Кристин Фихан - Темное золото

— Это двигалось? — Она подозрительно посмотрела она на доску из красного дерева.

− Нет, — сказал он. — Просто произошло что-то странное.

— Хорошо, я прекрасно провела этот вечер. Игра была великолепна. — Мягко сказала Александрия.

«Маленькая притворщица».

Слова насмехались над ней, по-мужски развлекаясь, высмеивая ее.

Она вскинула подбородок и взяла Томаса под руку, когда они направились к лимузину.

− А тебе понравилось? — Спросила она сладким голоском. Она почти чувствовала, как Эйдан поморщился и ушел.

В автомобиле Томас придвинулся к Александрии. Его бедро прижалось к ней, он мог чувствовать мягкую выпуклость ее груди недалеко от его руки. Он обхватил рукой ее подбородок.

— Я понимаю, что ты еще плохо знаешь меня, но ты мне очень нравишься. И, я надеюсь, что мои чувства взаимны.

Его рот был меньше, чем в дюйме от ее. Она чувствовала запах ополаскивателя полости рта и ощущала все, что он съел за обедом: пасту с чесноком, салат с уксусом, красное вино и кофе. Она сжала рот и попробовала отодвинуться.

− Нам предстоит вместе работать, Томас. Это плохая идея. И, уж точно, не так быстро.

— Но мне надо поцеловать тебя, Алекс. Я очень этого хочу. — Он снова придвинулся, обдав ее своим дыханием.

Она издала звук и, сжавшись, отклонилась назад. Он, в желании, принял это за согласие. Но, как только он наклонил голову, его глаза засекли вспышку красного цвета. Ивэн вскрикнул и отскочил от девушки, прижавшись к своей двери и пристально всматриваясь в заднее окно, где он видел два раскаленных глаза, наполненных бешеной злобой. К его ужасу, окно запотело изнутри, а потом разбилось, осыпав его стеклянными осколками. Огромный волк залез в салон автомобиля, его клыки были оскалены. Он был готов к нападению. И снова красные глаза, не мигая, устрашающе пылали, смотря на него. Он чувствовал на себе горячее дыхание и видел, как клыки приближаются к нему. Томас закричал и упал, закрывая лицо обеими руками.

− Томас? — Александрия слегка прикоснулась к его плечу— Ты употреблял сегодня наркотики? — Она уже знала ответ, она чувствовала их в его крови. — Тебе, наверное, следует обратиться в больницу. Или к частному доктору.

Медленно, все еще опасаясь, Томас убрал руки. Заднее окно было целым. Не было никаких осколков. Александрия спокойно сидела на своем месте, а ее голубые глаза выражали беспокойство за него.

— Ничего не было… У меня галлюцинации. Это была лишь небольшая доза кокса в мужской комнате. Наверное, он был плохой, я не знаю. — Проговорил он испуганно.

− Что ты видел? — Она снова осмотрелась, пробуя обнаружить присутствие Эйдана или любую другую опасность, но они, казалось, были одни. Возможно, это, действительно, только наркотики. — Мне надо сказать водителю, чтобы он отвез тебя в больницу?

− Нет, не надо. Теперь мне уже лучше. — Он сильно вспотел.

Она чувствовала его страх.

— Там действительно ничего нет, Томас. Я иногда чувствую, когда что-то должно случиться. Сейчас этого нет, — сказала она, пробуя успокоить его.

— Извини, − произнес он хрипло. — Я испортил весь вечер? — его глаза бегали из стороны в сторону, и он у него казалось, начался нервный тик на левой стороне его челюсти. Он выглядел на много старше, чем в самом начале вечера.

− Нет, конечно, нет. Я прекрасно провела время. Спасибо что предложил сходить в театр. Мне действительно нужно было развеяться. — Уверяла она его. — Но, Томас, я не люблю наркотики. У меня есть младший брат. Я понимаю, это не мое дело, ты сам решаешь, как проводить свое время, но я против кокаина и других наркотиков.

— Нет, я не наркоман. Я только иногда балуюсь, чтобы развлечься.

− Но не со мной. — Это было хорошей причиной не встречаться с ним больше. Она будет думать о нем гораздо меньше, зная, что Томас принимает наркотики, чтобы улучшить вечер, точно он не способен получить удовольствие без них.

− Хорошо, — проговорил он, обидевшись, — я ухожу.

Машина возвращала ее к Эйдану. Александрия мысленно представила кованные железные ворота. Она сидела и смотрела на них, они являли собой символ потери свободы. Она не была готова вернуться домой и признать поражение. И, так как с Томасом Ивэном она ничего не почувствовала, это ничего еще не доказывало. Это не означало, что она не найдет другого мужчину.

Выйдя из машины, она вывернулась от приставучего Томаса.

— Еще раз спасибо, Томас. Рада буду увидеть тебя снова. Не забудь приехать ко мне, когда решишь, что хочешь для проекта. — И перед тем как он решит проводить ее до двери, Алекс бегом кинулась к мраморной лестнице у входной двери. Она помахала еще раз и ушла.

Томас выругался и уселся на место. Перед тем, как закрыть дверь, он увидел дикого волка, идущего к нему.

−Поехали! Поехали! — Крикнул он водителю, с трудом захлопнув дверь.

Как только водитель отъехал далеко от дома и от дороги, тогда Томас смог свободно вздохнуть. Все, чего он хотел, — это добраться до дома и напиться.

Александрия шла по дому, не включая свет, нашла телефон и позвонила. Она отлично видела в темноте и легко взбежала по ступенькам. Эйдан думал, что может полностью контролировать ее, но это не так. Она еще не была готова признать поражение.

В своей спальне Алекс сняла черное бархатное платье и переоделась в поношенные голубые джинсы и простую бледно-голубую рубашку. Изменения закончились после того, как она переобулась в кроссовки и спустилась вниз. Такси, на котором девушка собиралась уехать, еще не прибыло, и она села на мраморные ступеньки, ожидая его

− И куда ты теперь? — Спросил Эйдан, совершено неожиданно появившись перед ней, заставляя ее почувствовать себя хрупкой.

— Танцевать. — Она с вызовом смотрела на него.

Его тело напряглось.

— Встреча не прошла успешно?

В ее глазах промелькнуло лукавство, но губы еще сильнее напряглись.

− Будто ты не знаешь. Попытайся не выглядеть таким невинным. Это тебе не идет.

Он не выглядел раскаивающимся, улыбаясь ей и заставляя замирать ее сердце. Один только его вид заставлял оживать ее тело.

— Уходи, Эйдан. Я не хочу тебя видеть.

− Я соблазняю тебя?

— Тебе кто-нибудь говорил, что означает быть джентльменом[6]? Уходи. Ты раздражаешь меня. — Она втянула воздух.

Его душа замирала от вида ее профиля в лунном свете. Окутанные темнотой, они были единственными людьми в этом мире. Он наслаждался ее ароматом, который был свойственен только ей. Слабая, но уверенная улыбка изгибала его чувственные губы, делая его еще более сексуальным.