Развод. Сбежать от мужа - Алиса Марсо
Я прикрываю руками полуобнаженную грудь и озадаченно смотрю на мужчину.
Он так же молча снимает с себя футболку и надевает на меня.
— Так будет лучше, — сдержанно объясняет Данил, но я вижу, как в досаде сжимается его челюсть. Ревнует.
Я бы могла посмеяться или прийти в восторг от такой ненавязчивой заботы и проявлении собственнических чувств, но состояние совсем не то.
Данил осматривает меня и, словно сам с собой соглашаясь, кивает и подхватывает на руки.
От неожиданности я тихо вскрикиваю, но прямой, теплый взгляд, как шелест листьев ночью шепчет: «Доверься мне».
— Ты босиком. Я донесу тебя до машины.
Не хочется ничего говорить, спорить или как-то отстаивать самостоятельность. Сейчас я чувствую себя в надежных руках, с мужчиной, от которого веет надежностью и уверенностью в завтрашнем дне.
На задний план отходит страх, потрясение из-за Макара, переживания за мужчину, к которому тянется душа. Все притупилось, и я растворяюсь в неге, что дарят крепкие объятия Данила, в уверенном голосе, упрямом профиле.
Наконец-то я могу расслабиться и позволить другому человеку взять на себя часть моих проблем.
Я обнимаю Данила за мощную шею и кладу голову на плечо. Не хочу видеть косые взгляды администратора или другого персонала. Я там, где и должна быть. И здесь мне очень хорошо.
Данил усаживает меня на пассажирское сидение, и я, поджав ноги, уютно устраиваюсь на кожаном кресле.
В салоне царит полумрак и витает аромат лайма и мускатного ореха. Я везде узнаю запах мужчины, которому, наверно, впервые в жизни доверяю себя и свое сердце.
Легким ветерком мелькает мысль, что еще недавно на этом месте ездила Вика, но я быстро прогоняю видение и прикрываю глаза.
Вика — это одолжение, просто дочь партнера и сотрудник отеля. Мне не нужно ревновать к ней, больше нет.
Не замечаю, как уплываю в легкую дремоту. Этот вечер был насыщен слишком бурными событиями, и я устала. Но сначала я позабочусь о своем герое, а потом все остальное.
Чувствую легкое прикосновение к щеке.
— Котенок, просыпайся, приехали.
В сознание пробивается нежный, но чуть хриплый голос Данила, и я с улыбкой открываю глаза.
— Заснула.
— Да. Идем, еще чуть-чуть и ляжешь спать. Твоя комната наверху. Помнишь?
Мы выходим из машины и заходим в дом.
— Сначала я обработаю твои раны.
Данил притягивает меня к себе и снисходительно улыбается. А у меня от близости его обнаженного и горячего торса сердце подпрыгивает и делает кульбит.
— Аврора, я справлюсь сам. Иди отдыхай. Хочешь, провожу?
Мотаю головой.
— Это меньшее, что я могу для тебя сделать. Позволь, пожалуйста! Я аккуратно, — невинно хлопаю ресницами.
Данил смотрит поверх моей головы в сторону кухни и закусывает губу. Он почему-то сомневается, но в итоге согласно кивает.
Достав аптечку из антресоли, мужчина кладет ее на стол и садится рядом.
От волнения дрожат руки, но я смелее открываю сумочку, достаю вату и перекись.
Смочив кусочек, поворачиваюсь к Данилу и подношу ватку к ране на брови. Опускаю взгляд, проверить реакцию и замираю. На меня смотрят потемневшие и такие затуманенные глаза, что начинает сосать под ложечкой. Внутри пробегает волна адреналина. Опускаю глаза на мускулистый торс, добела сжатые в замок пальцы, и слышу глубокое, шумное дыхание мужчины.
Осознаю его недавние сомнения и желание отправить меня спать.
В груди перехватывает дыхание, а кислород сменяет невероятное чувство счастья, желание любить и быть любимой. Здесь и сейчас.
Данил не шевелится, не напирает, ничего не требует, просто ждет, а я невольно опускаю глаза на его губы, и они приоткрываются.
Глава 34
Кажется, проходит вечность, пока я смотрю на жесткие губы мужчины напротив. По телу пробегает дрожь. Я понимаю остроту момента, но волнение не дает расслабиться и сделать первый шаг. Не знаю, чего я боюсь, но точно не самого Данила.
Руки подрагивают, и нерешительность все портит. Я быстро перевожу взгляд обратно на рану и принимаюсь тщательно ее обрабатывать.
Тяну время и прохожусь перекисью по мужской скуле, губе, стираю остатки крови, беру мазь и аккуратно наношу на поврежденные участки.
В глаза Данила больше не смотрю. Робость сковала, лишила всякой смелости, и мне так жаль, что во мне нет той раскованности, которую так любят мужчины.
Данил сидит, а я же стою к нему так близко, что чувствую на себе его проникающий под кожу взгляд, прерывистое дыхание, которое он старается скрыть от меня.
Кажется, между нами накаляется воздух, стреляют молнии, гремит гром, но мы упрямо не замечаем летающих искр и испытываем выдержку друг друга на прочность.
Моему терпению не страшно, им руководит страх, а вот что сдерживает Данила? Наверно неуверенность, опасение, что я его оттолкну.
А я это сделаю? Не знаю! Наверно, нет. Я хочу узнать, что такое нежность мужчины, что испытывает женщина, когда доверяет своему партнеру, всецело отдается и растворяется в желанных ласках.
Я заканчиваю оказывать первую помощь и судорожно думаю, чем еще занять руки. Данил молчит и просто смотрит, отчего я еще больше тушуюсь. Молчаливая пауза давит, словно мужчина ждет от меня чего-то, но я не понимаю что.
— Встань, пожалуйста, я осмотрю твои синяки, — нахожусь я, но как только Данил поднимается в полный рост, жалею о своей просьбе.
Сглатываю. Он красив как бог: широкие рельефные плечи, мощные, увитые татуировками крупные предплечья, мускулистая грудь, переходящая в узкую талию со стальным прессом. Не смею просить развернуться спиной, но понимаю и так, что этот мужчина, словно викинг, большой и сильный, ему не страшен никакой враг, тем более мой муж, хотя он тоже не из слабых.
На узких, но выносливых бедрах низко сидят брюки, а узкая полоска волос, которая тянется от пупка, теряется за кожаным поясом, вызывая острое желание