Мангака 8 - Александр Гаврилов

И тут меня отпустило, я рухнул в кровать, и, наконец-то, отрубился.

— Сайто-кун, да что с тобой такое сегодня⁈ Больше чувств! Где твоя экспрессия? Тебя обвинили в убийствах, которые ты не совершал, ты в ярости должен быть от такого обвинения, а ты реагируешь так, как будто тебе всё равно! Как будто их реально ты совершил! Соберись уже! — активно жестикулируя руками, разорялся передо мной режиссёр, чуть ли не подпрыгивая.

И тут сложно было обвинять его в необъективности, всё так и было. Мало того, что меня мучило похмелье после вчерашнего, так ещё и всё тело болело после тренировок, из-за чего я вообще еле встал сегодня с кровати. И зачем я только пил вчера? Моё тело оказалось слишком уж восприимчивым к алкоголю.

В своё оправдание могу лишь сказать, что я не знал, что у нас сегодня съёмка будет. Это уже утром режиссёр позвонил мне, сказал, что принято решение срочно переснять несколько сцен, а потому меня ждут на студии.

Естественно, я был не в восторге от этой новости, но пришлось вставать, приводить себя в порядок, и тащиться на студию, взяв с собой Тэнгу.

Щенок уже привык к съёмочной площадке и персоналу, и сейчас безмятежно развалился под креслом режиссёра и дрых.

— Прошу прощения, Миядзаги-сан, не выспался просто. Сейчас исправлюсь, — повинился я, подавив тяжёлый вздох.

— Очень на это надеюсь! А то мало того, что твоя девушка опять не пришла, так ещё не хватало мне проблем с тобой. Хорошо хоть с Сугиямой-сан у меня никогда никаких проблем нет. И приезжает всегда вовремя, и выкладывается на полную. Бери с него пример! — кивнул мне режиссёр на сына префекта, Шуичи, с лёгкой усмешкой смотревшего на меня.

— Обязательно, Миядзаги-сан, — скрипнул я зубами, — Давайте приступать. Обещаю, что сейчас всё будет совсем по-другому.

И в этот раз всё действительно вышло по-другому. Я собрался с силами, взбешённый тем фактом, что мне в пример поставили того урода, который явно наслаждался этим, и выложился по полной, не обращая внимания на боль.

Вот только надолго моего энтузиазма не хватило, после завершения съёмки этого эпизода боль накрыла меня такой волной, что я чуть ли не взвыл, и следующую сцену я точно бы провалил, но тут у меня вдруг появилась неожиданная пауза.

— Кушито-сан! — позвал меня вдруг режиссёр, когда я обессиленно сидел прямо на полу, переводя дух, — К тебе пришли! Спустись, тебя в вестибюле ждут.

Кого это ещё принесло? — мысленно удивился я, с трудом вставая, вовсе не обрадованный перспективой куда-то тащиться. Сегодня у нас были съёмки в школе, на третьем этаже, причём, здание это старое, лифта тут нет, так что мне придётся как-то на первый этаж спуститься, а потом ещё и обратно подняться.

— И, Сайто-кун, я тебя умоляю, относись более серьёзно к нашей работе, — тормознул меня Миядзаги-сан, когда я проходил мимо него, — И объясни уже этим дамам, что им не стоит прерывать наш съёмочный процесс. По-хорошему, мне не стоит тебя никуда пускать сейчас, но я не могу им отказать, они одни из спонсоров фильма, но они мешают нашей работе! Намекни им как-нибудь, пожалуйста, чтобы впредь они тут появлялись только по рабочим вопросам!

— Хорошо, Миядзаги-сан, я передам им ваши пожелания, — склонился я перед ним в поклоне, догадавшись, кто это ко мне пожаловал. Давненько эта парочка не показывалась мне на глаза. Я уж думал, отстали, наконец, но нет, не сдаются…

— Нет-нет, ни в коем случае! — всполошился тут же он, замахав руками, — Не надо им говорить, что это мои пожелания. Просто осторожно намекни, что они мешают нашему творческому процессу, вежливо, со всем почтением.

— Я вас понял, Миядзаги-сан, хорошо, очень осторожно намекну, — ещё раз склонился я перед ним в поклоне, скрывая усмешку. Вот жук! Явно из тех, кто любит жар чужими руками загребать. Сам он, понимаешь, не хочет со спонсорами ссориться, но я, видите ли, должен как-то их отвадить. Нет уж. Я, конечно, не горю особым желанием их видеть, но и без необходимости ссориться с ними тоже не буду.

— Ты куда это потащил? Я же сказал, этот прожектор в коридор поставьте, а не сюда! — переключился тут режиссёр на кого-то из работников, а я поплёлся к лестнице, с трудом переставляя ноги.

* * *

— Твою ж мать… Когда же она уже закончится? — простонал я, с трудом передвигая ноги, спускаясь по кажущейся бесконечной лестнице.

Давненько меня уже так после тренировки не накрывало. Очень уж сильно на меня аджарн обозлился вчера, видать, вот и отыгрался. До долбаного отказа загонял меня.

Но всё когда-нибудь заканчивается, вот и уродская лестница, наконец, закончилась, я заприметил диванчик посередине вестибюля, и поковылял к нему.

— Сайто-кун!

— Сайто, мы тут! — донеслись до меня откуда-то со стороны крики, но мне пока было не до них. Я видел цель, и не замечал препятствий. Только добравшись до дивана, и плюхнувшись до него, я огляделся по сторонам в поисках тех, кто так жаждал меня увидеть, что приехал в самый разгар рабочего дня, но поиски не затянулись, так как две очень знакомые дамы уже подошли ко мне.

— Огучи-сан, Кобояши-сан, рад вас видеть. Прошу прощения, что не встаю, просто не в состоянии сейчас, — кивнул я дамам, которые тут же уселись рядом со мной, по бокам.

— Надо же, я и не подозревала, что у вас там, на съёмках, такие нагрузки, — сочувственно покачала головой Кими Огучи, — Ты там какие-то трюки, что ли, выполнял? Но разве их не должны делать каскадёры?

— Опять эти сволочи, наверное, зажали денег на каскадёров, и требуют от актёров, чтобы они сами их выполняли! А сэкономленное на премии себе потратили! Сволочи! Ну, доберусь я до них! Они у меня за каждую йену отчитаются! — подхватила разъярённая Акико, нервно снимая с головы платок и приглаживая рукой волосы.

Платок… Какая-то смутная мысль забрезжила у меня голове, при взгляде на женщину. Как там одноклассники говорили? Женщина в платке и очках… Похоже? Вполне. Ещё и редкость для Японии. Тут японок не увидишь в такой одежде, это у неё несколько лет