Что есть Книга, или Правила пользования библиотекой - Ирина Чеботарь

Не привиделось значит.

Постояв минутку возле главного истукана так похожего на мишку, я покинула капище и вернулась к могилам. В них уже складывали скромные пожитки погибших и присыпали землёй. Я тоже бросила по горсти земли в каждую яму и шепнула:

- Ваша смерть будет не напрасна. Обещаю, что не сдамся без боя.

На обратном пути я прикидывала, от какой двери может быть ключ и зачем он мне вручён. Если помните, я даже без ключей легко открываю двери. Но, видимо, есть некая дверь, недоступная мне. Где же она может находиться?

- Пенелопа Витальевна, – я пробралась поближе к директрисе, молчаливо и угрюмо бредущей впереди всех. – А почему в Наташином доме никто не живёт?

- Странно, что тебя это заинтересовало именно сейчас.

- Я и раньше об этом думала, но не доверяла вам. Боялась услышать очередную ложь, потому и не спрашивала.

- Наташа, подобно тебе, ведьмой была. Как ты знаешь, наши избы заговорены от вмешательства тёмных сил, но это так, игрушки. А вот Наташа умудрилась защитить своё жилище не только от зла, но и от всех остальных. Мы двери днём не запираем на замок, основную охранную силу, а она запирала. Да на такой мудрёный замок, что мы не смогли его сломать, а ключа у нас нет. В отделе и на теле Наташи его тоже не было, я обыскалась. Так что, прах твоей предшественницы мы домой отправили, а вещи её до сих пор в Непорочном остаются. Не добраться до них.

- Спасибо, что не отмахнулись от моего вопроса. – Я благодарно улыбнулась Пенелопе Витальевне. Так вот от чего ключ. – Непонятно, зачем тогда вы окна и двери заколотили?

- Ну, я не знала, как поступить. Понимаешь, дом казался обитаемым, будто вот сейчас выйдет Наташа на крыльцо, улыбнётся… Любили мы её. А как заколотили избушку, легче стало. – Моя директриса хлюпнула носом и опустила голову. Новое горе обострило старое.

Я вздохнула с сожалением. Похоже, Наташа была здесь, в Непорочном, душой общества. Мне же не удалось им даже сколько-нибудь понравиться.

Что ж, каждому своё. Наташа была натурой благородной, на людей не бросалась. Мне не на что обижаться — «за что боролась, на то и напоролась».

Пенелопа Витальевна заметила моё замешательство.

- Я бы не отважилась так поступить с Наташиным домом даже для облегчения души. Хотела, но не осмеливалась. Да только какая-то тварь повадилась дверь по ночам царапать. Тогда я и решила осуществить свою затею.

Я ни сколечко не удивилась новости. Ясное дело, Мали рассчитывал найти среди вещей убиенной девушки вожделенную книгу. Только через меня он понял, что Великая Книга находится в библиотеке, и я уже добралась до неё. Не зря же Белочка столько дней провела на подоконнике.

Войдя в прохладный вестибюль библиотеки, я кивнула Марье Дмитриевне, пребывающей в тягостном ожидании отчёта о похоронах, и бросилась в детский отдел. Моей главной надеждой было обнаружить водоросли у себя на столе. Но к глубочайшему разочарованию стол оказался пуст. Я не поверила, принялась водить руками по столешнице. Отрицая очевидное, отодвигала все шуфляды по очереди, прошлась между полками стеллажей, заглянула на подоконники, чуть ли не с головой проникала в тумбочки. Снова обернулась к столу, столешница весело блестела гладчайшей полировкой, и этот блеск служил оскорблением моим чувствам.

Не может быть!

Но тут я ударила себя по лбу.

Конечно же!

Как я могла не догадаться?

Марья Дмитриевна, наверняка, по обыкновению своему решила пройтись с тряпкой по отделам. Не оставит же она водоросли по столу растекаться.

Радостная и полная надежд я ринулась вниз.

- Марья Дмитриевна! Марья Дмитриевна!

Она всё ещё стояла в вестибюле заметно расстроенная. Оно и понятно, только что ей пришлось выслушать грустный рассказ Пенелопы Витальевны и остальных участников погребения.

- Марья Дмитриевна, спасибо, что убрали водоросли. Я так… - Слова застряли у меня в горле.

Да, горек был разговор Марьи Дмитриевны с коллегами о тех, кто умер, но не от того она так печальна. Сейчас её больше всего заботила судьба живых. Что-то не так в этой судьбе.

- Ты зайди в Пенелопе Витальевне. – Безжизненным голосом посоветовала она.

Я кинулась к директорскому кабинету. Перед столом Пенелопы Витальевны уже стояли Маша и Нина. Маша теребила в руках пакетик и жалобно смотрела то на подругу, то на начальницу.

- Ты?! – С моим вопросом выплеснулся целый ураган чувств.

- Я, - пролепетала Маша сдавленно.

Я стянула с руки деревянный оберег. Только бы Ванечка продержался. Если б я знала, что так будет…да только пустое, что сделано, то сделано. Главное, чтобы сыночку моему достало силы. Зачем-то дана мне, нет, нам эта ночь. Так надо.

- На, - я протянула Маше браслет, - и ничего не бойся. Тебя он не тронет, если сама не полезешь на рожон. Просто ложись спать, выпей снотворного. Мали не может войти в библиотеку без разрешения. Пенелопа Витальевна, - я обернулась в директрисе. – Не надо цыган. Пожалуйста. Будем каждый день хоронить их одного за другим. И вообще, пусть идут к капищу. Там место светлое, там он их не тронет.

В голосе моём было столько уверенности, что Пенелопа Витальевна глядела на меня с восхищением, очень непривычным для меня, но вполне заслуженным. Отныне я брала ситуацию в свои руки, твёрдо, со знанием дела.

Хлопнув Машу по плечу и подмигнув Нине, я рванула к себе наверх. Имелось кое-что, в чём я ещё не была так уверенна.

Взгляд мой нашёл на полке книгу «Что есть красота».

Как поступить? Я взяла книгу.

Что ж, рискну.

Она не библиотечная, так что, правила я не нарушу. Опасно брать её с собой, но и оставлять не желательно. А вдруг Маша не устоит перед Мали, позволит ему войти. Тогда ей конец и книга будет навсегда потеряна.

Время шло к пяти, но я не торопилась покидать территорию стеллажей. Взгляд мой рассеянно блуждал между полками и вдруг нашёл подсознательно искомое.

А, гулять так гулять!

Всё-таки преступлю вековой запрет. Есть у меня такая привилегия. Мои руки выхватили из ряда корешков «Быть, или не быть». Обе книги перекочевали ко мне за пазуху. Я знаю способ их защитить. Иначе бы не поступила так.

Уже покидая детский отдел, я затолкала халат-мантию в сумку, что-то в нём есть магически-защитное, авось поможет.

Идя вместе с Галей на выход из библиотеки,