Маврика - Инесса Мизер

любит и тебя. - Маврика загадочно улыбнулась. - Я всё вижу, я не слепая.

-Тоже верно. — спокойно признал он, не пытаясь ни отрицать, ни раздувать значение сказанного. Она чуть подтолкнула его локтем — совсем легонько, по-дружески.

— А теперь иди, — сказала она чуть громче. - Принимай новых членов семьи.

Тарк ещё раз посмотрел на неё — и в этом взгляде было столько благодарности, что она чуть покраснела и тут же отвернулась. Он тихо усмехнулся.

Она - Дарья Сергеевна была как никогда на своем месте. Здесь её жизнь, здесь смысл её существования — не в вечной борьбе с прошлым. Впервые она поняла, что значит любить по настоящему и быть любимой. Впервые смогла простить за свою смерть — за ту, что когда-то казалась предательством, за ту, что оставила её на пороге между мирами. Теперь она видела: та смерть не была концом. Она была началом...

Её семья и друзья были рядом — не идеальные, не безупречные, но свои, до последней черточки родные. А Маврика подарила ей ещё одну бесценную жизнь — такую настоящую, осязаемую, вполне себе приемлемую жизнь воительницы: с тяжёлым клинком в руке, с дорожной пылью на сапогах, с теплом родного плеча рядом.

Тропический остров выдохнул после дневной жары и теперь нежился в мягких сумерках. Воздух стал гуще, пропитался запахом влажной земли, сладких цветов и солёного ветра. Пальмы тянулись к темнеющему небу.

Над водой стелился лёгкий туман, смешиваясь с последними отсветами заката — розово‑оранжевыми, почти нереальными, будто кто‑то пролил на горизонт жидкое золото. Волны лениво лизали берег. Где‑то в глубине леса вскрикнула птица, ей отозвалась другая — и этот короткий, живой диалог только подчёркивал, как тихо стало вокруг.

Маврика стояла у самой кромки воды, босыми ногами чувствуя прохладу мокрого песка. Платье из грубой ткани чуть намокло от брызг, но она не замечала этого — ей нравилось это лёгкое прикосновение стихии, напоминавшее, что она настоящая женщина, прожившая две жизнь и не потерявшая в них себя.