Форс-мажор. Побуждение. Книга 2 - Александр Павлович Быченин

— Но?.. — вопросительно уставился я на «мини-гекса».

В «дополненной реальности», разумеется. А в физической даже остановился на полпути до двери в соседнее помещение — ту самую предоперационную.

— В общем, с «Целестой» и её оборудованием всё нормально, сударь.

— А с чем тогда… ненормально?

— Боюсь, сэр, вы мне не поверите, — понурил «голову» мой электронный помощник, мотнув глазами на стебельках. — Потому что тут такое! Такое!..

— Ладно, выкладывай! — махнул я рукой, возобновив движение.

Ох… удивление ох… удивлением, а задачу экипироваться никто не отменял. Да и… поддувает снизу. Видимо, кондиционер в здешней «больничке» так настроен. А про подошвы и вовсе молчу — пол холоднющий! Тут как бы на бег не сорваться…

Н-да… называется, полежал в больничке! И ведь всего-то каких-то жалких десять часов, но новостей за это время накопилось столько, что волосы дыбом встают. Вернее, встали бы, будь они хоть мало-мальски подлиннее. И, что характерно, не только на голове. В смысле, встают, а не подлиннее… впрочем, пофиг! Новости — одна хлеще другой. И это я только в предварительный отчёт по стемсилоиду заглянул, оставив остальное на потом, да так в нём и завис почти на час. Сразу, как только добрался до предоперационной (вслед за санузлом — всё-таки десять часов это десять часов, зов природы уже чувствовался) и облачился-таки в полный комплект снаряжения, начиная с вожделенных «боксёров» и заканчивая шлемом с перчатками. Да, я снова наглухо запаковался в «Витязь-М», поскольку прямо сейчас, буквально в течение нескольких минут, планировал вновь наведаться в зону биологического заражения. Нет, не от хорошей жизни. Просто деваться некуда. И даже хуже, чем биологического. Я, откровенно говоря, собирался вернуться прямо в «сопливые» лапы стемсилоида — изначально за «трофеями». Но, так уж вышло, зацепился взглядом за отчёт, и залип. Присел на кушетку, а потом и прилёг, да принялся перелистывать текстовые выкладки, временами ещё и короткие видюхи просматривая, которые Санёк подкрепил к документу для пущей убедительности. И знаете что? Чтиво, равно как и зрелище, получилось, по меткому выражению одного легендарного героя синематографа, занятное до жути. Впрочем, со стемсилоидом по-другому и не бывает. Это факт.

Надеюсь, никому не нужно объяснять, что это за… сущность? Нужно? Ладно, извольте. Культура репрограммируемых «стволовых клеток», происхождением из богом забытой системы Окто-17, в которой оная культура является основой биоценоза на одном из безымянных спутников такого же безымянного газового гиганта. Какая конкретика, вы чё, угораете⁈ Даже это уже секретная информация, так что я вам ничего не говорил!

Короче, главная космическая страшилка современности, о которой все слышали, но никто не видел. Потому что все, кто видел, и тем более, кто, кхм, причастился — уже никому и ничего не расскажут. По той простой причине, что либо сами, со всей совокупностью собратьев по несчастью, сэволюционировали до стадии активированной стемсилоидной массы, от каковой потом весьма радикальными методами избавились те, кому пришлось разгребать последствия… либо эти самые «разгребатели» заранее выявили угрозу и… э-э-э… санировали её источники. Самым решительным и безжалостным образом, крайне желательно, высокотемпературным термическим воздействием. То бишь выжгли напрочь. Хотя можно и кислотой поядрёней, и даже жёстким излучением. Но тут ещё большой вопрос, что лучше. Остаточная радиация штука очень неприятная, также как и химическое загрязнение. Оптимально — очистительный огонь. После него если что-то и остаётся, то исключительно сажа, сиречь безвредный чистый углерод в мелкодисперсной фазе. Его даже по хозяйству использовать можно при желании. Фильтры там, красители… глубокого «чорного» цвета… не суть, в общем! Главное, что стемсилоид свидетелей не оставляет.

Откуда я это знаю? Так из служебной инструкции же! Той, что для служебного же пользования. Как-никак, одна из основных задач «Биохазард Inc.», и самая первоочередная. Если вдруг припекает в нескольких местах одновременно, предпочтение всегда отдаётся тем проблемам, где присутствует хотя бы намёк на стемсилоида. Хотя бы малейшее подозрение! А здесь и сейчас не просто подозрение, тут доказанный факт. А уж масштабы, если почившему Артуру Эшворту верить, поистине ужасающие. Шутка ли — целая планета⁈ Не удивлюсь, если на Отохимэ уже океаны «соплей» этак лениво плещутся… прямо как у одного древнего фантаста в книжке… что-то там с солью связано… или с солнцем… а, вспомнил: «Солярис»! Правда, там океан разумный, а у нас тут, боюсь, тупо «чистый лист». Та самая основа для биоценоза, или, по меткому выражению Директора Рина, глина для големов. Она же пластилин. Единственное, что радует — всю поверхность планеты стемсилоид покрыть не сможет. Нет на Отохимэ для него столько, э-э-э, «сырья».

И связано это в первую очередь с её природными особенностями. Так-то планетка зачётная, по сути, двойник легендарной Земли. С одним лишь ма-а-аленьким нюансом: двойник-то двойник, но времён примерно девонского периода палеозойской эры. На момент открытия ниппонцами даже кислорода в атмосфере всего лишь около пятнадцати процентов. А ещё жарко, влажно, и пустовато — есть мелкие океаны, заселённые по большей части микроорганизмами да рыбами (в смысле, их подобием), но нет непроходимых джунглей. Тупо не развились ещё. Вместо них примитивные леса, и то далеко не везде. Что растительный, что животный миры — бедные, да и, скажем так, плотность расселения оставляла желать много большего. Жить под открытым небом некомфортно, дышать тяжко, если вообще возможно, местные ресурсы в дело не пустишь даже с натяжками. Только вкладываться и вкладываться — для начала хотя бы сельское хозяйство. Но за ним потом такой шлейф потянется, что мама не горюй! В результате первооткрыватели на перспективную систему тупо забили, всего лишь обозначив её на звёздных картах, да в каталоги название внесли. Звезда, планеты и несколько наиболее крупных каменюк в астероидном поле. Так что система Ватацуми-но Ками была предана забвению лет этак на полтораста, пока её не застолбили… бритты! Тем уже границы собственного Протектората стали «жать в плечах», ну и отдельные особо сообразительные (либо самые безбашенные) кланы полезли на территорию соседей. На тот момент — во всё ещё «серые зоны», вроде как и входящие в соответствующие Протектораты, но чисто формально. Фронтир он и есть фронтир. Вот так и вышло, что данная системка ушла под руку Рокуэллов. Ну а те, не будь дураками, для легитимизации и предотвращения в будущем неизбежных инцидентов взяли в долю ниппонский клан — Кэнгай. И всё, дело в шляпе! Даже очень удачно получилось: есть гарантии невмешательства властей обоих Протекторатов. Что,