Императрица из 21-го века - Вадим Владимирович Чинцов
За месяц до битвы, в мае 1709 года, объединённые силы русских драгун и полка Игната Галагана уничтожили главные форпосты Запорожской Сечи. Эти столкновения отличались особой жестокостью, часто пленников подвергали мучительным пыткам вроде посадки на кол.
После победы Россия выпустила специальную прокламацию, адресованную всему народу Малороссии, где именовались Мазепа и Гордиенко как «изменники», а запорожцы обвинялись в предательстве. Несмотря на поражение шведов, автономия Гетманщины осталась неизменной вплоть до конца царствования Петра, хотя Запорожская Сечь прекратила своё существование. Некоторое время беженцы-запорожцы жили в низовьях Днепра, на территории Крымского ханства, подвластные турецкому султану.
Однако жизнь под мусульманским правлением оказалась невыносимой. Уже к 1735 году, перед началом новой русско-турецкой войны, запорожцы выбрали нового атамана, сместив прежнего Гордиенко, после чего обратились с просьбой принять их обратно в российское подданство. Императрица Анна Иоанновна согласилась, а казаки оказали помощь русским войскам в захвате Крыма и крепости Очакова.
Таким образом, Запорожская Сечь снова появилась на карте Российской империи, став частью системы казачьего самоуправления страны наряду с другими подобными формированиями: донскими, малороссийскими, слободскими, терскими, астраханскими, яицкими, сибирскими и прочими казаками. Несмотря на попытку восстановления Запорожской Сечи, старые проблемы среди запорожских казаков никуда не исчезли. Казачьи сообщества разделились на отдельные группы, одна из которых превратилась в своеобразную пиратскую республику в районе устья Южного Буга, терроризируя соседей набегами и грабежами.
Глава 10
Сечь представляла собой укрепление, внутри которого стояли церкви, хозяйственные постройки и жилые помещения (курени). Название места нахождения командования казаков — Сѣчъ — происходит от слова «сѣкти», «высѣкать». Оно связано с частоколом, окружающим поселение, у которого были высеченные острые края (иногда для обозначения крепостного сооружения Сечи применяли слово «паланка»).
Сечь являлась центром деятельности и управления всеми войсковыми делами, резиденция всех главных старшин, стоявших во главе низового казачества (то есть действующего в низовьях Днепра).
Часто со словом «Сечь» (или вместо него) употреблялось слово «Кош». Запорожцы, употребляя слово «Сечь», подразумевали, прежде всего, постоянную столицу войска, а под словом «Кош» — любую, в том числе временную стоянку войска, то есть какой-либо военный лагерь.
Таким образом, Запорожским Кошем иногда именовалась Запорожская Сечь, а иногда временная ставка войска во время походов. Этим объясняются подписи на письмах «Дан на Кошу Сечи Запорожской» то есть, на Запорожской Сечи, «Дан с Коша при Буге» — временного лагеря при Буге. Также «кошем» запорожцы называли орган войскового управления, поскольку лагерь казаков не переставал быть военным и управлялся по своим законам, главные решения в котором принимались всем лагерем (казачьим кругом), то есть кошем.
Казаки летом занимались промыслами по Днепровским порогам (рыболовством, охотой, скотоводством, также ремёслами и торговлей), а зимой расходились по ближайшим городам (Киев, Львов, Бахчисарай, Краков, Ростов, Черкассы и др.), оставляя в безопасном месте на острове в Коше «залог» (заставу или аванпост) в виде отряда 100—200 вооружённых огнестрельным оружием и пушками казаков.
В XVII веке, после возведения крепостей-городов в Слободской Украине, татары стали избегать Муравского шляха и он сделался главным путём для казаков, направлявшихся на набеги в Крым.
В Русском государстве с сечевиками всегда считались. Низовые казаки жили отдельным, независимым от какого-либо государства сообществом, которое условно делилось на две группы: на сечевых и зимовых казаков. Сечевые казаки обладали рядом прав и привилегий, по сравнению с зимовыми, которые могли жениться и вести хозяйство, присоединяясь к сечевым во время их походов — такой у них был «отхожий промысел». Зимовым казаком можно считать Тараса Бульбу, который был женат, имел сыновей, была у него и своя богатая усадьба. Лишь периодически он приезжал казаковать в Сечь. То же можно сказать и о Богдане Хмельницком. Но далеко не все зимовые были богаты, как Бульба: большинство не вошедших в реестр казаков назывались голутвенными — от слова «голытьба».
Не каждый мог стать сечевым казаком: приём в Запорожскую Сечь новоприбывшего осуществлялся при выполнении следующих условий:
прибывший мог быть смердом, дворянином, поповичем, казаком, татарином, турком, холопом или закупом;должен был пройти полное обучение по прибытии в Сечь — изучить войсковые порядки, и только после этого записываться в «испытанные товарищи», что могло произойти не раньше, чем через промежуток в 1–3 года.
В Войско принимались мужчины всех национальностей, но большинство составляли украинцы. Женщины в Войско не допускались. Женатые казаки жили на территории владений Запорожской Сечи и считались в её «подданстве».
Сечевые казаки назывались «лыцарством» или «товарыством». Только эти казаки имели право выбирать из своего состава старшину, получать денежное жалованье и вершить все дела войска. Зимовые казаки на Сечь не допускались, а жили вблизи неё, но входили в состав Войска Запорожского Низового.
В войсковом отношении Запорожский Кош делился на 38 куреней, представлявших собой самостоятельные военные подразделения казацкого войска. Численность куреня в разное время могла составлять от нескольких десятков (обычно, в мирное время) до нескольких сотен казаков (и более, — во время войн и военных походов). Однако, наиболее подходящим сравнением казацкого куреня с организационно-штатной структурой современных вооружённых сил подходит понятие «батальон».
А что же было на Дону? На рубеже XVI-XVII столетий здесь насчитывалось от 8 до 10 тысяч казаков. Но и здесь им было тесно, и в 1557 г. атаман Андрей Шадра увел три сотни на Терек — так начиналась история Терского казачества. Однако в 1614 году, из-за участия в боевых действиях вначале на стороне самозванцев, а потом русского ополчения, согласно перечню, составленному для получения жалованья, осталось всего 1888 человек. Но донцы быстро восстановили свою численность, и в 1637 году уже были настолько сильны, что смогли захватить Азов, а потом выдержать изнурительную осаду (Азовское сидение). Бурный рост численности донцов произошел после Раскола и начала преследования старообрядцев, многие из которых бежали на Дон. Во второй половине XVII века казаков там было уже около 20–30 тысяч, жили они в 100 городках на Дону и его притоках.
Наш санный поезд прибыл на Сечь и Иван Билецкий, как только мы с Петром и Разумовским вышли из своих возков, указал на строения — Это Сечевые куреня. Иногда на тот или иной курень-подразделение приходится несколько куреней-казарм. Специально ради ваших Высочеств созвана Рада.
По внешнему виду жилой курень представлял собой длинную казарму, длиной 30 метров и шириной около 4 метров.
Петр и Разумовский крутили шеями, разглядывая все вокруг. К нам подтягивались казачки, причем большинство одетых в такую рвань, зато при сабле и пистолетах!
Билецкий давал нам пояснения: — Главным на Сечи является кошевой атаман, сейчас на сечи избран Григорий Фёдоров-Лантух. Далее идут судья, есаул,