Мерил Сойер - Бывший любовник

– Бенсон всегда приносит мне подарок.

Джейк взял зайца и потрепал собаку по загривку.

– Хороший мальчик. Знакомься, это моя новая подружка Алиса.

Она посмотрела на Джейка с негодованием и повернулась к Бенсону:

– Привет, ты просто прелесть, хотя твой хозяин довольно странный тип.

– Ты еще и половины моих странностей не знаешь, – хмыкнул Джейк.

Ретривер бессовестно разлегся, положив голову на носки ее туфель. Алиса нагнулась и почесала его за ушами. Бенсон перекатился на спину и от удовольствия замахал лапами в воздухе.

– Замечательная собака, – сказала Алиса.

В детстве она мечтала о щенке, но Хетти и слышать не хотела о животных в доме. Алиса намеренно игнорировала Джейка, который наблюдал за ней со странной улыбкой на лице.

– Хватит нежиться, Бенсон, – приказал он. – Неси свой поводок.

Пес вскочил на ноги, бросился к входной двери, встал на задние лапы, снял зубами с крючка поводок и принес Джейку.

Джейк прикрепил поводок к ошейнику и бросил другой конец на пол. Пес тут же взял его в пасть.

– Пошли, – сказал Джейк. – Здесь неподалеку есть кафе, мы можем сесть за столик на улице. Оттуда Бенсона не выгонят.

Пес уже стоял у двери, махая хвостом и поджидая их. Алиса молча пошла к выходу, удивляясь про себя загадочной мужской природе. Зачем целовать ее в офисе, а дома вести светскую беседу и приглашать на прогулку с собакой? Все-таки мужчины очень странные существа.

На улице Джейк даже не взял в руки поводок. Бенсон весело бежал рядом. Он задрал лапу у пожарного крана того самого магазинчика, который собиралась снять Алиса.

– Ты не собираешься брать поводок? – спросила она.

– Не собираюсь. Бенсон и так никуда не денется, но в Новом Орлеане собак нельзя выводить на улицу без поводка.

Он улыбнулся во весь рот и стал похож на озорного мальчишку.

– Как видишь, Бенсон у меня с поводком.

Алиса засмеялась:

– А что, если полицейский оштрафует тебя?

– Уже пытались. Я отбился. Правило сформулировано ясно: собака должна быть на поводке. Но там не написано, что владелец должен держать поводок в руках.

– И у тебя это прошло?

– Еще как. Я не отступал от буквы закона.

Алиса нахмурилась, притворяясь, что осуждает такое мальчишество, но ей это скорее понравилось. Сначала – еще во Флоренции – Джейк показался ей холодным и расчетливым, потом – простым парнем из рабочей среды. Теперь она поняла, что Джейк совсем другой.

«Надо узнать его получше», – решила Алиса. Что хорошего, если сначала Джейк ее соблазнит, а потом она будет разбираться, что он за человек. И все-таки Алиса была слегка разочарована, что он даже не попытался ее поцеловать, когда они остались наедине.

– Почему ты живешь в мансарде? – спросила Алиса. Джейк неожиданно взял ее за руку и переплел ее пальцы со своими. От этого детского жеста у нее потеплело на душе.

– Бенсон, Бенсон, ко мне! Печенье! – позвал мужчина, стоящий в дверях кафе, мимо которого они проходили.

Ретривер подбежал к нему выплюнул поводок и проглотил печенье.

– У него тут кругом поклонники, – объяснил Джейк Алисе после того, как поздоровался с официантом.

– Ты не ответил мне, почему ты живешь в мансарде? – повторила свой вопрос Алиса.

Джейк серьезно посмотрел на нее, словно решая, стоит ли посвящать ее в свой секрет.

– Когда я был маленьким… – начал он и тут же замолчал.

Алиса поняла, что задела его за живое своим вопросом. А ведь она всего лишь пыталась поддержать разговор.

– В Мобиле, да? – снова спросила она.

– Да. Я рос в фургоне, не намного большем, чем обычный передвижной лоток. Уборная была во дворе, но летом от нее шел такой смрад, что с таким же успехом она могла бы быть посреди комнаты. И когда я смог выбирать, мне захотелось, чтобы в. моем доме был простор, воздух, высокие потолки.

Странно. Джейку было тяжело об этом рассказывать. Почему? И зачем тогда он заставил себя это сделать? Неужели, чтобы быть с ней честным до конца, даже в мелочах:

– Я понимаю тебя, – ответила Алиса. – Я провела целые годы в тесной каморке с крошечным окошком. Там было очень душно, особенно летом в жару.

Джейк остановился и посмотрел ей в глаза так, словно в первый раз увидел.

– Почему же они так обращались с тобой?

Алиса равнодушно пожала плечами:

– Не знаю. Я давно перестала об этом думать. Гордон Лекруа меня просто игнорировал – когда вообще бывал дома. А Хетти… Хетти меня презирала.

«А я ее ненавидела», – мысленно добавила Алиса.

В ее сумке зазвонил новенький, только сегодня купленный мобильный телефон. Она еще не успела никому дать свой номер. Только тете.

– Алло?

– Это Алиса Росси?

– Да. С кем я говорю?

– Я звоню из больницы «Милосердие». К нам поступила ваша тетя, Теодора Канали.

Алиса дослушала до конца, отключилась и заплакала.

– Что случилось? – заволновался Джейк.

– Тетя Тео попала в больницу. Мне нужно ехать к ней.

Она побежала вниз по улице. Джейк догнал еем взял за руку.

– Подожди, я сам тебя отвезу. Тебе нельзя садиться за руль в таком состоянии.

Алиса, сгорбившись, сидела на жесткой банкетке у кардиологического отделения. Операция на сердце длилась уже несколько часов. Джейк сел рядом и обнял ее за плечи:

– Не волнуйся, все обойдется.

– Я тоже на это надеюсь, – прошептала Алиса.

– Медсестра сказала, что Теодора была в сознании, когда ее привезли. Это очень хороший признак.

– Знаешь, она уже давно была не такая, как раньше. Но я думала, что просто годы дают о себе знать.

– Что ты имеешь в виду?

– В последнее время тетя Тео стала медленнее двигаться, быстрее уставать. Это я во всем виновата. Надо было заставить ее сходить к врачу.

– Не так легко отличить признаки старости от симптомов болезни, даже врачам. Не стоит заниматься самоедством. Просто в будущем надо быть внимательнее.

Джейк искренне сочувствовал ей, и это удивило Алису. Она не понимала, чего и когда можно от него ждать. Он много шутил, но мог быть очень серьезным. Алиса отправляла его домой, но Джейк, при всей своей занятости, настоял на том, чтобы остаться.

– Я собиралась жить отдельно, – сказала Алиса. – Но теперь, наверное, лучше быть с тетей. Знаешь, она моя единственная родственница. Кроме нее, у меня никого нет. Я ее очень люблю.

Только теперь Алиса поняла, как трудно ей будет без тети Тео. Она жила в доме Лекруа одиноким заброшенным ребенком, а потом, когда ее заподозрили в похищении, от нее отвернулся весь город. Тетя сразу же окружила ее любовью, но Алиса, замкнувшись в своей раковине, оттаивала медленно, постепенно. Ей потребовалось много времени для того, чтобы поверить, что она действительно любима. Теперь Алиса считала Теодору своей второй матерью.