Шабашник - Виктор Коллингвуд

— Борис, вы мне только участок не залейте. Куда столько воды гоните?

— В общую канаву, — отозвался хозяин.

— Она у нас там к забору идёт. А у меня вдоль забора и без того не просохло.

Мы все вместе пошли смотреть. Оказалось, до его земли вода не доходила, убегая по уличной канаве дальше вдоль дороги. Мужчина проследил за ней, дошёл до ближайшего поворота и вернулся.

— Ладно, с этой стороны уходит. А то я смотрю — у вас шланг через весь двор, и льет что-то.

Пользуясь случаем, сосед пошёл глазеть на чужую стройку. Во дворе он сперва посмотрел на раскисшую землю и бардак, потом поднял голову к трещинам на стене. Борис задержался у ворот: на его телефон как раз позвонили.

— Ты здесь теперь работать будешь? — спросил меня сосед.

— Да. Сева.

— Константин. Очень приятно.

Он пожал мою руку и тут же вернулся к дому:

— А делать-то что собираетесь? Воду вы уберёте, а щели-то останутся.

— Сначала отведём воду. Потом поверху стен соберём опалубку под армопояс и стянем коробку.

— Так ты её сохранять взялся?

Он подошёл ближе к углу и запрокинул голову. Сквозь верхнюю часть трещины с земли было видно небо. Мешать ему я не стал, только ещё раз посмотрел на канаву. Темирбек поднял верёвку, переставил насос пониже и показал мне большой палец: вода убывала.

— Я Борису говорил: сносить надо! — продолжил сосед. — Фундамент перекладывать, убирать эти ФБСы, заливать монолит, и заново стены поднимать. Полдома уже лопнуло, а вы тут сверху стягивать собрались. На чём оно стоять будет? Фундамент пляшет!

Я даже не стал его разубеждать. У нас в стране каждый второй умеет строить, а каждый первый — футбольный тренер Ну или политик не хуже Макиавелли.

На самом деле огромный фундамент с подвалом — настоящий пережиток прошлого. Лет через тридцать их заменят мелкозаглублённые фундаменты или монолитные плиты. А по верху стен вообще зальют армопояс, который свяжет все стены в единую жесткую конструкцию.

— Всё с ним хорошо будет, — заверил я. — Сейчас уберём воду, сделаем ей выход, а армопояс будет держать кладку поверху.

— А если опять поползёт?

— Ну, за этим мы проследим. Но я уверен, что всё устаканится.

Недоверчиво ещё раз всё оглядев, сосед покачал головой.

— Не, я бы побоялся на такое рассчитывать. Видно же, фундамент хреновый.

Хозяин, закончив разговор, подошёл к нам.

— Пусть делает, я ему добро дал. Снести любой дурак сможет.

— Тебе виднее, — сказал сосед. — Мне что, я-то со стороны гляжу.

— Вот и посмотрим.

Тут во дворе раздался рёв тракторного дизеля. Пора встречать экскаватор, показывать, что именно надо копать.

Сосед отступил, освобождая мне проход.

— Я, может, тоже к тебе обращусь, у меня дома дел хватает. Но сперва посмотрю, как вы тут управитесь.

— Ну вот закончим здесь и поговорим.

— Договорились.

Он ушёл через ворота, а я отправился к экскаватору.

Машинист остановился за воротами и, не глуша двигатель, открыл дверцу.

— Куда мне?

Я подошёл, дождался, пока он спустится, и провёл его от низины к расчищенному выпуску. Мы прошли весь будущий ход траншеи, уточнили, с какой стороны ему вставать и куда сбрасывать землю.

— Возле дома не копай, там мы лопатами прошлись. А к забору бери глубже, чтобы дно шло под уклон к нашему выпуску.

Машинист посмотрел на канаву с улицы, потом на колёса своего трактора.

— Здесь пройду. Только у меня четыре часа минимум. Борису Ильичу говорили.

— Знаю, — подтвердил Борис. — Заплачу за четыре.

Одну траншею он выкопал бы задолго до конца оплаченного времени. Я ещё утром прикидывал, куда пристроить лишнюю землю, а теперь прошёл двор заново, пока машина разворачивалась. У ворот предстояло оставить место для миксера, вдоль цоколя — полосу под отмостку; если навалить грунт между ними, потом сами же будем растаскивать лопатами.

— Борис Ильич, давайте заодно и во дворе ему скажем поработать. Здесь низину поднимем, лишнее с бугра растянем. Полосу вокруг дома подготовим и место под приёмный бункер выберем.

— Какой ещё бункер?

Я провёл его к въезду и показал, докуда миксер сможет выгрузить бетон. Отсюда вёдрами его будут таскать и на стену, и на отмостку.

— Бункер сделаем на земле, обошьём досками. Машине останется подать бетон в одно место, а людям — разнести.

Борис подумал и хмыкнул.

— Ну, Сева, ты парень головастый. Тебе и карты в руки. Делай. Четыре часа всё равно оплачено, эти охламоны по-другому не работают. Доски скоро подвезут, мне уже звонили.

Машинист быстро разобрался, что от него требуется. Он срезал бугор, разровнял грунт по низкому месту и сдал назад, дожидаясь моего знака. У цоколя мы показали ему контуры будущей отмостки; здесь он снимал понемногу, оставляя нам только подчистить лопатами.

Под бункер я наметил площадку сбоку от въезда. Машинист выровнял её, оставил удобный подъезд для миксера и ещё раз прошёл ковшом по полосе. Когда он заглушил двигатель, я всё ещё слышал в ушах дизельный грохот. Борис развернул бумагу на тетради и подтвердил отработанные четыре часа.

Через четыре часа двор было не узнать. Утром посреди него тонули поддоны, а теперь дренажные канавы были устроены, низина подсыпана, участок выровнен.

К вечеру ладони горели даже сквозь рукавицы: всё, что не взял ковш, мы с Темирбеком подчищали лопатами. Я пожалел, что не позвал людей с утра: тогда уже сегодня можно было бы готовить опалубку.

— У тебя найдутся ребята на заливку? — спросил я Темира. — Сначала опалубку и армирование надо сделать, бетон вёдрами таскать. Одни не справимся.

— Люди есть, только им надо знать, сколько заплатишь.

— Пятьдесят в день.

— Тогда найдутся.

Утром восьмого мая Борис снова открыл нам ворота, вручил мне дубликат ключа и уехал. Подвал за ночь набрал немного воды; мы включили насос и откачали её в уличную канаву. Бумажные маяки остались целы. По двум дням судить, конечно, рано, но это всё равно радовало.

Темирбек привел четверых узбеков, почти не говоривших по-русски. Пришлось объяснять всё через него. Оплату условились выдавать после смены.

Сначала мы закончили бункер для приёма бетона, затем поднялись на подмости и собрали по верху стен опалубку под двадцатисантиметровый армопояс. Возились до обеда, зато к приезду машины с арматурой закончили весь периметр.

Узбеки разгрузили прутья арматуры на подкладки возле стены. Затем мы подняли арматуру наверх и до вечера связали каркас. Опалубку отмостки вдоль стен к этому времени тоже закончили.

Сосед снова пришёл посмотреть, как продвигается работа. Обошёл бункер, заглянул в траншею, а потом