Месть и любовь травницы - Эмма Серсанд
— Ты как, Сяо Мэй? — спросила я, опускаясь рядом.
— Что-то я устала, госпожа, —вздохнула девочка. — Мне страшно, но я рада, что мы здесь.
— Здесь точно безопасней, чем в нашем павильоне, — прошептала Юнь. — И это не просто грот, смотрите.
Она подошла к дальней стене, на первый взгляд там был просто камень, но она приблизилась, а потом исчезла!
У Сяо Мэй округлились глаза, я тоже удивилась такому волшебству и подошла ближе.
Стена казалась монолитной, только если смотреть с расстояния, на самом деле одна ее часть находилась чуть дальше и между ними был проход. Я сделала пару шагов и увидела хитро улыбающуюся Юнь, а за ней открывался узкий коридор, уходящий куда-то вниз.
Оттуда тянуло сыростью и свежестью.
— Госпожа! Госпожа, где вы? — Раздался взволнованный голос Сяо Мэй, и мы с Юнь, заговорщически переглянувшись, вернулись.
Устроились на одеяле рядом с ней, моя служанка и правда устала, наверное, плохо спала от беспокойства, тут же прижалась ко мне, пристроила голову мне на колени и засопела, прикрыв глаза.
Через несколько минут её дыхание выровнялось, она задремала, а я повернулась к Юнь.
Она сидела чуть поодаль, привалившись спиной к стене, и смотрела в темноту.
— Спасибо, — сказала я тихо. — Без тебя мы бы не нашли это место.
Юнь покачала головой.
— Я должна была рассказать тебе раньше, но боялась, что вы уйдёте без меня и я опять останусь одна.
— Я не брошу тебя, Юнь, я же обещала.
Юнь слабо улыбнулась и вздохнула.
— Я знаю, поэтому и решилась.
Я помолчала, собираясь с мыслями, а потом спросила:
— Этот ход ведет за пределы поместья Пэй?
— Да, — она кивнула. — Старый господин показал мне его, когда я была молодой и глупой, тогда я думала, что он доверяет мне, теперь я понимаю, что он просто хвастался. Ему нравилось мое удивление и восторг перед такими тайнами.
Юнь вздохнула и, казалось, ушла в себя. Она сидела молча, и я не торопила её, спустя несколько мгновений она снова заговорила:
— Когда мой отец привёз меня в этот дом на праздник, мне было семнадцать. Я была красивой, и старый господин Пэй сразу заметил меня. Отец не мог с ним спорить, наша семья была в долгу у семьи Пэй, так я и стала его любимой наложницей. Он дарил мне драгоценности, шёлк, редкие вина. Я думала, что люблю его, а он любит меня. Глупая девчонка, правда?
Она усмехнулась, но в усмешке не было веселья.
— Я даже родила ему сына… держала его на руках и думала, что моя жизнь теперь будет счастливой. Но мальчик умер, не прожив и года. Но даже после этого старый господин не охладел ко мне.
Только когда он умер, главная жена смогла выместить на мне свое недовольство, приказала избить меня и сослать в павильон. Сказала, что если я останусь в доме, она убьёт меня и скажет, что я умерла от горя по своему господину.
Глава 46
— Когда я лежала одна, думая что умираю, я вспоминала слова главной жены. Она хотела, чтобы я просто исчезла и теперь я хочу выполнить ее желание.
Я протянула руку и сжала холодную ладонь Юнь.
— Теперь ты не одна, мы уйдём отсюда все вместе, если тебе некуда идти, пересидишь в одном месте, серебра у нас хватит и тебе на документы, а мы будем ждать тебя где-нибудь подальше от этого города...
Юнь кивнула и закрыла глаза.
Я думала, что она уснёт, но она снова заговорила, уже почти шёпотом:
— Документы старого господина хранились здесь, он показывал мне тайник однажды. Это было много лет назад, но я помню, где он находится, если их не перепрятали и не забрали, они всё ещё там. Я отдам их тебе. С ними ты сможешь сделать то, о чем я мечтала, но так и не решилась, уничтожить эту проклятую семью.
— Покажешь, где они? — попросила я, мне не терпелось выяснить, сохранились ли эти бумаги.
Юнь посмотрела на спящую Сяо Мэй, медленно поднялась и подошла к стене, нажала на один из выступов, камень слегка поддался, и она, приложив усилие, сдвинула его в сторону.
За ним открылась узкая ниша, Юнь протянула руку внутрь и достала несколько свитков, завернутых в промасленную бумагу, перевязанную потёртой шёлковой лентой.
— Вот они, — глаза Юнь мрачно вспыхнули и она передала мне свитки. — Всё, что старый господин так тщательно прятал, счета, письма, имена чиновников, которые брали взятки. Если передать это в канцелярию, ни у кого не останется сомнений в вине семьи Пэй, он хранил это, боясь, что они его подставят, думал утащить их с собой на смерть, если его приговорят.
Я взяла свитки в руки аккуратно, как величайшую драгоценность.
— Спасибо, Юнь.
Она улыбнулась, — я буду счастлива, если у нас получится им отомстить. Может быть нам не нужно больше здесь оставаться? У нас документы и выход, — сказала Юнь. — Он идёт под стеной поместья и выходит за пределами сада, в роще.
Старый господин построил его для своих тайных встреч и для побега именно на такой случай.
Я понимала, что она права, это риск – продолжать оставаться в поместье, но мне было трудно так сразу отказаться от своего плана. Я так долго продумывала каждую мелочь, так долго искала способы воздать всем заслуженное наказание…
Пусть с господином Пэй я разобралась, но госпожа Пэй... это с ее слов меня обвинили в колдовстве, она могла просто убить меня, но выбрала это. Мои мучения перед смертью и позор, осквернение моего тела… всего этого могло бы не быть, если бы не она, она могла дать мне чашу яда или смерть от белого