Правила волшебной кухни - 12 - Юрий Винокуров

— ДА ЛАДНО⁈ — выдохнул плотник, увидев на нём синьора Дожа.

— … с каналами никаких проблем не будет, — как раз говорил градоначальник. — Делай свою платформу, Маринари. Венеция всё компенсирует, и даже сверху заплатит.

— Да ну нахрен, — повторил Леонардо, сползая со стула. Глаза как две тарелки, рот широко раскрыт, и даже седины как будто бы прибавилось. Однако тут плотник взбодрился, собрался с силами и крикнул: — Здравствуйте, синьор Дож! А я за вас голосовал!

— Э-э-э, — донеслось из динамика.

— Мне очень понравился ваш последний закон об общественных мероприятиях! А про древесину как вы замечательно придумали!

— Что? Про какую древесину?

— Ну как⁈ Про то, что древесина разной мягкости должна проходить тестировать по классическому методу определения…

Бла-бла-бла. Леонардо начал сыпать техническими терминами, в которых ни я, ни уже тем более Дож не разбирались. Хотя… последнему это не помешало принять какой-то там связанный с древесиной закон.

В какой-то момент Дож закатил глаза, но даже это не остановило Леонардо. Наконец, закончив свой рассказ, он с чувством выполненного долга улыбался градоначальнику. Тот же сказал:

— Ага, — и связь оборвалась.

— Вы поняли, синьор Леонардо? — уточнил я.

— Понял, — закивал тот. — Я всё прекрасно понял. Однако платформу для вас всё равно сделать не смогу.

— А теперь-то почему?

— У меня закончились доски, — грустно вздохнул плотник.

— Так… купите их.

— Не могу. Они закончились везде. Тех, что нам потребуется для строительства, сейчас во всём городе не сыскать. Большие поставки будут только через несколько дней.

— Так, — глянув на часы, я понял, что время стремительно утекает. — А если доски будут?

— Если доски будут, то сделаю, — ответил Леонардо. А потом задумался и добавил: — Но! Мне потребуется два дня на такую объёмную работу.

И это не выход. Два дня — роскошь, которой у меня сейчас не было. У меня до свадьбы часов одиннадцать остаётся и выходит, что я зря мотался в Каннареджо. Ну… с другой стороны с синьором Леонардо пообщался. Когда ещё доведётся?

— Ладно, — вздохнул я и покинул лавку.

Постоял. Подумал. Не сразу, но всё-таки сообразил, что можно придумать. А потом набрал одному моему знакомому рыбаку.

— Матео, привет, — поздоровался я и сразу же перешёл к главному. — Мне нужен корабль.

— Замечательно, — ответил Матео.

— Деревянный.

— Изумительно.

— Сегодня.

— Просто превосходно, — сказал рыбак. — А я тут причём?

— При том, что ты мне всё ещё должен за спасение Жанлуки. Так что это теперь и твоя проблема тоже. Я хочу срочно купить деревянный корабль, и чем дешевле, тем лучше. Мне подойдёт худая посудина, которая при выходе в море сразу же затонет. Максимально раздолбанная.

— Максимально раздолбанная, говоришь? — хохотнул Матео. — Так это же совершенно другой разговор. Сейчас найду!

И вот… да что же это такое-то, а⁈ Как просишь у кого-нибудь что-нибудь нормальное, ещё и по адекватной цене — так мимо. Но как только тебе понадобилась какая-нибудь хрень, так вот она. Венеция — город, который даёт тебе то, что ты не просил.

— Ты пока дуй в доки у Сан-Тровазо, — сказал рыбак. — А я пока что обо всём договорюсь.

Сказано — сделано. Ну а пока я шёл по указанному адресу, Матео ещё разок набрал и подтвердил, что всё на мази. Продавец ждёт, корабль на месте.

— Благодарю, — ответил я и ускорил шаг.

Итак! Доки встретили меня картиной, присущей изнаночной стороне Венеции. Туристическим и романтическим городе на воде тут даже близко не пахло, — тут, скорее, пахло перегаром. Между причалами стояли лодки, баркасы и какие-то самодельные посудины без названия, которых вряд ли увидишь на Гранд-канале. Туда-сюда сновали грузчики с какими-то ящиками, и никто, — прямо вот вообще никто, — тут не улыбался. Всё было сурово и по-деловому.

А где-то вдали, у края причала, стоял он.

Корабль. Ну… если можно так выразиться, конечно. То есть если предположить на секундочку, что где-то в мире существует корабль-некромант, который умеет поднимать со дна морского корабли-зомби, то вот это именно такой зомби и есть. Палуба дырявая, борта тоже зияют пробоинами, мачта завалилась набок. А особый кайф — попытки прежнего владельца заделать всё это каким-то ветками и кусками парниковой плёнки. Короче говоря, я бы на такую развалину даже заходить бы не стал.

Совсем рядышком с кораблём стояли двое. Невысокий плотный мужчина лет шестидесяти, который курил трубку, и ещё один — моложе лет на двадцать. Судя по лицам, в которых угадывались одни и те же черты — отец и сын.

— Дженнаро, — поздоровался со мной старший, едва мне стоило подойти.

— Никколо, — следом руку мне пожал его сын. — А вы, должно быть, синьор Маринари?

— Он самый, — кивнул я.

— От Матео?

— От него.

— Ну отлично!

Никколо достал из чемодана стопку бумаг с гербами и подписями, а следом зачем-то зачитал мне характеристики корабля. В которых я, признаться, совершенно не шарил.

— К слову, он безымянный, — улыбнулся синьор. — После покупки можете сами придумать ему имя.

Учитывая то, что я собираюсь сделать с кораблём, такую идею я отверг сразу же. Это ведь всё равно что назвать свинюшку, которую собираешься съесть — привяжешься ещё потом. И к чему это вообще?

Тут к разговору подключился Дженнаро и рассказал мне о том, кто, когда, как и для чего использовал этот корабль. И судя по рассказу выходило, что это рабочая торговая лошадка, которая уже отслужила свой век. Ну а дальше мне поступило предложение. Причём… как на мой взгляд, весьма щедрое.

— Тридцать сольдо? — переспросил я. — Простите, а это не шутка?

— Нет, — ответил Никколо. — Для вас лучшая цена, ведь вы друг Матео. А друг Матео — наш друг.

Уж не знаю, чем мой рыбак помог этим двоим по жизни, но такое объяснение меня устраивало. И спорить насчёт цены я не стал. Лишь на всякий случай ещё разок оглядел корабль, который вблизи выглядел ещё хуже.

Проступила некоторая детализация: ракушки и водоросли на корпусе росли сильно выше ватерлинии, что как бы намекало — корабль вытащили со дна. Пробоины с этого ракурса выглядели внушительней — некоторые доски обшивки окончательно отвалились, обнажив для взгляда тёмное