Пышка не для Дракона - Лиссбет Котцова

Каэр снял одну печать.

Мираэль вторую.

Внутри лежала металлическая пластина длиной примерно с мою ладонь.

Никакой красоты.

Тусклый металл с тонкими серебристыми линиями, уходящими к краям.

Я посмотрела.

И ничего не произошло.

Ни тошноты.

Ни чужой тревоги.

Ни металлического привкуса.

– Потрясающе, – сказала я. – Кажется, мой великий магический дар решил взять выходной.

Мираэль села напротив.

– Не великий.

Я посмотрела на неё.

– Спасибо.

– Я предпочитаю сразу убрать неправильные ожидания.

Она подтянула футляр ближе.

– Дар Лиоры никогда не относился к сильным в обычном понимании.

Риан чуть повернул голову.

Видимо, информацию он знал.

Я нет.

– А в необычном?

– Он тонкий.

– Разница?

– Сильный маг способен изменить больше. Тонкий способен заметить то, что пропустит сильный.

Это уже звучало интереснее.

Мираэль осторожно вынула пластину металлическими щипцами и положила на плотную ткань.

– Вы знаете, чем обладала Лиора?

– Мне говорили только, что она умела чувствовать магические следы.

– Чтение отголосков.

Название странным образом легло правильно.

Будто слово уже существовало где-то в мышечной памяти языка.

– Что именно я должна увидеть?

– Ничего.

– Очень удобно.

– Именно поэтому люди часто неверно понимают этот дар.

Мираэль пододвинула ко мне чистую металлическую пуговицу.

– Возьмите.

Я взяла.

Пуговица была холодной.

И всё.

– Чувствую металл.

– Хорошо.

– Это магия?

– Нет. Это кожа.

Я начала подозревать, что Мираэль понравится мне ещё больше Лорана.

Она дала второй предмет.

Небольшую круглую пластинку.

Внешне почти такую же.

Я взяла.

Через несколько секунд в пальцах появилось лёгкое тепло.

Не физическое.

Скорее ощущение, что предмет почему-то должен быть тёплым, хотя кожа продолжала говорить обратное.

Я нахмурилась.

– Странно.

– Не описывайте красиво. Описывайте точно.

– Холодный металл. Но почему-то кажется тёплым.

– Где?

– В пальцах.

– Ещё?

Я сосредоточилась.

Ошибка.

Ощущение сразу исчезло.

– Теперь ничего.

– Потому что вы попытались поймать его усилием.

– А как надо?

– Не ловить.

– Очень полезная инструкция для человека, который привык получать результат действием.

– Тогда вам будет трудно.

Каэр стоял у окна.

Я почувствовала на себе его взгляд.

– Не комментируйте, – сказала я, не оборачиваясь.

– Я молчу.

– Вы очень выразительно молчите.

Риан шумно выдохнул.

Я посмотрела на него.

Он прятал улыбку.

Впервые за время нашей встречи лицо брата Лиоры стало не настороженным, не болезненным, не рабочим.

Просто живым.

И снова стало немного больно.

Наверное, раньше они тоже сидели за одним столом.

Шутили.

Спорили.

Лиора закатывала глаза.

Риан знал, какой чай она любит и в каком возрасте научилась ездить верхом.

А я не могла вернуть ему ни одного такого момента.

Я положила пластинку.

– Что на ней было?

– Её использовали при лечебном воздействии три дня назад.

– То есть я почувствовала остаток магии?

– Возможно.

– Очень уверенно.

– Я не стану утверждать то, что пока не проверила.

Ещё один человек в этом мире, которому нравились доказательства больше красивых версий.

Собиралась неплохая компания.

Следующий предмет оказался сложнее.

Кусок дерева.

Я сначала ничего не чувствовала.

Потом появилась слабая неприятная тяжесть в висках.

– Боль.

Мираэль записала.

– Где?

– Слева.

– Сам предмет вызывает что-то?

Я прислушалась к ощущениям.

– Нет. Только голова.

– Отпустите.

Я отпустила.

Боль стала слабее.

– Что это было?

– Старый фрагмент защитного контура. На нём слишком много разных следов.

– То есть дар перегружается?

– Да.

– Лиора справлялась лучше?

Никто не ответил сразу.

Риан опустил глаза.

Мираэль сказала:

– Значительно.

Раздражение вспыхнуло мгновенно.

Глупое.

Несправедливое.

Но настоящее.

Лиора умела.

Лиора знала.

Лиора тайком лезла в архив.

Лиора брала элементы.

Лиора врала.

А теперь мне приходится собирать инструкцию по эксплуатации её собственной руки.

– Отлично.

Я откинулась.

– Может, она заодно оставила руководство?

– Нет, – спокойно сказала Мираэль. – Но она училась пользоваться даром много лет.

– А у меня почему-то нет этих лет.

Каэр перестал смотреть в окно.

Я почувствовала это.

– Вы злитесь на неё, – произнёс Риан.

– Да.

Он будто не ожидал.

– Почему?

Я повернулась к нему.

– Потому что она знала слишком много вещей, которые сейчас нужны мне, и не оставила нормального объяснения ни одной.

Ответ прозвучал жестоко.

Я сразу это поняла.

Но не забрала.

– Если она видела проблему, зачем молчала? Если подозревала поставки, зачем в одиночку полезла в закрытый архив? Если ей нужен был этот элемент, почему не объяснила Каэру?

Риан стал жёстче.

– Ты говоришь о ней так...

Он замолчал.

– Как о другом человеке?

Я закончила сама.

Риан отвернулся.

Не время.

Совсем не время.

Мираэль спокойно закрыла один футляр.

– Раздражение можно отложить. Магическую реакцию нет. Если хотим понять, что произошло вчера, продолжим.

Я была ей благодарна за смену темы.

– Продолжим.

Она подвинула спорный элемент.

– Сначала не трогайте.

– Зачем тогда принесли?

– Чтобы вы перестали воспринимать прикосновение как единственный способ.

– А есть другой?

– У некоторых магов чтение начинается ещё до контакта. У Лиоры обычно нет.

– Обычно?

– Сильный свежий след могла почувствовать рядом.

Я посмотрела на пластину.

Ничего.

Обычный металл.

– Мне она ничего не говорит.

– Это нормально.

– Ненавижу эту фразу.

Мираэль впервые чуть улыбнулась.

Потом стала серьёзной.

– Теперь коснитесь одним пальцем. Не пытайтесь искать конкретный ответ. Только отмечайте ощущения.

Я протянула руку.

Остановилась.

Стало не по себе.

Не потому, что пластина выглядела опасной.

Потому что я уже знала, что тело способно ответить раньше меня.

Каэр сделал шаг.

Не ко мне.

Просто ближе к столу.

Я посмотрела на него.

– Что?

– Ничего.

– Опять?

– Если станет плохо, Мираэль остановит.

– А вы?

– Подам воду.

Я усмехнулась.

– Полезная функция маршала.

– Не самая сложная.

Неловкое напряжение немного ушло.

Я коснулась металла.

Первые секунды ничего.

Потом исчез звук.

Не настоящий.

Я всё ещё слышала дождь за окном.

Шорох бумаги.

Чьё-то дыхание.

Но под ними возникло ощущение тишины.

Той самой.

Из сна.

Будто привычный фон мира придавили тяжёлой ладонью.

Я задержала дыхание.

– Есть.

– Что? – быстро спросила Мираэль.

– Тише.

– В комнате?

– Нет.

Чем дольше палец лежал на металле, тем сильнее становилось ощущение.

Не покой.

Не отсутствие шума.