, - в любом случае, большинство увиденных мною вещей, никогда не сбываются.

Но может быть со временем....

- Может быть еще не время.

А Джексон проницательный. Сменив тему, я спросила:

 - На что это похоже, там, на дороге? На самом деле?

Он выдохнул, позволяя мне увести его дальше от разговоров про мои видения.

 - За пределами города можно пройти много дней и не увидеть ни одной живой души. И это к лучшему. Осталось два типа людей - те, которые не хотят иметь с тобой ничего общего и те, что хотят причинить тебе зло - черные шляпы*.

(* черные шляпы (прим. ред.) - имеется ввиду ополчение).

- А внутри городов?

- Много трупов. Большинство выживших, тех, кто умирает сейчас, не хоронят, как обычно, а просто сваливают в кучи.

Меня передернуло от представленной картины:

- Вся остальная местность сгорела, как Стерлинг?

- Нет ничего зеленого, если ты об этом спрашиваешь. Все покрыто пеплом, но не все сожжено. Некоторые места выглядят полосатыми, из-за борозд, оставленных упавшим на землю огнем. C’est. Это жутко

В ответ на мой растерянный взгляд он сказал:

 - Один дом стоит, а другой, рядом, сгорел. Ни с того, ни с сего, как будто прошел торнадо. - Он закрыл капот. Вытерев руки о джинсы, он взял свой арбалет и забрался на сиденье, положив его на колени – запрыгивай.

Когда я забралась к нему внутрь, он сказал:

 - Вы никогда не доберетесь до Северной Каролины, Эви. Это все равно, что отправится прямо в пасть чудовищу.

- Почему ты так говоришь? Из-за Бэгменов?

Он встретился со мной взглядом.

- Может быть, ты никогда не сможешь узнать. Если хорошо попросишь меня, я возьму тебя в Техас.

                Боже, его глаза были по-настоящему завораживающими. Когда я в них смотрела, я представляла, что было бы, если бы мы с мамой отправились с ним на Запад. Ей он уже очень нравился. 

                Я заметила еще одну особенность. Голоса были гораздо спокойней, когда он рядом. Я замечала, что они исчезали, когда было много людей вокруг, которые отвлекали меня. Неохотно я признала, что его присутствие рядом может быть не таким уж ужасным.

- С чего бы это ты стал нам помогать?

- Твоя mere, была добра ко мне.

- Должно быть, что-то большее, чем это.

Ранее я сказала маме: «Джексон не останется здесь, без веской причины.»  Она мягко улыбнулась мне: «Его "причина"? Она в том, что ты красивая девушка, а он восемнадцатилетний парень.»

Неужели он на самом деле любит меня по-своему?

- У меня свои причины. Это все, что тебе нужно знать на данный момент

- Этого недостаточно. Завтра к этому времени она может быть под присмотром настоящего доктора.

Он колебался, вцепившись пальцами в руль, явно борясь с решением. Щелкнув пальцами по фляжке, он сказал:

 - Клотиль пережила Вспышку.

Это было неожиданно.

 - Как? - я вручила ему виски, - и если на то пошло, откуда ты знаешь?

Он рассеянно коснулся своего предплечья.

- Мы не могли остановить это кровотечение. Байк не заводился. И Клотиль отвела меня к подпольному доктору в другом районе, в подвале офиса.

                По иронии судьбы пьяный мужчина, с которым дрался Джексон, сохранил жизни его и Клотиль.

- После Вспышки, Клотиль и я последовали за другими выжившими из Бейсена, чтобы присоединиться к его компании. Он говорил нам о служении на благо ближних, и всякую другую фигню. Но что еще мы должны были делать? Кроме того, он придумал, как починить  машину и мы жаждали оставить пустой район позади. Хотя Клотиль была прекрасным стрелком, резервисты отправили ее на кухню, а меня на поля сражений, охотиться на Бэгменов.

- Ты убивал их?

- Днем мы находили и уничтожали их в укрытиях. Ночью патрулировали, охотясь на живых зараженных. Я убил сотни, - я сузила глаза, но он сказал: - это правда. Если я никогда не увижу другого Бэгмена… С суровым видом он покачал головой и продолжил:

 - Клотиль и я имели кров и пищу, поэтому так мы провели несколько месяцев. Так хорошо чувствовать себя занятым, не обращаешь внимание - он посмотрел мимо меня -  на некоторые вещи. В любом случае, две недели назад это войско - большая задница, выдвинулось во главе с генералом Миловничи. Нам дали выбор: присоединиться или умереть, лидер моего подразделения, сдался под командование генерала. Я думал, что генерал был странным, но двое его детей оказались во главе списка.

- Как?

- Винсент и Вайолет были близнецами твоего возраста, с пустыми как у мертвой рыбы глазами. Они одевались одинаково, говорили одинаково, и даже имели тату, какого-то готского вида, на руках.

- Мы любим тебя. По-своему. - Я изо всех сил блокировала голоса. Черт возьми, они все время были такими тихими.

- Но что мог знать о политике, такой как я? - сказал Джексон. - Я предполагал, что каждый следующий генерал, так же плох, как и предыдущий. В тот раз я, ничего не подозревая, последовал приказу, и вышел на патрулирование. Когда я вернулся, я перешел в армейский конвой, охранять заключенных. Всех девушек и женщин, каждую из них. Я побежал за Клотиль, но они уже увели ее.

- К генералу?

- Non. И это… etrange. (Странно). Близнецы получили ее. - Джексон схватился за руль снова. - Я нашел ее палатку и попытался обезвредить охранников снаружи, их было слишком много, они окружили меня и ударили прикладом в лицо. Когда я очнулся на следующее утро, они тащили меня из помещения для арестованных на расстрел. - Он повернулся ко мне - видишь ли, причина того, что не было заключенных-мужчин, в том, что они  казнили всех мужчин, которые были не согласны. Они делали это на глазах у всех, выстраивая их в линию.

- Что случилось потом? - спросила я затаив дыхание.

- Мне подали знак несколько podnas. (Друзей). Они были готовы помочь мне. Когда я боролся с двумя охранниками, державшими меня, я увидел Клотиль, бежавшую из палатки близнецов с пистолетом в руке. Она боролась за свободу. - Его голос понизился, когда он сказал: - но, Эви она была чертовски сильно избита ими за ту ночь. Кровь шла из ее ушей, носа, разбитой губы. Ее левая рука безвольно висела. Ее глаза были… безумны.