Я есть Вселенная - Вероника Шахрай
Но у учёных логика простая, как дважды два: ты никогда не умираешь окончательно на всех частотах сразу. Они на голубом глазу уверяют, что в ту самую наносекунду, когда на одной ветке реальности твоё тело попадает в смертельную аварию или погибает от болезни, на другой, соседней ветке ты чудом выживаешь, отделываясь лёгким испугом, и продолжаешь жить дальше как ни в чём не бывало. Твой прожектор внимания, по их логике, просто бесшовно перешагивает в ту координату, где биологический скафандр остался цел. И вот тут поведение учёных превращается в форменный цирк.
Я уж молчу о том, что их хвалёную теорию многомирия уже давно в открытую захэйтили и растащили на цитаты. На любого физика, который заикается про квантовое бессмертие, академический мир тут же набрасывается с яростным хейтом, пытаясь высмеять и загнать обратно под ковёр. Ведь в этой точке у любого трезвомыслящего человека возникает следующий закономерный вопрос, который окончательно множит на ноль всю их бумажную логику: «Окей, господа многомирники. С грузовиками, летящими кирпичами и внезапными инфарктами всё понятно — там всегда можно нарисовать соседнюю веточку Эверетта, где кирпич пролетел мимо, а сердце чудом застучало вновь. Но как, чёрт возьми, по вашей теории люди умирают от старости? Как этот ваш квантовый поезд умудряется бесшовно ехать дальше, если биологический скафандр износился на всех параллельных частотах сразу? Человек ведь всё равно стареет и в итоге закрывает глаза!»
И вот тут материалисты снова спотыкаются о собственную трусость, потому что упрямое Эго панически боится заглянуть выше физического мяса. Чтобы объяснить смерть от старости в рамках квантового бессмертия, им приходится выкатывать такие громоздкие и абсурдные теории, что становится просто смешно.
Знаешь, что они всерьёз утверждают? Они говорят, что раз Сознание обязано выбирать только живые ветки, то даже в глубокой старости Вселенная будет обязана штамповать для тебя самые безумные, микроскопические вероятности спасения: в одной ветке тебя экстренно оцифруют, в другой — завтра изобретут лекарство от старения, в третьей — ты окажешься тем самым одним на триллион долгожителем, у которого клетки вдруг начнут бесконечно регенерировать. Они готовы верить в восстание киборгов и мгновенные генетические мутации, лишь бы не признавать очевидного: Сознание не привязано к костям и синапсам.
Но самый прикол! На официальных конференциях они важно раздувают щёки и кричат: «Ой, фу, уберите ваше Сознание из физики, мы серьёзные материалисты, у нас тут только шестерёнки, атомы и плодящиеся планеты!». Но как только на закрытых кулуарных встречах заходит речь про квантовое бессмертие, они стыдливо опускают глаза и начинают мямлить: «Ну, понимаете… сознание мёртвого человека не может себя осознать в небытии, поэтому Сознание — которого у нас в формулах как бы официально нет — волшебным образом выбирает только живые ветки и подсвечивает их для наблюдателя…».
Слушайте, ну это же просто смешно! Учёные-многомирники сами не заметили, как прыгнули на те же самые грабли, об которые до них разбила лоб Копенгагенская банда. Они так яростно пытались выгнать Живой Разум через парадную дверь, построив триллионы слепых материальных миров из кирпичей и железа, что в итоге им пришлось на коленях запускать Сознание через форточку, чтобы хоть как-то объяснить, почему мы вообще хоть что-то чувствуем и продолжаем жить только в одной, гарантированно живой ветке реальности! Материя снова поймала их за руку на их собственной глупости. Они описали бесконечный конвейер дубликатов, но панически боятся признать, Кто именно сидит в зале и выбирает, какое кино смотреть сегодня вечером.
Чтобы понять, в какой абсурд уткнулись учёные, представь, что наш мир — это огромная компьютерная игра. Внутри системного блока, в памяти процессора, одновременно существует весь огромный виртуальный город. Там прописаны все улицы, дома, машины и персонажи в виде невидимого цифрового кода. Они все там есть прямо сейчас. Но на твоём реальном стеклянном мониторе отображается только тот пятачок дороги, на который в эту секунду развёрнута камера твоего героя. Ты физически не можешь увидеть весь город разом — реальность для тебя сужается до одного кадра на экране.
И вот в чём парадокс: физики досконально изучили системный блок Вселенной. Они заглянули в код и доказали, что в памяти пространства одновременно записаны все варианты твоей судьбы — и тот, где ты сказочно богат, и тот, где беден. Но когда учёные смотрят на «монитор» нашей реальности, они видят, что на нём горит всего одна картинка. Они бьются головой об стену, изучая провода, транзисторы и микросхемы монитора, пытаются формулами объяснить, почему включился именно этот кадр, но у них ничего не выходит.
Знаешь, почему наука зашла в этот тупик? Потому что в её строгих уравнениях нет самого Игрока, который сидит перед компьютером! Учёные упрямо пытаются объяснить устройство игры, полностью игнорируя того, кто держит в руках мышку.
Описанная Хью Эвереттом концепция Мультивселенной, которая поначалу казалась спасительным выходом из тупика, на деле совершает жестокое философское предательство. Она полностью лишает тебя свободы воли. В этой бесконечной математической матрице человек превращается в абсолютного раба формул, в слепого биоробота, штампующего копии самого себя на конвейере квантовых ветвлений. Ты можешь мучительно выбирать, повернуть направо или налево, но уравнению Шрёдингера плевать на твои метания: оно просто раздваивает реальность, обрекая тебя совершить оба действия одновременно в разных мирах. Твое волевое усилие — лишь иллюзия, а ты сам — пассажир на американских горках, запертый в случайном кадре кинопленки.
Но что, если физика зашла в тупик именно потому, что повернула не туда? Что, если столетнее бессилие науки — это лишь следствие слепого материализма, который упорно отказывается замечать главного участника эксперимента? Давай доработаем логику до абсолютного максимума, перевернем правила игры и вернем Наблюдателю его законный статус Творца. Чтобы распутать этот узел, нужно признать фундаментальную истину: Сознание первично. Оно не является случайным побочным продуктом эволюции или искрой, вспыхнувшей в химическом бульоне нашего мозга. Сознание — это изначальная, фундаментальная ткань самой Вселенной, которая пропитывает каждый квант поля, каждый атом и каждую пространственную струну мироздания.
Если Сознание разлито везде, то великая квантовая «проблема измерения» решается изящно и мгновенно, без необходимости плодить миллиарды бессмысленных миров.
Во-первых, лабораторный датчик, фиксирующий частицу, больше не является бездушным куском железа.