Ваша вина - Мерседес Рон

В Нью-Йорке нас встречал Стив. Он улыбнулся, увидев меня с Энди.

— Стииии, — пискнул малыш в своей очаровательной манере называть моего главного помощника.

Тот ответил ему улыбкой и взял тележку с багажом.

— Есть новости? — спросил я, когда мы сели в машину и направились в город.

— Помнишь ту девушку, которая хотела с тобой поговорить? — спросил он. — Ту, которую мы приняли за журналистку. — Это застало меня врасплох, но я кивнул. Я помнил, что мне пришлось усилить охрану, потому что та девица едва не пробралась в офис, требуя встречи со мной.

— А она здесь при чем? — спросил я.

— Она продолжает приходить в офис каждый божий день и настаивает на встрече с тобой. Меня это беспокоит.

Это выбило меня из колеи.

— Ты мне ничего не говорил, — резко бросил я, учитывая, что я уехал всего два дня назад.

— Я не думал, что это станет проблемой, — серьезно ответил он.

— Полагаю, ничего важного. Наверняка хочет эксклюзивное интервью или фотку, чтобы продать прессе, — сказал я, закрывая глаза и откидывая голову на подголовник.

Энди снова уснул. В тот момент я начал ощущать нехватку сна: с момента отъезда я спал всего несколько часов.

Я услышал, как Стив добавил: «Она очень настойчива», но я так устал, что провалился в дремоту. Когда я открыл глаза, мы уже заезжали на подземную парковку здания.

— Приехали, — объявил мой помощник.

Я зевнул и посмотрел на Энди, спящего на заднем сиденье.

Было семь утра, когда мы поднялись в квартиру. Еще до отъезда я сказал Сильви подготовить детскую кроватку, хотя, зная Энди, не сомневался, что в итоге он будет спать со мной.

Он проснулся, как только я достал его из автокресла, и начал хныкать: он был возбужден и устал после стольких часов в дороге.

Когда мы наконец оказались дома, он успокоился благодаря мультикам и бутылочке с молоком. Я сел рядом с ним с дымящейся кружкой кофе в руках.

— Ник, — обратилась ко мне Сильви. — Звонила мисс Слоан и просила передать, что будет здесь в полдень.

— Хорошо. Спасибо, Сильви, — измотанно ответил я. По крайней мере, у меня было несколько часов, чтобы отдохнуть и побыть с сыном, прежде чем вернуться к работе и своим проблемам.

Ноа успокоилась, как только я сообщил ей, что мы дома, и отправил наше фото, на что она ответила целой вереницей плачущих эмодзи.

Я улыбнулся и посадил Энди к себе на колени.

Мультики про животных убаюкали нас обоих.

Слоан приехала ровно в полдень, точная как швейцарские часы.

Как только она вошла, то окинула меня взглядом, в котором читалась смесь удивления и недоумения. На мне были серые спортивные штаны и футболка — ничего общего с костюмом, который я обычно носил на работу.

Тот факт, что у меня на руках был ребенок, вероятно, не добавил мне уважения в глазах моего скептически настроенного адвоката. Впрочем, я потерял её уважение с тех пор, как мы перешли на «ты».

— Тебя не узнать, Лейстер, — прокомментировала она, проходя прямо к столу в гостиной, где мы обычно обсуждали мои дела.

Пока она доставала документы, а я оставил Энди играть на полу, в дверь снова позвонили.

Я посмотрел на Слоан.

— Мы ждем кого-то еще? — спросил я.

В её глазах промелькнула эмоция, которую я не смог расшифровать.

— О, да, — произнесла она весьма загадочным тоном. — Мне пришлось вызвать подкрепление.

Я нахмурился и пошел открывать дверь. Я даже не могу описать своего удивления, когда увидел перед собой ту, кто на протяжении многих лет была не только моим адвокатом, но и моей невестой, и подругой, которой я причинил боль — то, о чем я до сих пор жалел.

— София, — недоверчиво произнес я.

Она была безупречна и одета с иголочки, как и всегда. Её темные волосы струились по спине, собранные в высокий конский хвост, придавая ей тот утонченный вид, которым она всегда отличалась. Внезапно мне показалось абсолютно логичным, что Слоан и София работают вместе. Эти двое были очень похожи.

— Ник, — поприветствовала она меня.

Мы виделись несколько раз после нашего расставания. Мы вращались в одних и тех же кругах, и хотя я больше сосредоточился на бизнесе, чем на юриспруденции, наши пути неизбежно пересекались. Наша история закончилась нормально, но я знал, что разбил ей сердце. Она влюбилась в меня, и как бы я ни старался ответить ей взаимностью и забыть Ноа, всё оказалось тщетным.

Одна из причин, по которой всё сложилось именно так, подбежала ко мне и обхватила за ногу, глядя на моего адвоката.

София опустила взгляд на моего сына, и её лицо озарила улыбка.

— Это Эндрю? — спросила она.

— Он самый, — ответил я, гадая, что, черт возьми, София делает в моей квартире.

Я взял сына на руки и закрыл дверь.

София продолжала смотреть на меня так же, как минуту назад Слоан. С удивлением и недоумением, но, в отличие от Слоан, не способной на нежность, в глазах Софии я смог разглядеть именно это чувство.

— Тебе идет, Ник, — сказала она, любуясь этой картиной. Малыш с любопытством и застенчивостью рассматривал её. — В том, что он твой сын, сомневаться не приходится, — добавила она, намекая на наше с Энди поразительное сходство.

— Он унаследовал лучшее от каждого из нас, — сказал я. — У него такое большое сердце, что оно не помещается в груди.

София молча посмотрела на меня, и когда поняла, что я, конечно же, имею в виду свою жену, легкая улыбка тронула её губы. Она медленно кивнула.

— Кто бы мог подумать, Лейстер?

Я улыбнулся и пригласил её войти.

Эндрю был немного напуган присутствием двух незнакомых женщин в своей игровой зоне, поэтому не хотел отходить от меня ни на шаг.

— Пройдем в мой кабинет? — предложил я.

Я заметил, как Слоан поспешно выпрямилась, как только София появилась в поле её зрения. Я наблюдал, как они здороваются, и тут у меня зародилось крошечное подозрение… Нет, этого не может быть.

Они последовали за мной в кабинет, и я предложил им располагаться.

Энди уселся мне на колени и принялся играть с карандашами и бумагой, которые лежали у меня на столе. Я позволил ему рисовать, наблюдая, как эти две красивые женщины суетятся по неизвестным мне причинам.

— Я весь внимание, — сказал я.

Слоан, казалось, взяла себя в руки и серьезно посмотрела на меня.

— У меня две новости: хорошая и плохая. С какой начать?

Я на секунду задумался, но решил начать