Боевая целительница в Академии. Книга 1 - Виктория Рэд Харт

Всегда!

Он рухнул обратно на кушетку и уставился в потолок.

Эльза…

Она то в лазарете, то на учебе, то на вылазках. Сильная, быстрая, умная.

Долго ли ей понадобится его помощь?

Рано или поздно лекарка сможет обойтись и без него.

А ей уже кто-то пишет. Игнис вспомнил, как она улыбалась, глядя в коммуникатор.

Обрадовалась...

Кто это был?

Румус? Она недавно ходила с ним на свидание.

— Дракон, — скрипнул зубами Игнис. — Холодный, скользкий, расчётливый.

Будет ли Румус согласен, чтобы его девушка ходила на вылазки с каким-то нестабильным магом?

Да любой нормальный парень запретит. Или она сама перестанет…

Зачем ей Игнис, если есть дракон, который может дать больше?

Он представил: Дора, Ирма, Румус и Эльза. Компания. Без него.

Игнис со злостью перевернулся на другой бок, уткнулся лицом в подушку.

Стыд снова кольнул где-то под ложечкой. То самое недопонимание.

Как же глупо!

Но больше он так жить не будет.

— За шанс надо хвататься, — сказал он вслух.

Он повернулся на левый бок. Представил: Эльза в него влюблена, бегает за ним, помогает с огнем, заботится.

Красиво!

Повернулся на правый. Реальность: она выставила условия. Кристаллы. Деньги. Никакой романтики.

— Чёрт, — выдохнул он.

Слева было приятнее. Но справа — правда.

Он снова перевернулся на правый бок и заставил себя думать:

«Кристаллы. Много кристаллов. Купить, принести, продолжать эксперименты. Может быть, она научит его самого успокаивать откат? Тогда она вообще станет не нужна. И пусть тогда ходит с Румусом, а он женится на какой-нибудь красавице. На Эсталии, например. О ней весь курс мечтает».

Игнис невольно улыбнулся.

Эсталия…

Тонкая, светловолосая, с глазами цвета утреннего неба. Она даже смотрела на него пару раз. Может быть...

Он вскочил с кровати, заходил по комнате. План вырисовывался грандиозный. Эсталия, наследство, место в обществе, уважение...

За окном было темно. Он проспал несколько часов.

Реальность вползла в голову холодным сквозняком.

Слишком рано. Слишком грандиозно. Сначала надо решить проблему с даром. А для этого нужна Эльза. И только она.

И еще одна мысль, неприятная, липкая: «Если кто-то узнает, что его огонь становится стабильным не сам по себе, а благодаря лечению... Что тогда? Скандал? Позор? Обвинения в обмане? Иллария и ее дети используют это против него».

И впервые он вдруг понял, что Илларии выгодно, чтобы его дар был нестабильным. И возможно, поэтому его нормально не лечили, не приглашали лекарей, специализирующихся на развитии дара, и постоянно твердили о том, что единственное его решение — это подавление дара, чтобы он не вырвался наружу.

А может, не дар держали взаперти, а его самого?

— Эльза, ты нужна мне, — вновь сказал он сам себе, в его глазах блеснул опасный, жесткий огонь; челюсти сжались непроизвольно.

Нужен повод, чтобы она была рядом постоянно. Легальный повод.

— Как? — спросил он у пустой комнаты.

Комната не ответила.

Он долго ворочался, вставал, ходил, снова ложился. Потом вышел на улицу.

Ночной воздух обжёг лицо, ветер трепал волосы. Фонари горели мягко, уютно, но ему было не до уюта.

Решение пришло само. Простое. Единственно возможное.

— Эльза должна быть моей, — он сказал это вслух, и слова прозвучали твердо, как приговор.

Но тут же всплыла проблема.

Она — простолюдинка. Он — граф, сын графа.

Пропасть!

А без нее — он бракованный сын, нестабильный маг, никому не нужный. С ней — сильный, уверенный, перспективный.

Игнис усмехнулся. В голове сложилась идеальная схема.

У многих аристократов есть любовницы. Ничего страшного. Его любовницей будет лекарка — удобно, полезно и вполне объяснимо. Он будет везде таскать ее с собой, все будут видеть: его дар стабилен, он под контролем, он нормальный.

А женится он на красавице-аристократке. Не на Эсталии, а на той, которая с пониманием отнесется к его «тихой пассии». Главное — выбрать правильно.

Эльза должна быть благодарна за такую возможность. Для простолюдинки стать любовницей графа — невероятная удача. Она будет делать всё, чтобы он был богат и влиятелен. И тогда...

— Тихая и мирная, — пробормотал Игнис и хмыкнул.

Эльза — тихая? Мирная?

Нет. И это проблема. Проблема, которую надо будет решить. Она простолюдинка и много не знает о высшем обществе и его правилах. Надо ее просветить, пояснить, обучить. Когда она поймет правила высшего общества, возможно, она станет сдержаннее.

С этими прекрасными мыслями он вернулся в комнату и уснул с улыбкой на лице.

Утром его распирало от грандиозных планов и замаячившего будущего. И он отправился на рынок.

— Кристаллы. Надо купить кристаллы, — почему-то говорил он вслух и улыбался.

За два года в академии Игнис не терял времени даром. Деньги, баллы, связи — всё, что можно было взять, он взял.

И даже место на курсе у Крэга, куда пробился благодаря мудрости, оброненной старым лекарем:

«Нестабильный дар учит одному: никогда не оказываться в положении, где он тебе жизненно необходим. А для этого надо быть достаточно опытным бойцом, чтобы магия стала приятным дополнением, а не единственной надеждой».

Игнис запомнил эти слова крепче любого заклинания. Крэг брал не всех. У него учились три типа студентов:

— супербогатые, которым важно было просто поучиться у легендарного воина;

— очень целеустремленные — те, кому нужно стать сильнейшим какой угодно ценой;

— и самые нестабильные — для которых это был способ научиться контролировать себя в любых условиях.

Игнис раньше подходил под третью категорию. Теперь же он будет относиться ко второй или даже первой категории, и это радует, и дает ему бонусы в глазах высшего света. Думая об этом, он обошел рынок, приценился.

Кристаллы и лекарские амулеты можно купить на любом приличном рынке. Зелья от головной боли, настойки для бодрости; слабые артефакты, способные стянуть небольшую царапину. Всё это продавалось открыто и стоило недорого. Но любой опытный лекарь знал то, до чего обывателям приходилось доходить через горький опыт: кристалл кристаллу рознь.

Засунуть палец в лечебный артефакт и выйти здоровым — такое бывало только в дешевых сказках. В реальности грубая магия исцеления без понимания процесса часто делала только хуже: рана затягивалась, но внутри оставался гной; кость срасталась, но криво; лихорадка отступала, чтобы через неделю вернуться с утроенной силой. Именно поэтому настоящие лекари ценились так высоко. Они не просто вливали энергию — знали, куда ее направить и в каком порядке. Где достаточно примочки с ромашкой, а где без тошнотворного запаха полыни больного просто не вылечить. Где можно обойтись настойкой, а где требуется неделя строгой диеты и никакой магии.

Отдельным особняком стояли лекарские кристаллы.