Мурад Аджи - Азиатская Европа (сборник)

Вот как описывал их очевидец: «Ересь жидовствующих, как известно, впервые появилась в России в XV веке в Новгороде, откуда она проникла в Москву, принес ее в Новгород из Киева еврей Схариа. Сущность этого раннего учения, насколько можно судить по имеющимся скудным источникам, состояла, с одной стороны, в отрицании существеннейших догматов христианства (троичности, божественной природы И. Христа), некоторых таинств, духовной иерархии, иконопочитания, монашества, а с другой — в принятии обрядов иудейских. Ересь жидовствующих была осуждена на Московском соборе 1504 года и подавлена».

Особенно жестоко расправились в России с последователями истинного христианства в XIX веке. В то время оно нашло широкий отклик в душах россиян, и — начались массовые изгнания из страны последователей этого учения, физическое их уничтожение. Как раз тогда возникло в Бакинской губернии селение Привольное и другие селения, их основывали выходцы из Центральной России [38].

Жители Привольного, разумеется, не называли себя режущим слух словом «жидовствующие», они говорили: «Мы субботники». Иначе говоря, последователи чистого иудаизма. Все сомнительные наслоения, которые появились позднее в учении Христа, включая Новый завет, они решительно отвергли, усматривая в них ересь. Потому что не от Христа эти книги!

Действительно, не от него. Канонизация христианских книг, в том числе и Нового завета, началась с конца IV века, названного «золотым веком» для Востока и Запада. Это была целая эпоха совместных церковных Соборов, богословских споров и даже рукопашных схваток во имя утверждения веры.

Там переплелось всё — властолюбие и честолюбие, алчность и зависть, — епископы знали из-за чего драться… Только «апостольского» ничего не было… Кроме названий. Церковь строилась людьми — простыми, но отнюдь не простодушными.

Имя «Иисус Христос» появилось во II веке, до этого героя звали Йешуа. Многое о нем стало известно благодаря стараниям апостола Павла, который жил после Христа. Но… он, как утверждает Церковь, якобы «видел и слышал» Христа, даже разговаривал с ним, находясь в неком экстатическом переживании… Позже число «собеседников» и «очевидцев» Христа выросло в десятки раз. И каждый старался сообщить о своей «встрече»… Были написаны книги и не признанные позже (апокрифические) Евангелия.

…Во время молитв «чистые» христиане по завету Христа употребляют только древнееврейские слова. Храмы в селении Привольном, по сообщению очевидцев, внешне походили на синагоги. Церковные или соборные черты в их архитектуре отсутствовали. Опять же это естественно. Кроме синагог, христиане, чуть отдалившиеся от иудаизма, иных ритуальных мест придумать не могли и не имели права.

Из праздников жители Привольного выделяли субботу в продолжение всего года, а также Пурим (Мардохеевы дни), иудейскую Пасху с мацой и некоторые другие праздники.

Никакого крестного знамения «чистые» христиане на себя не накладывают — у них его просто нет. Зато сторонние наблюдатели говорили о блуде, вернее, о свободных отношениях в общине, что не считалось за грех. Это — древняя иудейская традиция. Люди живут по своим законам, со своей моралью. И храмом своим называют иное сооружение — не то, к которому приучены официальные христиане.

У субботников все по древним заветам Библии! Как было при Христе.

Внутри «христианской» синагоги (что дословно означает «дом для собрания») просторные залы прямоугольной формы, в глубине шкаф с книгами, завешенный покрывалом. Посреди зала кафедра для чтеца или проповедника. Именно синагоги — их назначение и устройство — повторили первые христиане! Храмовой архитектуры при Христе не было.

Украшение из курганов Древнего Алтая… Не напоминает ли оно Агнца Божьего?

К сожалению, исследованием обряда жидовствующих представители официальной Церкви никогда не занимались, это оправдывалось тем, что ересь лежит вне ее интересов… Но что есть «ересь» в данном случае?

Кто отступил от учения Христа? Разве жидовствующие?.. Этот вопрос, похоже, никто не задавал. Жаль. Поэтому истоки христианства и замусорены откровенным вымыслом, который накапливался веками.

Жидовствующие отвергают «традиционных христиан» именно за их новации, настаивая, что нельзя поправлять Христа.

Каковы эти новации? В чем? Когда появились? И почему?

Ранние христиане не признают божественной природы Христа и Троицы. Иначе говоря, они отвергают важнейшие догматы официального христианства. О чем это говорит? Очевидно, о том, что эти догматы появились позже Христа. Значит, они пришли в религию от лукавого, полагают субботники.

И верно, в начале IV века на I Вселенском соборе 325 года византийский император Константин приказал христианам считать Христа равным Богу-Отцу. Именно приказал, свою позицию «единосущности» обосновав так: «…определениям самодержца, направленным к защите истины, противиться не должно».

Весомо сказано…

При грубом нажиме светской власти появился первый важнейший церковный догмат. Справедлив ли подобный подход в духовных исканиях? Ответ за теологами. Но важнейший закон христианства прозвучал именно из уст императора Константина, который… не был христианином! Он всю жизнь носил титул Верховного языческого жреца.

А что такое догмат? Это — краеугольный камень религии, ее основа. Примечательно, идея Константина не была новой, в 268 году ее уже высказывали, обсуждали и… отвергли на Антиохийском соборе, признав абсолютно еретической.

Предложение Константина было скорее не догматом, а блестящей политической находкой Византии, перед которой троянский конь древних греков — жалкая детская игрушка. Греки мастерски тогда запрятали яд замедленного действия: он убил религию тюрков.

«Бог вечен, ибо Он есть Мир и Создатель Мира», — говорили в древности тюрки.

Следовательно, Христос не равен Богу уже потому, что Христос рожден, а рождение предусматривает начало. Не мог он и умереть по той же причине, потому что смерть предусматривает конец. Если он умер на кресте, получается, и Бог умер вместе с ним. А это абсурд, ибо Бог вечен…

Причем абсурд двойной. В Евангелии от Матфея в самой первой строке сказано: «Родословие Иисуса Христа, Сына Давидова, Сына Авраамова…» Как понимать эту фразу? А как же Бог-Отец?

Невежество Константина — язычника! — привело Церковь к бессмысленности. Против нее первыми и выступили субботники как несогласные. Потом — некоторые церковные деятели и даже отдельные Церкви. Тщетно. Их не слышали.

Например, епископ Арий пытался объяснить и Константину, и другим, что сын не может быть своим же отцом. Однако голос разума утонул в крике противников, которые в этом догмате видели совсем иное — расширение власти греков на другие территории. На те, где верят в Бога Небесного. Иначе говоря, на тюркские земли! Туда готовили греки своего нового троянского коня. Они возмечтали с лавровой ветвью, на правах братьев по духу проникнуть в храмы тюрков и, присвоив их культуру, подчинить себе. Почти так и случилось.

Византия, став лидером христианского мира, игнорировала всё, что ей мешало выполнить тайную цель… А это уже не религия — политика! Чистая, вернее грязная, политика. Уверенные в себе тюрки, привыкшие белое видеть белым, а черное — черным, не заподозрили коварства. Лишь римляне разгадали его и поначалу тайно поддержали греков.

Создавая государственную Церковь, император Константин утверждался на Средиземноморье, и это, конечно, стало беспокоить Рим. Тем более что Византия начала устраивать целые спектакли, показывая личную дружбу своего императора с Богом — якобы ему «Бог дивно, посредством видений, открывал умыслы» врагов, «многократно удостаивал его богоявлений». Это был откровенный балаган… Но так создавался образ святого императора.

Именно как о «святом» писал о нем известный церковный историк Евсевий, умалчивая, однако, что «святой» своими руками передушил близких родственников — жену и сына. И после всего этого Константина в истории Церкви принято называть главным героем христианства — «равноапостольным императором»… «Великим»…

В 430 году епископ Нестор усомнился еще в одном догмате христианства, так называемом «единстве божественной Троицы».

Вновь теологические споры стали ширмой для простаков. На деле же вопрос решался очень приземленный: кому главенствовать на Средиземноморье — Византии или Египту. Та и другая сторона искали себе союзников через Церковь.

Евсевий, предвосхищая те события, констатировал: «…зависть не упускала из виду наших благ; она… поссорила епископов и, под предлогом (защиты) божественных догматов, возбудила между ними несогласия и раздоры. Вслед за этим, будто из искры, воспламенился великий пожар и, начавшись как бы с главы, с церкви Александрийской, распространился по всему Египту, Ливии и за пределы Финаиды… Вид этих событий доведен был до такого неприличия, что досточтимое божественное учение подверглось самым оскорбительным насмешкам…»