После нас - Катерина Затула

Разумеется, наряжалась я не для Никиты. Просто мне самой нравилось хорошо выглядеть. То, что он должен был это увидеть, являлось исключительно приятным совпадением.

Когда я спустилась, Алиса уже играла с Верой в гостиной. Они сидели на ковре и строили пирамидку. Дочь успела позавтракать и была полностью одета для поездки. Судя по отсутствию каши в волосах, утро без моего участия прошло подозрительно организованно.

Никита стоял возле окна с чашкой кофе и разговаривал по телефону. Услышав мои шаги, он повернул голову. Бровь медленно приподнялась. Взгляд прошёлся по короткому топу, открытому животу, легинсам и белоснежным кроссовкам. Задержался на мне значительно дольше, чем требовалось для обычной оценки одежды. Я сделала вид, что ничего не заметила, хотя от этого откровенного осмотра внутри сразу стало теплее. Подошла к Алисе и поправила один из криво завязанных хвостиков.

— Мама! — радостно сообщила дочь.

— Да, зайка. Мама наконец готова знакомиться с сельской жизнью.

— Отправьте окончательный вариант юристам, — продолжил Никита, по-прежнему глядя на меня. — Я посмотрю вечером.

Он отключился и положил телефон на консоль. На губах уже появилась едва заметная усмешка.

— Ты точно на ферму собралась?

Я выпрямилась.

— Нет, Азаматов. Решила по дороге посетить открытие новой галереи. Раз уж оделась.

Никита медленно осмотрел меня ещё раз. Его взгляд задержался на полоске открытой кожи над поясом легинсов.

— Просто уточняю. Судя по образу, козам сегодня предстоит знакомство с тяжёлым спортивным люксом.

— Я не знаю, как принято одеваться к козам.

— Обычно надевают то, что не жалко испачкать.

Я посмотрела сначала на кашемировое худи, затем на белоснежные кроссовки.

— Ты знаешь, мне всё жалко.

— Я заметил.

В его глазах появилось откровенное веселье. Никита подошёл ближе, потянул за край худи и скользнул костяшками пальцев по открытому животу. Прикосновение получилось почти невинным, но мышцы под его рукой сразу напряглись.

— Не смейся. Я вообще могу остаться дома.

— Даже не думай. — Его пальцы на секунду легли на мою талию. — Я хочу увидеть, как ты будешь кормить животных в кашемире.

— Кормить их будете вы с Алисой. Я собираюсь стоять рядом и украшать пространство.

Взгляд Никиты поднялся к моему лицу. Насмешка в нём сменилась чем-то более тёплым.

— Это у тебя получится.

Сердце сделало короткое, совершенно лишнее движение. Я подозрительно прищурилась.

— Ты сейчас сделал мне комплимент?

— Нет. Просто констатировал факт.

— Сухарь.

Никита медленно провёл руками по моим бокам и остановился на талии. Большие пальцы скользнули по открытой коже, заставляя мышцы живота невольно напрячься.

— Ты очень красивая, — произнёс он.

На несколько секунд я действительно растерялась. Никита не отводил взгляда и не усмехался. Просто смотрел на меня так, что обычное слово прозвучало почти интимнее всех его пошлостей.

— Азаматов, ты болен?

— Нет.

— Уверен? Нормальный комплимент без приказа встать на колени, перевернуться или правильно прогнуться. Я начинаю переживать.

Уголок его рта наконец приподнялся.

— Это вечером.

— Фух. Мне прямо полегчало. А то я уже решила, что тебя подменили.

Никита обхватил меня за затылок и коротко поцеловал. Поцелуй получился тёплым, почти целомудренным, но его пальцы на моей талии сжались чуть сильнее, обещая совсем другое продолжение. Затем он отстранился и посмотрел на часы.

— Завтракай. Через двадцать минут выезжаем.

Разумеется, через двадцать минут мы никуда не выехали. Сначала я завтракала, потом Алисе понадобился заяц, а уже возле машины выяснилось, что без найденного в гостиной кубика поездка тоже не состоится. Никита переносил задержку с мужеством человека, который только начинал понимать, как выглядит семейная жизнь с ребёнком.

Ферма находилась всего в пятнадцати минутах езды от дома. В привычном понимании фермой она не была — скорее благоустроенным загородным комплексом с деревянными дорожками, аккуратными загонами и животными, специально приученными к людям. Здесь жили пони, альпаки, кролики, овцы и козы нескольких пород.

Ни грязи, ни навоза на дорожках не оказалось. Я с удовлетворением посмотрела на свои белоснежные кроссовки. Как и следовало ожидать, даже сельская жизнь в Барвихе соответствовала дресс-коду.

Алиса сначала настороженно прижалась к Никите. Он держал её на одной руке, второй показывал животных и спокойно называл каждого.

— Коза, — сказал он.

— Ко, — осторожно повторила дочь.

— Правильно. Коза.

— Азаматов, осторожнее, — предупредила я. — Ты слишком милый.

Он посмотрел на меня. Взгляд на мгновение стал таким же тёплым, как несколько секунд назад, когда он смотрел на Алису.

— Только с вами.

Сердце тут же сжалось. От необходимости отвечать меня спасла сотрудница фермы. Она подошла к нам с небольшими бумажными пакетами, наполненными нарезанной морковью. Никита взял один кусочек, присел вместе с Алисой возле ограждения и показал, как держать пальцы. Небольшая белая коза осторожно потянулась к угощению. Алиса испуганно отдёрнула руку и спрятала лицо у него на груди.

— Всё нормально, — тихо сказал Никита. — Смотри, папа первый.

Он протянул морковь. Коза забрала кусочек, смешно шевеля губами. Алиса осторожно выглянула, несколько секунд наблюдала, затем снова потянулась к пакету. Я достала телефон и сделала несколько фотографий. Никита сидел на корточках, удерживая дочь, терпеливо помогал ей протягивать морковь и объяснял, что бояться не нужно. Алиса наконец позволила козе взять кусочек и радостно завизжала.

— Мама! Ко!

— Я вижу, зайка. Ты очень смелая.

Дочь сразу потребовала следующий кусок. Никита поднял глаза на меня.

— Иди к нам.

— Мне и здесь прекрасно.

— Ты позволила полуторагодовалому ребёнку кормить козу, а сама боишься?

— Она с тобой. Я доверяю твоей способности победить козу.

Никита протянул ко мне руку.

— Иди сюда, Катя. Я тебя защищу.

— От козы?

— От позора перед дочерью.

Я убрала телефон в сумку и всё-таки приблизилась. Никита вложил мне в ладонь морковь.

— Корми.

Я выразительно посмотрела на него, затем протянула руку через невысокое ограждение. Белая коза немедленно забрала морковь. Алиса снова радостно закричала.

— Видишь? — сказала я Никите. — У меня врождённый талант общения с животными.

— Несомненно.

Я потянулась за следующим кусочком. Именно в этот момент более крупная коза подошла сбоку и ухватила зубами свободно свисавший рукав моего худи. Сначала я даже не поняла, что произошло. Потом ткань натянулась.

— Эй! — Коза потянула сильнее. — Отдай!

Алиса восторженно завизжала. Никита посмотрел сначала