Правила волшебной кухни - 12 - Юрий Винокуров

— Артуро! — Матео схватился за голову. — Я же сказал не брать с собой много вещей! Просил ведь — «только самое необходимое»!

— Ну так ведь это не вещи, — пожал я плечами. — Это еда. И вообще я с собой базовый минимум взял. Так чисто, перекусить слегка.

— Ну нельзя же! — взвыл рыбак. — Нельзя, Артуро! Рыбу можно есть! Выпивать можно…

— То, что выпивать можно, это я вижу, — согласился, а сам принюхался к Матео на предмет перегара, но… нет. Трезвый. И это, как по мне, ещё хуже. — Так, стоп! Лучше расскажи мне, на кой-чёрт ты с закрытыми глазами вертишься и скачешь тут туда-сюда.

— Это мой метод! — заявил Матео.

— Ага, — кивнул я. — А повязку на глаз ты не хочешь надеть? Как у пиратов. А то вдруг в каюту зайдёшь и впотьмах на один глаз ослепнешь.

— Артуро! Если так случится, то я просто включу свет!

— Ой, всё, — отмахнулся я. — Не понимаю, если честно, чего тебе не нравится, — а ответ услышал уже набившее оскомину:

— Артуро, ты не понимаешь! — тут Матео от избытка эмоций воздел руки к небу. — Традиции же! Традиции морского пути, традиции мест, в которых мы находимся, и, наконец, традиции этого корабля! Либо в тебе нет ничего святого, Маринари, либо же ты действительно ничего не понимаешь!

— Как скажешь, — не стал спорить я. — Злодей Артуро Маринари ничего не понимает и нарушает традиции. Ты есть-то будешь?

— Конечно же буду, — не раздумывая ни секунды выпалил Матео. — Это уже совсем другие традиции. Ведь если еда уже приготовлена, то почему бы и нет?

— В таком случае помолчи уже и прекрати истерить на ровном месте.

С тем я наложил синьору рыбаку полную тарелку пеперонаты, в другую нагрузил холодных закусок, ещё и шампур шашлычка сверху дал. И ел Матео молча. И злобно зыркал на меня всю дорогу, набивая щёки. Как будто бы нарушение его драгоценных традиций нивелировало к чертям собачьим то, что получилось у меня как всегда вкусно.

Обед закончился, а плавание продолжилось. Ветер из мешка дул ровно, парус надувался как миленький, и наша лодка шла вперёд. По случаю хорошей погоды и безделья я лёг загорать прямо на палубе, однако уже через полчаса:

— Острова сирен! — заорал Матео. — По курсу острова сирен!

Я же в свою очередь открыл глаза, поднялся и на всякий случай оделся. И только лишь потом пошёл разглядывать «острова», которые на поверку оказались грядой острых, торчащих из воды скал.

Десятки, сотни, может быть больше — они выстраивались в линию, будто шучьи зубы. Сверни чуть влево, сверни чуть вправо, и легко минуешь напасть. Но нам, насколько я уже понял, нужно было именно пройти сквозь строй этих чёртовых скал. Смотрел я на них и чувствовал, как из глубины души поднимается что-то такое… не страх, скорее, а предвкушение. Такое чувство накатывает перед хорошей дракой или очень сложным банкетом.

— Ну ладно, — сказал я и начал готовиться морально.

Хотя кто ж мне дал-то⁈ Плыть до «зубастого прохода» оставалось ещё полчаса, и всё это время Матео с пеной у рта втирал мне, как это будет опасно. Ходил из стороны в сторону, активно жестикулировал и нагнетал, нагнетал, нагнетал.

— Ой, да хорошо, — не выдержал я в какой-то момент и предположил: — Главное — не разбиться.

Матео же криво ухмыльнулся, покачал головой и сказал:

— Проблема в другом. Главное, чтобы ты меня не подвёл.

— Так я и не собирался, — ответил я. — И не собирался, и не подведу. Смотри что у меня есть, — улыбнулся я и достал из кармана ириску собственного сочинения. Достал и тут же начал разминать её в руках, как очень тугой пластилин.

— Ты чего делаешь?

— Ириску разминаю.

— Какую ещё ириску, Артуро⁈

— «Caramella mou», если по-вашему. По сути молоко, сахар и масло. Долго варится, долго стынет, а потом очень быстро продаётся. А у синьоры Паолы в «Между Булок» такие в качестве комплимента к кофе подаются. Да не смотри ты на меня так, Матео. Хочешь попробовать? Сам делал!

И повторилась точь-в-точь та же история, что и с шашлыком. Матео сперва очень долго и экспрессивно ругался, а потом сказал:

— Хочу.

— Держи.

Рыбак развернул конфету от обёртки, засунул в рот и долго, явно что с кайфом, причмокивал. В итоге вынес вердикт, мол, вкусно. Я же тем временем объяснил ему, что собираюсь ириски не есть, а заткнуть уши, чтобы до меня ни одна сирена не достучалась. А Матео, едва это услышав, отобрал у меня вообще весь пакет с ирисом.

— Нельзя, — сказал он. — Таковы правила. Ты должен пройти через скалы сам, без помощи всяких устройств.

— А если на меня подействует их голос? — уточнил я. — Я же на него побегу, за борт выброшусь. А они меня там и убьют.

— Погоди-погоди-погоди, — улыбнулся Матео, причём улыбнулся как-то… многозначительно, что ли? — Убивать тебя сирены не будут. Они тебя…

— Стоп! — перебил я. — Ничего не хочу слушать про то, что сделают со мной сирены по твоей версии. Потому что для меня это один хрен смерти подобно. Я вернусь, конечно же сознаюсь во всём Джулии, та расстроится, потом расскажет Ане, и кончится всё тем, что сестра меня лично убьёт. Со второго раза, думаю, сдюжит, тем более по такой веской причине. И вообще! Всё будет хорошо.

В принципе, сам я в себя верю. Есть у меня пара секретных моментов, связанных с моим даров в целом и с гримуаром в частности. В случае чего применю. Да, не хотелось, и да, это будет негуманно по отношению к сиренам, но… что ж делать?

Риск — дело благородное, а риск самоубийственный — тупое. Так что я просто не мог не подстраховаться на всякий случай.

— Значит так, — рассказывал тем временем Матео. — Нельзя смотреть сиренам в глаза. А ещё нужно постоянно следить за их