Выбор Фатаны - София Бёрк

— Чувствую, — тихо сказала Аннабет.

Пальцы Кая чуть крепче сомкнулись вокруг ее ладоней.

— Хорошо. Не вытаскивай силу наружу. Просто удерживай ее. Тебе нужно запомнить ощущение.

Аннабет сосредоточилась, и вместе с магией пришло другое. Сначала благодарность, — своя, понятная. Как бы Кай ее ни раздражал, он помогал ей. Не бросил после нападения магов, сейчас тратил время, пытаясь научить контролировать силу. Аннабет действительно была ему благодарна.

Но вслед за благодарностью поднялась нежность. Настолько глубокая и чужая, что Аннабет едва не потеряла концентрацию. Она не была похожа на то смущающее притяжение, которое Аннабет испытывала к Каю сама. Это чувство существовало будто задолго до нее. В нем были годы близости, безграничное доверие и тоска. Почти болезненная потребность быть рядом.

Девушка невольно сильнее сжала пальцы Кая. Она знала их историю. Видела обрывки прошлого в воспоминаниях, заключенных в кулоне. Однако одно дело — знать, и совсем другое — почувствовать. Аннабет даже не представляла, что между ними были такие чувства.

Она медленно открыла глаза. Кай находился совсем близко. Несколько мгновений Аннабет просто смотрела на него, все еще не понимая, где заканчиваются ее собственные чувства и начинаются чужие.

И вдруг лицо демона изменилось. Он замер. В зелено-карих глазах Аннабет вспыхнули золотые искры. Их было совсем немного — короткие всполохи, мелькнувшие в радужке, но Кай узнал этот свет мгновенно. Перед ним на одно мучительное мгновение словно стояла уже не Аннабет. Знакомое золото вытащило из памяти другой взгляд, другую женщину, другие руки в его ладонях. Фатану.

Пальцы Кая непроизвольно сжались. Аннабет почувствовала это и одновременно увидела его лицо. Всего секунду назад спокойное, сосредоточенное, теперь оно словно окаменело. И в светло-серых глазах мелькнуло что-то такое, от чего чужая нежность внутри нее отозвалась еще сильнее.

Они разорвали контакт почти одновременно. Кай резко отпустил ее руки, Аннабет отступила. Теплая точка силы мгновенно исчезла, золотые искры погасли, а вместе с ними отступило чужое чувство, оставив после себя странную пустоту.

Несколько секунд никто не говорил. Аннабет прижала ладони к себе, все еще ощущая на коже его пальцы. Она и раньше знала, что Фатана любила Кая. Но до сих пор это была чужая история. Теперь Аннабет впервые почувствовала ее сама, и от этого стало не по себе. Сколько же всего скрывалось в тех обрывках памяти, которые Фатана оставила после себя? И что будет, если однажды Аннабет перестанет понимать, какие эмоции принадлежат ей самой?

Кай первым нарушил молчание.

— Дальше без прикосновений.

Аннабет посмотрела на него. Обычно она обязательно нашла бы повод съязвить, особенно после его утреннего поведения, но сейчас желания не было.

— Да, — тихо согласилась она. — Так будет лучше.

Кай отступил еще на пару шагов и снова велел ей закрыть глаза. Теперь между ними оставалось достаточно пространства, чтобы ведьма могла сосредоточиться только на себе.

Она глубоко вдохнула и снова попыталась найти теплую точку внутри. Только теперь мешала уже не близость Кая. Аннабет все еще помнила чужую нежность.

После этого занятия что-то действительно изменилось. Теперь девушка хотя бы знала, где искать собственную силу. Стоило успокоиться и сосредоточиться, как теплая точка обнаруживалась гораздо быстрее. Золотых искр больше не появлялось, и Аннабет была этому рада.

Следующие упражнения они проводили на расстоянии. Кай заставлял ее находить силу, удерживать и снова успокаивать, не выпуская наружу. С каждой попыткой получалось чуть лучше.

Вообще-то Аннабет представляла свое обучение совсем иначе. Она оказалась в доме, полном ведьм, Алиша обещала помочь — и все же с самого утра ее учил Кай.

С прошлого вечера никто из ведьм даже не поинтересовался, как она себя чувствует. Алиша тоже куда-то исчезла. Странное гостеприимство. Аннабет оторвалась от книги и посмотрела на демона. Тот устроился в кресле у окна и листал второй принесенный из библиотеки том.

И только сейчас ее осенило.

— Подожди.

Кай поднял глаза.

— Это обычно означает, что сейчас последует вопрос.

— Тебя же связали.

Он молча посмотрел на нее.

— Вчера, — уточнила Аннабет. — Ведьмы. Магическими путами.

— Я помню.

— Тогда почему ты спокойно разгуливаешь по дому?

Кай перелистнул страницу.

— Мы с Алишей пришли к соглашению.

Аннабет прищурилась.

— К какому?

— К взаимовыгодному.

— И?..

— И тебе больше не стоит беспокоиться об этом вопросе.

Она несколько секунд ждала продолжения.

Его не последовало.

— Ты иногда совершенно не умеешь нормально отвечать.

— Умею. Просто не всегда хочу.

— Очень удобно.

— Невероятно.

Аннабет еще немного посмотрела на него. Кай выглядел слишком спокойным для пленника.

Она снова вернулась к книге. К собственному удивлению, читалась та легко. Кай не зря провел ночь в библиотеке: вместо тяжелого трактата с непонятными терминами он выбрал почти учебник для начинающих. В первых главах объяснялось, как ведьма ощущает источник собственной магии, почему эмоции усиливают выбросы и чем осознанный призыв силы отличается от инстинктивного.

Аннабет читала быстро, но почти на каждой странице находила повод отвлечь Кая.

— Здесь написано, что сильные эмоции могут менять свойства заклинания.

— Могут.

— То есть если я злюсь, моя магия становится сильнее?

— Не обязательно сильнее. Менее управляемой — почти наверняка.

Через несколько минут последовал новый вопрос.

— А сила может закончиться?

Кай терпеливо объяснил, что магический резерв не бесконечен и слишком активное использование дара выматывает тело не хуже физической нагрузки. Следующий вопрос оказался о способностях. Тут все было еще сложнее: кому-то легче давалась защита, кому-то исцеление или воздействие на материю. Встречались и ведьмы с настолько узким даром, что вся их магия сводилась к чему-то одному. Аннабет слушала с неподдельным интересом. Иногда перебивала, уточняла, пыталась связать прочитанное с тем, что уже успела пережить. Кай отвечал неожиданно терпеливо. Если книга объясняла слишком сложно, он переводил написанное на нормальный язык, приводил пример или заставлял ее тут же попробовать простейшее упражнение.

Так прошел почти весь первый том.