Мачеха для сына врага - Елена Белильщикова
Хельг сам себе удивился - он перешел на "вы" хотя до этого называл Сверра на "ты". Но для большей торжественности, он решил быть вежливым. И это было правильное решение.
Его глаза в первый момент сверкнули яростью. Но Сверр быстро подавил ее.
- Если Мадс снова вытворит что-то, пощады не будет, - пророкотал он низким опасным голосом. - Я даю ему второй шанс. Но пусть ценит мое милосердие. Это только ради вас с Санной, Хельг. И под твою же ответственность. А еще... говори мне "ты", как и прежде. Мы же теперь одна семья.
Роалд, стоящий в стороне, тихо хмыкнул, но замаскировал это под кашель. Ведь знал, что семья Сверра - это не гарантия спокойной жизни. Отнюдь нет. А скорее, паутина интриг.
Хельг негромко рассмеялся и покачал головой.
- Мадс остепенился. Я за него ручаюсь. - Проговорил Хельг медленно, глядя в глаза Сверру.
- Спасибо... отец. Тебе за твою милость. - Хельг заметил, как Роалд отчего-то вспыхнул на его последних словах. И сжал кулаки. Но сумел вовремя взять себя у руки. И разжать кулаки. Кажется, Сверр ничего не заметил. Он даже не смотрел на бастарда. Зато... заметил Хельг. Но пока не знал, что делать с этим знанием.
- Вы оба свободны и можете идти. - Объявил Сверр. И Хельг впервые облегченно выдохнул, оказавшись за дверью.
***
Хельг то и дело подгонял коня, спеша домой. Уже предвкушал, как скажет Мадсу, что он отныне в безопасности. Но гораздо больше ждал встречи с Санной. Того, как обнимет ее, закружит на радостях и прошепчет, что все позади. Пещера разрушена, кристаллов больше нет, а значит, исчез сам повод для интриг и подлостей Сверра. И впереди ждала спокойная счастливая жизнь, а о большем Хельг и мечтать не смел. Лишь бы его и его семью оставили в покое.
«Санна, моя Санна... Как я хочу поскорее тебя увидеть!» – у Хельга перед глазами стояло ее лицо, когда она провожала его.
Погруженный в эти мысли, он не заметил предвестников приступа. Благодаря заботе Санны, ее массажам и влиянию магии Хельг в последнее время почти не ощущал своих привычных болей. Но в эти дни точно было не до лечения. И вот приступ подкрался незаметно и набросился, как зверь из засады.
Хельг стиснул зубы, чтобы не закричать. Он согнулся в седле, почти припадая к шее коня, чтобы удержать равновесие. Стиснул пальцы на поводьях так, что побелели костяшки. Боль восторжествовала, заставила вспомнить со всей ясностью, как Хельг не раз днями корчился от нее в постели, никого к себе не подпуская, считая себя жалким в этих мучениях.
Конь заволновался. Он затряс головой, забил копытами.
– Тише, тише... – Хельг погладил его ладонью по шее, пытаясь успокоить.
И тут боль нахлынула снова. Тело Хельга буквально выломало от нее. Он застонал сквозь сцепленные зубы. Схватился отчаянно за поводья, случайно прихватив и жесткие прядки гривы.
Конь громко заржал, взвиваясь на дыбы. В другой момент Хельг сумел бы его осадить или удержаться в седле. Но сейчас боль сыграла злую шутку, и он полетел вниз, в снег.
«Я слишком далеко от дома. Никто меня здесь не найдет», – с пугающей ясностью и обреченностью пронеслось в голову у Хельга за секунду до того, как у него потемнело перед глазами.
Санна не находила себе места в ожидании Хельга. Она пыталась заняться какими-нибудь рутинными делами: вникнуть, сколько в замке запасов до весны, согласовать с кухаркой меню, обсудить починку крыши в одной из башен в отсутствие мужа... Но мысли все равно то и дело возращались к нему. Санна не доверяла Роалду. Не могла доверять. И в то же время была вынуждена положиться на него как на единственного, кто сейчас оказался их союзником против Сверра.
«Отец... ты же все равно мне отец, ты вырастил меня, как родную дочь, – мысленно говорила она ему, потерянно прохаживаясь по замерзшему саду. – Как бы я хотела не враждовать с тобой. Чтобы ты просто оставил в покое Хельга. Чтобы перестал просчитывать свою выгоду на десять шагов вперед, когда дело касается нашей семьи. Я так хотела бы просто быть счастливой с Хельгом, растить с ним нашего малыша и изредка приезжать в гости, не ожидая все время подвоха. Но теперь, когда появился Мадс, ты тем более не дашь нам жить спокойно, не забудешь старые обиды».
Ей вспомнился кошмар, заставивший проснуться под утро от собственного крика. В нем она на коленях умоляла пощадить Хельга и Мадса, рыдая на каменном полу тронного зала. Сверр же смотрел сквозь нее, будто и не слышал, пока Санна срывала голос.
Она тряхнула головой, отгоняя от себя эту картинку. Сон, просто сон, нечего и вспоминать. Санна уже собиралась вернуться в замок, как вдруг услышала лошадиное ржание и взволнованные голоса. Она сердцем почувствовала, что что-то не так, и поспешила туда.
– Это конь Вашего мужа, леди Лорстен... Он вернулся без седока.
Санна и сама видела это. Сердце оборвалось.
«Что случилось? На Хельга напали? Но кто? Случайные разбойники, люди Сверра или... или сам Роалд все-таки доказал, насколько он подлый и жестокий?» – от этих мыслей голова кругом пошла от страха за Хельга.
– Собирайте людей! Нужно прочесать окрестности! – приказала Санна.
Она поспешила в замок, чтобы переодеться в более удобный наряд. Конечно, ее учили ездить в седле по-дамски, но скакать во весь опор в таком положении – это все-таки