Мой командор - Татьяна Гончарова

Кристан выглядит серьёзно, в его глазах мрачная, всепоглощающая уверенность в правильности выбранного решения.

— Есть ещё то, что тебе нужно знать. Там, на станции, я говорил с императором не только о проблесковиках. Это был долгий разговор. Император тяжело болен, ему осталось не больше года. Он хотел сделать меня преемником. Новым императором.

Распахиваю глаза и замираю от следующей фразы Кристана.

— Я отказался, Мила. Я потребовал от императора освободить меня и выбрать другого преемника.

Облегчённо перевожу дыхание. Почему-то я так рада, что Кристан отказался от того, чтобы стать императором. Очень-очень рада!

— Принц Лорсил уже достаточно окреп и возмужал. Как его наставник, я очень доволен парнем. Отличный будет император.

Я только и могу, что ошеломлённо смотреть на Кристана.

— Мила. Я слишком хорошо знаю эту систему. Для тебя и меня нет места опаснее, чем во дворце, на виду. У меня достаточно денег, влияния, ресурсов, технологий и верных друзей, чтобы спрятать нас в глубинах империи так надёжно, как никто не сможет. И, самое главное, мы сможем жить спокойно и свободно. Найдём себе занятие, придумаем, как оставаться полезными империи. Мысли есть. Вместе выберем.

— Кристан… — улыбаюсь ему. — Я даже и подумать не могла о лучшей жизни.

— Я забираю у тебя возможность стать императрицей, — улыбается Кристан.

— Ты даёшь мне возможность стать счастливой женой и матерью, — улыбаюсь ему в ответ, — и самое главное, даришь мне надежду жить свободно, без страха за себя, за семью, за детей.

— Я рад, что ты не хочешь быть императрицей, — его губы медленно приближаются к моим губам, — не хочу делить тебя с целой империей. Ты вся моя и только моя.

— Я тоже рада, что ты не будешь императором, — шепчу в его губы, чувствуя, как меня затапливает незнакомое, новое, но такое уютное и безопасное счастье. — Не хочу, чтобы ты отдавал себя империи, мой командор. Я же имею право хотеть тебя всего только для себя?

— Имеешь, — Кристан подхватывает меня на руки, — я рад, что ты хочешь. Разрешаю. Я весь-весь твой. Поэтому, моя любимая, — Кристан поднимает меня на руки и сворачивает с дорожки прямо в густую листву, — давай оформляться. Станешь моей женой?

— Я уже говорила, что да, — смеюсь я. — Я и прямо сейчас согласна.

— Отлично, тогда прямо сейчас, — довольно кивает Кристан. — Мы уже подошли к нужному месту.

Я удивлённо осматриваюсь: мы выходим к ещё одному домику, неприметному и уютному. Кристан заносит меня внутрь, а там… роскошный зал, утопающий в цветах и в самом центре — терминал.

Всё-то у него подготовлено…

Замирая от переполняющих меня чувств, вслед за Кристаном я прикасаюсь к терминалу, ввожу свои коды идентификации, подтверждая согласие стать женой Кристана Хэлтора.

Всё официально… Мы и правда сочетались законным браком!

— Милария Хэлтор, — завершив все формальности, говорит Кристан, — как твой законный муж, я требую поцелуй.

Смеюсь, встаю на цыпочки и тянусь к его губам. Кристан наклоняется, и я целую его в губы. Но тут же отстраняюсь, игриво глядя на него.

— Кристан Хэлтор, тебе ведь будет недостаточно одного поцелуя.

Он смеётся и кивает.

— Я очень рассчитываю на то, что моей жене будет одного поцелуя недостаточно.

— Подтверждаю, мой командор, — широко улыбаюсь я. — Недостаточно. Я требую больше одного поцелуя.

Кристан целует меня и медленно поднимает подол моего платья.

Меня затапливает восторгом и желанием. Как же мне с ним хорошо… Как же потрясающе осознавать, что теперь у нас всё-всё будет хорошо!

— В таком случае я требую от жены больше, чем поцелуи. Я забираю тебя в спальню. Там у тебя будет очень много поцелуев, не сосчитаешь.

— Я согласна не считать, — смеюсь я, с восторгом чувствуя, как легко он поднимает меня на руки.

Кристан несёт меня в соседнюю комнату, опускает на широкую кровать.

— Не будем считать, Мила, — шепчет он в мои губы, — будем просто друг друга любить.

Десять лет спустя.

.

— Слово предоставляется почётному гражданину империи, супруге многоуважаемого попечителя нашей академии, куратору пси-направлений, прекраснейшей Миларии Хэлтор! — провозглашает ректор и почтительным жестом показывает мне на место для выступающего.

Я поворачиваю голову и тону в сияющих ярко-синих глазах мужа.

Не обращая внимание на присутствующих, Кристан наклоняется, легко целует меня в губы. Окидывает мои покрасневшие щёки довольным взглядом и встаёт, подавая мне руку. Сам ведёт меня к трибуне.

Пока мы идём, я окидываю взглядом главный зал вновь отстроенной столичной академии. Той самой, на развалинах которой двадцать лет назад мы встретились с Кристаном.

Академия стала ещё прекраснее и удобнее для обучения десятков тысяч лучших псиоников империи.

Кристан — глава корпорации военных исследований и передовых пси-технологий, держит отдельный фокус своего внимания на том, чтобы наполнить академию самым современным оборудованием, сохранять и расширять лучший педагогический состав.

Иногда за нашим традиционным семейным завтраком он посмеивается, что делает это для нашего старшего сына Рирка, а ещё для среднего Луира и для младшенькой Миары, хоть им ещё и не скоро поступать.

Они, кстати, все трое здесь, в первом ряду, рядом с их тётей Линдой, её мужем Дарианом, и их детьми.

Моя дорогая подруга, принцесса Рина, тоже здесь. Как и её двоюродный брат, император Зарийл.

Помню, как мы все удивились категорическому отказу Лорсила стать преемником, ведь Кристан считал именно его лучшей кандидатурой. Но тот заявил, что, как и Кристан, не собирается менять свою свободу на императорские оковы.

Зато, совершенно неожиданно для всех, Зар проявил себя, посерьёзнел и повзрослел. Постепенно принял дела от дяди, а потом и возглавил империю.

В то время мы с Кристаном много путешествовали, занимались друг другом, радовались нашему первенцу и занимались удалёнными консультациями по пси-направлениям.

Судя по озорным искрам в глазах нашего императора, Зар едва удерживатся, чтобы не заявить что-нибудь нам в след.

Всем хорош наш император, только вот держать язык за зубами способен на людях, а в ближнем кругу вечно расслабляется и болтает что зря.

Мы с пониманием: при том колоссальном напряжении, которое Зар тащит, будучи императором, на своих плечах — где ещё он может побыть собой, как не со своим наставником, бывшим командором