Всё равно не убежишь - Татьяна Катаева

— Так и думала, что ты трус.

Что там говорят, когда бросают спичку в облитую машину бензином?

— Гори — гори ясно, чтобы не погасло?!

Кажется, спичку бросила именно я!

— Что там, страшно тебе? — к стене прижимает агрессивно, и в глаза хищно смотрит. На

ненормального сейчас похож. Хотя разве он был когда-то нормальным?! Его рука медленно

поднимается по моему телу, и фиксируется на моей шее. Сжимает сильно. Ему нравится делать

мне больно.

Хотя пять минут назад, ещё нормальным казался. Там, внизу, в машине.

— Нет, не страшно, — вместо правды, вру я. Не дождется моего падения. Отстою, своё право на

волю.

— Это хорошо, что не боишься. Мне нравится...

Он немного ослабляет хватку, но руку полностью не убирает. Зато второй рукой, активно

действует. Вдоль ребра ведёт, опускает, и под юбку мою лезет. На мне капроновые колготки, и

на секунду, мне кажется, что они станут спасением от его касаний. Главным словом, оказалось

"кажется". Потому что ещё секунда, и он тянет их вниз. А когда не получается, отпускает шею,

и двумя руками стаскивает. И пока он присел, всё равно взгляд от меня не отрывает.

Чувствует, что загнал в ловушку.

Надо бежать. Я не могу остаться с ним один на один. Не могу отдать его приз. Не могу

лишиться девственности вот так вот. И тем более с ним. Надо было не отталкивать Сашу. Лучше

б он был моим первым мужчиной.

— Буйвол, пожалуйста, не надо, — он успевает уже выровняться и замереть напротив меня. В

глаза смотрит. Волосы мои непослушные трогает. А потом наклоняется и нюхает их. Дышит.

— А как же, "мой брат тебя порвет"? Или ты забыла, что я сопляк, возобновивший себя богом?

Так ты вроде сегодня говорила?

Он губами проходится по моей шее. Влажным языком прокладывает дорожку, с собственной слюни.

А рукой, начинает трогать мою грудь. Сквозь бюстгальтер сильно сжимает её.

— Я не могу отдать тебе твой приз, — чуть ли, не хныкая, говорю.

— Почему это? Разве я нечестно его выиграл?

— Высотников...

— У меня имя есть.

Я знаю, что оно у него есть. Сказать только его не могу.

А потом он всё-таки возвращается к моей юбке, и, расставив ноги широко, подушечками пальцев

начинает водить по трусикам. У меня там влажно. Я знаю, какого это хотеть продолжения. Я

хотела этого с Сашей. Но останавливала себе, каждый раз. Уж эта принципиальность, что он

младше меня, бесила. Или же не в этом причина отказа была?! А сейчас… Я стою с

расставленными ногами, и позволяю этому придурку, трогать меня. И что странно, тело

реагирует.

— А кто-то тут врёт, что не хочет меня? Не переживай принцесса, я один раз тебя выебу, и

отпущу. Мы не скажем твоему мелкому пиздюку. Слово даю. Я ж не баба, чтобы трепаться, кого я

сегодня трахал.

И пока он говорит, трусики мои в сторону отодвигает, и входит пальцем.

— Ах, — вырывается из меня.

— Блядь, нельзя. Надо остановить его, — твердит разум.

— Мы лишь получим своё, и сбежим, — твердит похоть.

— Ух, какая ты мокрая. Пиздец. Ебать... я тебя хочу, — он задирает свитер вверх, и

отодвигает чашку лифчика. Сосок берет в рот. А я пальцы сжимаю на его плечах. Ещё желаю.

Больше. Как же хорошо. Я уже чувствовала его пальцы на сосках, теперь его рот... — Блядь,

ляля, ты такая охуенная.

Он входит в меня двумя пальцами, и гоняет их по моей влаге. Я слышу хлюпающие звуки. Мне

капец как стыдно. Я не хочу его. Не хочу. Почему же так влажно? Почему приятны его касания?

Что сделать, чтобы остановить эту пытку?! Что?!

— Ляля, я трахну тебя. Хорошо? Заберу свой приз... ты проиграла... Ляля...

Когда он говорит "ляля" меня аж трясет. Мурашки на коже. Я даже чувствую, как по ногам

стекает влага. Много. С Сашей я тоже возбуждалась. Он трогал меня там, и раз я даже получила

оргазм. Но сейчас... Это что-то животное. Дикое.

— Почему молчишь? Я уже на грани. Ляля? Вот, потрогай его.

Он берёт мою ладонь, и кладет поверх своих спортивных штанов. И я трогаю. Нагло сжимаю его

член через штаны. Эльдар времени зря не теряет. Тянет штаны вниз, и освобождает свой

агрегат. На ощупь он такой же, как у Саши. Гладкий, толстый. Да, и размер, примерно такое

же. Я не смотрю вниз, только на ощупь чувствую. И мне нравится, его трогать. Блядь,

нравится.

— Ляля... - тянет он и ждёт моего ответа. А я не могу согласиться. Не могу предать Сашу. Но

блядь, и оттолкнуть его не могу. Хочу, чтобы дальше трогал. Ох, как хочу. — Блядь, — кричит

он. Резко разворачивает меня к себе спиной, и трусы вниз тянет. — Я тебя спрашивал малая,

спрашивал. Ты не оттолкнула. Не остановила. Значит хочешь... Сука, так течешь, значит

хочешь... Я быстро, обещаю. Если захочешь, продолжим. Блядь...

Может в его голосе есть что-то? Может он, обладает талантом, гипноза? Почему не

останавливаю его? Почему прогибаю поясницу, и возбуждаюсь ещё сильнее, когда чувствую его

член возле входа. Будет больно. Блядь, будет точно больно.

— Ах, — рвет он преграду, одним сильным толчком. Я хочу выровняться, но он не даёт. Сильнее

на спину давит, и снова дважды врывается сильно. Боль резкая, отрезвляющая, сильная.

— Что за хуйня? — на секунду останавливается он, и, выдернув член из меня, к себе

поворачивает. — Ты, что блядь, целка?

Он смотрит в мои заплаканные глаза, и свои максимально расширяет.

— Ты, что вообще дура безмозглая? Почему не сказала? Кто трахается первый раз, раком?

У него такой перепуганный взгляд, что даже я плакать перестаю. Его трясет. Он отходит от

меня на пару шагов, смотрит на свой член, который в моей крови, и замирает. То на меня, то

на член смотрит. А я не дышу. Я в каком-то вакууме. И единственное, что испытываю, это

раздражение, из-за того, что он остановился.

Это какой-то абсурд, но мне понравилось чувствовать его внутри. И боль... Она вместе с

удовольствием. Я облизываю свои пересохшие губы, и думаю о том, что он ни разу не поцеловал

меня. Совсем. А я хочу почувствовать его вкус снова. Ещё хочу.

Это всё алкоголь. Он виной.

— Эльдар, — впервые называю его по имени.

— Ещё раз.

— Что?

— Ещё раз. Назови. Моё. Имя, — чеканит каждое слово.

— Эльдар-р, — теперь тяну я, и делаю шаг к нему навстречу. Очень хочу попросить, чтобы

поцеловал. Но не стану. Ничего