Аллей-уп. Том 3 - Владислав Викторович Порошин
— Ну что за игра, мужики⁈ — разочарованно всплеснул руками наставник гостей 56-летний Евгений Алексеев. — Соберитесь, твою налево!
— А обещал, что разыграем пик-н-ролл, — проворчал Саша Белов и покосился на тот сектор трибун, где сидела и его подруга, Шура Овчинникова.
— В следующий раз обязательно седлаем эту комбинацию, ручаюсь головой, — протараторил я.
Но в эту секунду Александр Сидякин попытался обыграть нашего Гену Капустина и отпустил мяч чуть-чуть в сторону от себя. И я словно ястреб на охоте рванул на этот баскетбольный снаряд. И опередив Сидякина, снова пошёл на кольцо наших московских гостей. А они со своей стороны так растерялись, что не успели организовать хоть что-то наподобие обороны. Поэтому я воткнул второй подряд слэм-данк. Счёт стал — 31:23. И зрители переполненного «Юбилейного», предвидя очередной разгром, азартно заорали: «Давай ещёёё!». Так как ленинградский «Зенит» закончил предыдущий чемпионат СССР по футболу на малопочётном 14-ом месте из 16-и команд, а хоккейная команда СКА в турнирной таблице болталась на предпоследней 9-ой строчке. И для ленинградцев наш баскетбол был как отдушина, как луч света в тёмном царстве всего ленинградского спорта.
— Саша, клянусь, — я постучал себя кулаком в грудь, оттягиваясь в оборону, — что в следующий раз обязательно разыграем твой пик-н-ролл.
— Не звезди, — сказал он, применив в данном случае более хлёсткое словцо.
Однако после ещё одной неудачной атаки московского «Динамо» мы не успели убежать в быстрый отрыв. И перейдя пешком в нападение, действительно принялись разыгрывать пик-н-ролл. Белов поднялся на периметр, поставил заслон, поймал на себя сразу двух игроков гостей: Фесенко и Жигилия, и рванул под кольцо. Только Жигилий и Фесенко так плотно обступили меня с двух сторон, что прямой пас на Сашу элементарно не проходил. Поэтому я одной рукой метнул мяч прямо в баскетбольный щит. Раздался громкий хлопок, баскетбольный снаряд отлетел в точности на Белова и только тогда он забросил свой мяч, вколотив его сверху. Разница в счёте впервые выросла до 10 очков — 33:23. И тренер гостей потребовал тайм-аут.
— Учись, как надо играть, — с гордостью произнёс Саша Белов и помахал рукой своей подруге Шуре Овчинниковой.
— Я тоже хочу пик-н-ролл, — обиженно пробурчал Саша Белостенный.
— Сделаем в следующий раз, — улыбнулся я, похлопав Белостенного по плечу. — По такой игре, Александр, пик-н-ролл — это то, что доктор прописал.
* * *
А примерно через час матч против московского «Динамо» заканчивался уже в спокойной и непринуждённой обстановке. За минуту до финального свистка гости безнадёжно проигрывали со счётом — 95:64, поэтому их главный тренер полностью убрал с паркета своих лидеров и выпустил им на замену парней, которых я совершенно не знал. И такому тотальному разгрому во многом поспособствовал именно наш пик-н-ролл. Этой простой, но надёжной комбинацией мы раз за разом удачно атаковали кольцо московского «Динамо», ставя в тупик их плотную и цепкую защиту. Что касается персоналий, то я настрелял — 51 очко, Тараканов — 16, а Белостенный и Белов принесли команде по 11 результативных баллов. У «Динамо» лучшим оказался Жигилий с 22-я очками.
Кстати, на последние минуты матча, усадив всю нашу стартовую пятёрку на скамейку запасных, Кондрашин тоже выпустил резерв: центрового — Силантьева, форвардов — Макеева и Павлова, а также защитников — Большакова и Штукина. И ветерану Юрию Штукину болельщики азартно кричали: «Давай, Генерал, мочи Москву!». И стоило признать, что Юрий старался изо всех сил. Так за 30 секунд до конца, он совершил силовой проход, в котором подобно медведю прорвался через защитные порядки гостей, и забросил очень сложный мяч, швырнув его откуда-то из-за затылка. Счёт стал — 97:64 и народ буквально принялся скандировать: «Шту-кин! Шту-кин!».
И в этот момент ко мне обратилась Лена. Я уже упомянул, что она со своими подругами из волейбольного «Спартака» сидела сразу за нашей скамейкой запасных. Поэтому мне всего-навсего стоило развернуться на сто восемьдесят градусов, чтобы оказаться с подругой тет-а-тет.
— Миша, кхе, — замялась она, — тут кое-кто из девчонок интересуется, можешь ли ты пригласить Володю Жигилия в кино и на танцы?
— В каком смысле в кино? И потом я с мужчинами не танцую, — опешил я, повеселив её волейбольных подруг, которые покатились со смеху.
— Причём здесь ты? Какой ты — непонятливый, — тяжело вздохнула Лена. — Просто наши девочки хотят с ним познакомиться.
Я покосился на Жигилия. Этот кучерявый симпатичный парень сидел на лавке и с грустью смотрел на баскетбольную площадку, где мои товарищи по команде пошли в заключительную атаку. Миниатюрный разыгрывающий Саша Большаков перевёл мяч на половину «Динамо» и моментально отдал его ветерану Юре Штукину, коли болельщики так этого просили. И Юра снова ринулся в силовой проход. Правда, его остановил грубым фолом игрок «Динамо». После чего судья назначил два штрафных броска. Я же снова повернулся к девчонкам.
— Людмила, ты же с Жигилем в Цахкадзоре вроде как уже один раз познакомилась? — спросил я у волейболистки Люды Борозны, кстати, олимпийской чемпионки Мюнхена.
— Да, когда это было-то? — смущённо буркнула девушка.
— Всё ясно, — усмехнулся я и повернулся обратно в сторону площадки.
В эту секунду Юрий Штукин реализовал один штрафной бросок и народ на трибунах встретил попадание ветерана аплодисментами.
— Так ты пригласишь? — спросила меня Лена, ткнув меня между лопаток своим кулачком.
«Господи, — подумал я, — кто о чём, а вшивый о бане. Точнее говоря — кто о чём, а девчонки о мальчиках».
— Приглашу. Только куда? — ответил я и Штукин забросил ещё один мяч, сделав счёт — 99:64.
— Пусть приезжает завтра к пяти часам в ДК имени Кирова, — ответила вместо моей подруги Люда Борозна. — Там сначала будет демонстрироваться фильм из недели югославского кино, а потом танцы.
— И пусть прихватит друга, — произнёс ещё чей-то женский голосок под хохот остальных девчонок.
Тем временем «Динамо» бросилось в ответную атаку. Но парни в белой форме, сделав три судорожные передачи, не успели довести свою комбинацию до логического завершения, так как судья дал