Рекапитуляция - Сергей Александрович Ким

— А это необходимо?

— Не особо.

— Ну, тогда и не будем отвлекать людей. Сейчас все работают днём и ночью, чтобы привести в порядок Призрака и укрепить оборону Нового Иерихона.

— Разумно, — кивнул я.

— К ордену прилагается сто тысяч гео призовых, — Командующий снова покопался в ящике стола и достал небольшой кожаный картхолдер с парой карт. — Твоя банковская карта и внутреннее ID-удостоверение, он же пропуск и удостоверение личности. Деньги уже на счету.

Я покрутил в руках строгую чёрную банковскую карточку с гербом Иджис и осмотрел ID-карту. Похоже на временную, которую мне уже выдавали, но дизайн построже и побогаче — всё сплошь чёрное и золотое, гравировки, а моё фото даже в военной форме. Отфотошопили что ли?

— На что потратишь?

— Пока не знаю. На чипсы, газировку и пиццу я много не спущу.

Командующий слегка прищурился, что можно было принять за «шутку понял, забавно».

Открыл вторую коробку. Внутри в углублении обнаружился пистолет — «глок-17», два магазина без патронов и поясная кобура в крышке.

— Как с ним обращаться рассказать?

— Да я и сам знаю.

Достал пистолет, вставил магазин, передёрнул затвор и нажал на спусковой крючок, направив ствол в потолок.

Удивительно, но рукоять пистолета лежала в руке так… привычно, так… правильно?

Щелчок. Вытащил магазин, уложил всё обратно в кейс и посмотрел на Командующего.

— Я говорю о том, как с ним обращаться, а не как заряжать и стрелять, — уточнил Нагумо.

— На людей не направлять, палец на спусковом крючке не держать, всегда обращаться с оружием так, будто оно заряжено. Это мне ещё Танака объяснял.

— А что насчёт предохранителя?

— У «глока» он автоматический и отключается при правильном нажатии спускового крючка.

— Молодец. Увлекаешься оружием?

— Это довольно типичное хобби для подростка мужского пола. Так что если я чего и попрошу, так это организовать у нас с Кисараги дома тир и оружейную комнату.

— Я удивлюсь, если Касуми уже не притащила пару автоматов, гранаты и ящик патронов, — слегка поморщился Командующий. — Не думаю, что ей будет так просто избавиться от привычек боевого офицера…

— Ты, кажется, её довольно неплохо знаешь…

— Я курировал программу ускоренных офицерских курсов, куда она попала, — ответил Командующий. — Потом, как и она, был на Филиппинах, а там про неё мало кто не слышал — всё-таки первая женщина, получившая только восстановленный орден Золотого Коршуна за храбрость, известная среди солдат как Они-Химе — Принцесса-Демон. А дальше я уже перешёл в Иджис и выискивал тех, кто может быть полезен инициативе в будущем. Я предложил ей перейти — она согласилась, пусть даже и на должность заместителя.

— Насколько понял, Касуми не очень-то горит желанием становиться начальником оперативного отдела, — заметил я.

— В отличие от прошлого начальника, Кисараги справилась с поставленной задачей, — бесстрастно произнёс Нагумо. — К тому же… она ещё не знает, сколько будет получать.

— А вот все эти причитания об огромных долгах и кредитах…

— Всего лишь образ. Не говори, что узнал от меня, но она помогает некоторым из своих сослуживцев и приюту, в котором когда-то жила. Ну и любовь к модным вещам и дорогой машине тоже виновата, конечно.

— Что мне ещё нужно знать о своей миссии? — спросил я. — Почему ОМЕНы лезут именно в Японию или подробности уничтожения первых трёх кайдзю… И почему всё это начало после падения метеорита семнадцать лет назад.

— Так любопытно?

— Я умею не лезть туда, куда не надо, — ответил я. — Так что меня в основном интересуют обстоятельства уничтожения первых кайдзю — возможно, это поможет в борьбе с другими.

— Это похвально. О первых трёх ОМЕНах ты получишь информацию от Кисараги и доктора Арчер — они введут тебя в курс как технических, так и тактических моментов. Остальное… Возможно, расскажу через пару месяцев.

— Хорошо.

Командующий наградил меня пристальным взглядом.

— Ты… удивительно спокойно реагируешь на всё происходящее, — наконец произнёс он.

— Только сегодня Касуми спрашивала меня о чём-то подобном, — усмехнулся я. — Почему вас всех так удивляет моё спокойствие?

— Ты — подросток. А это время бунтарства, нежелание принимать чужие авторитеты, нежелание подчиняться. Зачастую — глухота к доводам разума и логики. В конце концов у тебя может быть неприязнь лично ко мне.

— Мы же, кажется, это обсудили? — уточнил я. — Лет в восемь я был бы безумно счастлив встретить отца, в двенадцать — я бы ненавидел того, кто меня бросил, но сейчас… я просто принимаю это как факт. Ты объяснил свои резоны, я принял решение, как их воспринять. Не скажу, что простил, но и зла не держу. Ну и не собираюсь демонстрировать горячей сыновьей любви… да и вряд ли ты подобного ждёшь от меня. Я, кажется, уже не в том возрасте, чтобы ты учил меня кататься на велосипеде, водил на рыбалку или в парк развлечений… Чем там ещё принято заниматься в таких случаях? Но мы всегда можем сесть и поговорить как два… ну не взрослых, но вполне разумных человека. И обсудить хоть вопросы, связанные с Иджис, хоть… да что угодно. Хоть прочитанную книгу. Я не буду против. И… я тебя не ненавижу. Скорее просто не знаю.

— Ты прав, я не жду от тебя каких-нибудь глупостей, — в глазах Командующего мелькнуло что-то похожее на одобрение. — И мне нравится твой подход — он взвешен и разумен. И раз уж между нами нет ненависти, то что с остальным?

— Возможно, отшельничество на Хоккайдо хорошо способствует саморазвитию и обретению внутреннего покоя, — ухмыльнулся я. — Да и не чувствую я что-то в себе какой-либо тяги к бунтарству. Нет, было бы неплохо, если бы моя жизнь и дальше текла тихо и спокойно… Но раз уж всё так сложилось, к чему сопротивляться? Тем более может, я и правда хочу чего-то достигнуть, а не вернуться в свою северную глушь.

— И при этом тебе не так уж важны деньги и почести, — заметил Нагумо.

— Я бы не сказал, что десять тысяч гео — такая уж мелочь… Но, пожалуй, ты прав. Хочется сделать что-то такое… чем можно гордиться.

— А победа над ОМЕНом разве не повод для гордости?

— Повод. Но