Развод в 40. Я не прощу измену! - Николь Келлер

— Очень приятно, — намеренно умалчиваю, что мой юрист задерживается. Хочу посмотреть, что за спектакль приготовили эти двое. Старались же все-таки.

— Евгения, — переходит сразу к делу Юрий Дмитриевич, — суд может затянуться на очень продолжительное время: на месяцы, а то и годы. Будет привлечена опека, которая долго и скрупулезно будет проверять ваше материальное положение, ваши условия проживания. Опять-таки эти бесконечные проверки у психиатра и нарколога…

Женя

— Психиатра и нарколога, — тяну, откидываясь на спинку стула. — А вы со своего клиента не хотите начать? А то интересно получается: хотите отнять ребенка у меня и оставить отцу, а он на нас руку поднимает, ребенка бьет. На коленях приползает домой от любовницы. В буквальном смысле.

Адвокат отводит взгляд и откашливается. Ведет челюстью, но, стоит отметить его профессионализм, вновь поворачивается ко мне, твердо смотрит прямо и чеканит:

— Поверьте, я могу поручиться за своего клиента. Да и подобные суды могут здорово пошатнуть здоровье и психику…

— Вы что, мне угрожаете?

— Что вы! — мерзко ухмыляются оба, из чего могу сделать вывод — именно этим они сейчас и занимаются. Уроды. — Просто делюсь жизненным опытом.

— К чему вы клоните? Давайте по существу.

Киселев снова становится серьезным и предельно собранным.

— Мой клиент не меньше вас хочет лучшей жизни своему ребенку. Но и вас в благодарность за годы брака не хочет обидеть. Все же вы ему не чужой человек. Владимир Вячеславович готов купить вам двухкомнатную квартиру в центре города в новостройке комфорт-класса и вот эту сумму денег, — подталкивает бумаги. — Изучите и распишитесь на каждой странице в правом нижнем углу.

— Бесплатный сыр бывает только в мышеловке и то только для второй мышки, — даже не смотрю на документы. Потому что заранее уверена, что мне не понравится их содержимое. — Что Владимир Вячеславович хочет взамен?

— Взамен вы отказываетесь от притязаний на его бизнес и все оставшееся имущество. А также передаете опеку над вашим сыном. Поверьте, никто не хочет лишить вас ребенка. Вы спокойно сможете видеться с Кириллом по выходным, а также забирать на неделю в течение года на каникулы.

Какой интересный ход конем, однако. Если не удается избежать развода, то развестись так, чтобы выглядеть благородным героем в глазах общественности, а, главное, своих партнеров. Жена бросила, стала воскресной мамой, а он в одиночку растит сына и строит бизнес. Прослезиться можно.

— Мой клиент ничего не будет подписывать, пока я не изучу, — раздается над головами грозное, и я выдыхаю с облегчением. — Евгения, позволите? Кстати, добрый вечер, прошу прощения за опоздание, — холодно улыбается, присаживаясь рядом. — Я — адвокат Евгении Львовны, Тина Романовна. Отныне все вопросы будете решать через меня. Так, что у нас тут…

Тина Романовна пролистывает бумаги, хмурится, местами усмехается и закатывает глаза.

В итоге брезгливо отодвигает от себя документы и железно припечатывает:

— Мой клиент ничего этого подписывать не будет. Но с радостью примет все описанное имущество. Вместе с опекой над ребенком. По решению суда. Если вам нечего добавить и предложить более интересный вариант, то не смеем больше вас задерживать. Всего доброго.

Уже на улице, отойдя немного в сторону, Тина Романовна мягко улыбается и касается моей руки.

— Вы большая молодец, Женя. Хорошо держались и не скатились в скандал, что потом ваш муж и его адвокат могли бы использовать против вас в суде.

— Мне хотелось. Но я очень старалась. Ради сына.

— Все правильно. Вам нужно всегда быть начеку — Киселев обычно не гнушается самых грязных методов. Поэтому защищайте свои тылы. Он будет бить по самым слабым местам.

Тревога, что и Володя узнает мой маленький «грязный» секрет, взлетает до небес…

Женя

Я снова полночи не сплю. Ворочаюсь с боку на бок, подбирая слова, чтобы признаться Александру, что я не та, за кого себя выдаю.

Да, я приняла решение признаться в подделке резюме.

Я больше не могу молчать.

Он так много сделал для меня, будет просто свинством, если мой босс узнает обо всем от посторонних людей. Я не могу так поступить.

Только не с ним.

Я успела немного узнать Александра за эти дни и очень надеюсь на его понимание. Тем более, он знает мою историю, так сказать, изнутри.

Но в то же время осознаю, что бизнес не терпит дружеских и панибратских отношений. И с ночи готовлюсь к тому, что сегодня может быть мой последний рабочий день в уже полюбившемся Доме Моды.

Останавливаюсь перед дверями офиса. Ноги не несут. Внутри все сопротивляется. Делаю глубокий вдох и резкий выдох. Все равно не помогает унять внутреннюю дрожь. Где-то там, глубоко внутри маленькая и беззащитная Женя плачет, а на деле я расправляю плечи и делаю первый шаг. Второй и третий. Прибавляю ходу, потому что Александр просил не опаздывать на совещание. Но я пришла заранее, чтобы поговорить с ним до начала рабочего дня.

Прохожу мимо охраны, здороваюсь, механически растягивая губы в улыбке. Приветствую коллег, к которым уже успела привыкнуть, а с кем-то даже выстроить теплые отношения.

— Доброе утро, — секретарша сегодня тоже зачем-то решила прийти пораньше. — Александр Даниилович у себя?

— Да, он уже здесь, но просил никого не беспокоить, — девушка смотрит на меня в упор, голосом подчеркивая «никого». — У него важный телефонный звонок с поставщиком. А потом совещание в конференц-зале в девять.

— Про совещание помню. Настя, я же не ошибаюсь?

Девушка робко кивает. Напрягается всем телом, как будто грудью готова защищать святая святых.

— Настя, я очень прошу, как только Александр Даниилович освободится, сообщите мне. У меня к нему серьезный разговор. И очень важно переговорить с ним до начала совещания.

— Я поняла.

— Спасибо.

Я ухожу к себе в кабинет. Убираю верхнюю одежду в шкаф. И принимаюсь мерить шагами помещение. От стены до стены, периодически поглядывая на часы. Дважды звоню Насте уточнить, не освободился ли босс. И дважды получаю раздраженный отрицательный ответ.

До начала совещания три минуты. И мне ничего не остается, как взять ежедневник, ручку, спрятать мобильный в карман и пройти к конференц-залу.

Я решаю выловить босса у входа. Замечаю Александра с зажатым мобильным между ухом и плечом и что-то на ходу подписывающим. Настя не соврала: у босса действительно суетное утро.

— Жень, привет. Что-то случилось? — интересуется босс шепотом, отведя трубку.

— Мне нужно с тобой срочно поговорить. Это очень важно.

— До конца совещания потерпит?