Вашингтонский указ - Юсси Адлер-Ольсен
Тысячи бездарных подражателей Нормана Роквелла[27] были посрамлены этим шедевром пошлости раз и навсегда.
Тем не менее собравшиеся дружно зааплодировали и начали протискиваться вперед, оттесняя невзрачного человечка в красном пиджаке к стене, чтобы не раздавить. Бугатти проводил его взглядом. Этот субъект выглядел крайне чужеродно и совершенно не вписывался в изысканное окружение.
В этот момент к полотну приблизилась Мими Тодд Янсен, чтобы рассмотреть его получше. Несмотря на всё ее врожденное чувство такта, было очевидно, что вкус у нее гораздо тоньше. Натянуто улыбнувшись, она перебросилась парой фраз с Кёртисом. Тот угодливо закивал, расплылся в улыбке и тут же попятился назад, мгновенно растворившись в толпе и скрывшись за боковой дверью. Сенатор Янсен взял бледную супругу под локоть, чтобы продолжить путь к залу заседаний, где должно было состояться интервью, как вдруг раздался крик.
Бугатти резко обернулся на звук. Перед глазами замелькало месиво из рук и тел: кто-то рвался к источнику шума, кто-то в панике отпрянул назад. В этой суматохе отчетливее всего Бугатти запомнил лицо Томаса Сандерленда. Тот застыл в неестественной, скрюченной позе с перекошенным от ужаса лицом; его воротник был порван, а подкладка кармана вывернута наизнанку — казалось, его только что сильно ударили. Самый крупный из телохранителей в черном яростно расталкивал людей, пытаясь прорваться вперед. И тут невзрачный человечек, только что сорвавший занавес с картины, сделал два быстрых шага навстречу Янсену и его жене. Раздался выстрел. Лишь в это мгновение Бугатти разглядел в его руке револьвер.
По воздуху поплыли пороховой гарь и сизый дым. Люди истошно закричали, многие повалились на пол. Раздалось еще несколько выстрелов. Голова убийцы буквально разлетелась, забрызгав кровью и мозгом новенькую картину и флаги на стене. В ту же секунду Бугатти почувствовал острую, жгучую боль в боку и посмотрел вниз. Стоявший рядом мужчина тоже согнулся пополам, зажимая живот обеими руками — его зацепило одной из рикошетивших пуль. Рядом с ним на ковровой дорожке валялась камера Марвина с продолжавшим мигать красным индикатором — оператор выронил ее в начавшейся суматохе прямо во время съёмки.
Бугатти с ужасом уставился на расползавшееся подмышкой кровавое пятно. Догги выпустила его руку и пронзительно закричала, вторя обезумевшей толпе. Он судорожно прижал ладонь к ране, и только сейчас до его сознания дошел весь ужас произошедшего секундами ранее.
В паре метров от него телохранители повалили на пол сенатора Янсена, закрывая его своими телами, но ничто не могло скрыть застывшего в его глазах первобытного ужаса. Перед ним на окровавленном ковре лежала Мими Тодд Янсен. Ее глаза были широко распахнуты, она судорожно хватала ртом воздух, а под ней быстро растекалась огромная лужа крови. Ее тело уже не двигалось.
Тут резкая боль пронзила поясницу Бугатти, и он рухнул на колени.
Прошло время, и теперь в вестибюле отеля не осталось ни души, кроме оцепивших его сотрудников спецслужб, самого Бугатти и его растерянного оператора Марвина.
Это было уже четвертое включение Бугатти в прямой эфир за те два часа, что прошли с момента покушения на Мими Тодд Янсен. И ее, и сенатора давно увезли, а десятки агентов ФБР и детективов из убойного отдела Ричмонда без устали опрашивали каждого, кто находился в холле в момент роковых выстрелов.
Специальная группа экспертов детально изучала записи камер видеонаблюдения и копию видеоматериала, которую им оперативно предоставили техники из передвижной станции Бугатти. Параллельно криминалисты дотошно обследовали каждый сантиметр помещения в поисках улик, раз за разом фотографируя мозговое вещество на стене и другие страшные детали в празднично украшенном зале.
Как выяснилось, несколько человек получили ранения от отрикошетивших пуль, выпущенных охраной, но, к счастью, их жизни ничего не угрожало. Бугатти уже успели обработать и зашить легкую рану на пояснице, а также накачали обезболивающими в таком количестве, о котором ему даже думать не хотелось.
В наушнике раздался голос продюсера. Тот сообщал страшные новости — буднично, спокойно и собранно. На мгновение Бугатти оцепенел.
Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы взять себя в руки, он мрачно кивнул оператору. На камере вспыхнул красный огонек.
— Буквально несколько секунд назад врачи медицинского центра CJW распространили официальное заявление о том, что Мими Тодд Янсен скончалась от полученных ранений. — Он выдержал паузу, силясь смотреть прямо в объектив. — Жизнь этой выдающейся женщины трагически оборвалась самым гнусным образом. Америка погружена в шок. С момента покушения прошло два часа, и прямо сейчас в клинике Чиппенхем в Ричмонде врачи ведут отчаянную борьбу за жизнь ее ребенка. Из-за разгула стихии вертолет не смог пробиться сквозь метель из Вирджиния-Бич напрямую; пилотам пришлось совершить вынужденную посадку к югу от Ланексы, откуда Мими Тодд Янсен и ее нерожденного малыша везли на автомобиле по трассе I-64. — Он посмотрел прямо в объектив: — Давайте почтим минутой молчания память этой великой женщины, которую мы так и не успели узнать до конца.
Эта минута показалась вечностью. Редкие люди, пробегавшие по вестибюлю, мгновенно замирали, едва завидев скорбную группу вокруг Бугатти.
Наконец продюсер дал команду продолжать трансляцию.
Он повернулся к монитору обратной связи:
— Эрика, есть ли свежие новости из госпиталя о состоянии ребенка?
На экране появилось нечеткое изображение его коллеги Эрики Нельсон; она стояла перед зданием больницы, выдыхая клубы пара.
— Нет, Джон, новостей крайне мало. Мы знаем, что на третьем этаже клиники сейчас идет напряженная работа. Кесарево сечение провели в операционной на первом этаже, но буквально только что ребенка экстренно перевели в отделение интенсивной терапии.
— Значит, есть надежда, что малыш жив. Кто-то из врачей давал официальные комментарии, Эрика?
Эрику Нельсон показали крупным планом. Было видно, что она сильно замерзла, но из-за густого снегопада рассмотреть лицо в деталях было трудно. За ее спиной высился укутанный снежной пеленой, но всё равно величественный комплекс клиники Чиппенхем — результат реконструкции зданий одного из лучших медицинских учреждений страны.
— Минутку, Джон! — Она на секунду уставилась в пустоту перед собой. — Так, мне сообщают, что шансы на выживание ребенка ничтожно малы. Сам малыш не пострадал от пуль, но Мими Тодд Янсен потеряла слишком много крови, и, к огромному сожалению, детский организм