Выбор Фатаны - София Бёрк

— Ему нужна была я.

— Да. И он уже знал, как тебя получить.

Аннабет сразу поняла.

— Через Макса.

Кай кивнул.

— После нападения на дом Валери ты осталась одна. Я исчез. Аластор рассчитывал, что рано или поздно ты позвонишь человеку, которому доверяла пятнадцать лет.

Перед глазами снова возник телефон на столике кофейни.

— И я позвонила.

— Да.

— Макс уже знал?

— К тому моменту ему приказали встретиться с тобой и привести туда, где тебя можно забрать.

Аннабет сжала очки.

— Но в библиотеке…

— Он не притворялся.

Она посмотрела на Кая.

— Аластор мог заставить его привести тебя. Но не мог заставить перестать быть Максом. Он действительно был рад тебя видеть. Действительно хотел знать, что с тобой произошло. И третий фрагмент действительно искал.

Аннабет вспомнила, как он сидел над записями. Как поправлял очки. Как почти сразу понял устройство трех частей.

Вот почему все казалось настоящим, потому что почти все и было настоящим. Ложью был не Макс. Ловушкой была ситуация вокруг него.

— А ты?

— Мне нужно было, чтобы Аластор поверил, что я принял его условия.

Кай не стал оправдываться.

Если бы он попытался предупредить Аннабет заранее, Аластор изменил бы место, усилил охрану или просто использовал Макса иначе. Если бы Кай отказался участвовать, его оставили бы в контуре, а Аннабет все равно привели бы через Макса. Только тогда внутри не оказалось бы никого, кто мог помочь ей выйти.

Поэтому Кай сыграл предателя до конца: спокойно вышел рядом с Аластором, позволил ему говорить, подтвердил все своим поведением.

Даже использовал собственные слова, которые когда-то говорил Аннабет: демонам всегда нужна выгода.

— Ты специально выбрал именно эту фразу.

— Да.

Аннабет сжала челюсть.

— Ненавижу тебя.

— Знаю.

— Не за фразу.

Кай замолчал. Аннабет посмотрела на него.

— Я тебе поверила.

Вот теперь он понял, о чем она.

— Не записке. До нее. Тебе.

Она отвела взгляд.

— Когда я увидела тебя в музее, я обрадовалась. По-настоящему. До этого я несколько часов вообще не понимала, что делать. Дом Валери захватили, сама Валери неизвестно где, Даниэль тоже. Ты исчез. Я ходила по городу как идиотка и думала, кому вообще можно позвонить. Потом появился Макс, и я все равно все время ждала тебя.

Хорошо, что Кай ничего не говорил.

— А когда ты вышел, я подумала: все. Теперь можно перестать бояться.

Аннабет невесело усмехнулась.

— Очень удачно получилось.

— Бет…

— Нет. Дай договорить.

Он замолчал.

— А потом ты встал рядом с Аластором и рассказал мне про выгоду. И я поверила уже в другое. Что все это время была дурой.

Она почувствовала, что снова начинает плакать, и разозлилась на себя.

— Я знаю, зачем ты это сделал. Теперь знаю. Но это не значит, что мне сразу стало нормально.

— Я и не жду.

— Хорошо.

Аннабет вытерла щеку.

— Потому что пока я все еще хочу тебя ударить.

— Это уже гораздо лучше, чем убить.

Она посмотрела на него.

— Не испытывай судьбу.

И только теперь уголок его рта чуть дрогнул. На несколько секунд стало почти как раньше. Почти. Потом Аннабет снова посмотрела на очки.

— А дальше?

Кай понял, о чем она.

— Дальше все зависело от Макса.

— Но ему же приказали меня привести.

— Привести — да. Аластор не мог запретить ему вообще все, Бет. Макс искал лазейки с того дня, как на него наложили эту дрянь.

Аннабет вспомнила, как он постоянно торопил ее в коридорах.

— Он нашел одну.

— Нашел. Ненадолго.

— А ты?

— Ждал, пока Аластор решит, что я выполнил свою часть сделки, и ослабит путы.

Теперь все становилось проще. Макс выводил ее. Кай шел им навстречу. До выхода оставалось совсем немного.

А потом появился Аластор. И все закончилось иначе.

Кай замолчал.

Дальше Аннабет не требовалось объяснять. Она была там. Видела. Макс предупредил ее перед первым ударом.

«Щит».

Даже под прямым приказом нашел единственное, что ему не запретили сделать: предупредить.

Первый удар. Второй. Третий. Треснувшее индиго перед глазами. А потом он посмотрел на Кая.

«Ты обещал».

Аннабет прижала сломанные очки к ладони.

— Он до самого конца искал дырки в приказах.

— Да.

— Даже когда атаковал меня.

— Да.

Она кивнула. Слезы снова потекли, но теперь Аннабет их не вытирала.

— Вот же придурок.

Кай промолчал.

— Всегда был таким.

Она осторожно положила очки рядом с окровавленным листом. Теперь они выглядели иначе. Не доказательство предательства.

То, что осталось от человека, который ошибся страшно, позволил использовать себя, не сумел исправить все — но до последней секунды пытался. А в конце все-таки сумел сделать хоть что-то по собственной воле.

Отдал ей бумагу. Сказал «прости». Аннабет сидела молча. Потом спросила:

— Почему ты не забрал его?

Вот теперь Кай отвел глаза.

— Я не мог.

— Ты даже не попробовал.

— Попробовал бы — остались бы все трое.

Аннабет сжала губы. Это она тоже понимала. Ненавидела, но понимала.

После выброса маги начали приходить в себя почти сразу. Аластор тоже. Кай держал на руках Аннабет без сознания. Если бы он вернулся за телом Макса, пришлось бы либо положить ее, либо пытаться нести обоих и одновременно отбиваться от нескольких десятков магов.

— Я выбрал тебя, — сказал он.

Без красивых слов. Просто факт. Аннабет закрыла глаза.

— Я знаю.

И именно поэтому больше не стала спрашивать.