Развод. Без права выбора - Гала Григ

Об этом именно и спрашиваю его.

— Не переживайте. Всё мы знаем о Вашей беременности. Поэтому и решили не травмировать Вашу психику и снять острые болевые ощущения. А теперь, когда Вам полегче, конечно, не будем ничего вводить. Сейчас это лишнее.

Он уверенным движением отодвигает штатив с капельницей.

— Так с моим ребенком все нормально?

— Абсолютно. И с памятью, как мне уже доложили, тоже полный порядок. — успокаивает с улыбкой. — А теперь расскажите, что помните из случившегося. Вас сбила машина или Вы сами бросились под колеса?

Смотрю на него во все глаза. С чего это он взял? Сама! Еще чего!

Наверное, проверяет правдивость рассказа своего друга/родственника.

Приходится пересказать, как все случилось. Вернее, то, что я помню из случившегося. А он постоянно кивает, словно удовлетворен моими словами. Еще бы! Ведь то, что меня кто-то толкнул, фактически снимает подозрение в виновности его брата-свата.

— Ну что ж, предположим, все так и было. Но придется рассказать об этом и следователю. Я же выяснял подробности, чтобы убедиться, что Вы полностью контролировали свое состояние.

Вот же хитрец! Главное выгородить своего знакомого, кем бы тот ему не приходился. Да фиг с ними обоими. Сейчас меня интересует другое.

— Скажите, как долго я здесь задержусь?

— Ну, это зависит от Вас самой. Если есть кому дома обеспечить уход, то можно выписывать хоть сегодня. Но рекомендую задержаться у нас несколько дней. Полежите спокойно, отдохнете. К тому же рана на колене посерьезнее царапин. Необходимо ее обрабатывать. Опять же перевязку делать. Так что спешить домой не советую.

Подоспевшая Лидия как раз принесла перевязочные материалы, шприцы.

— Опять уколы? Вы же говорили!

— Это щадящие препараты, не переживайте. Вреда для плода никакого, а заживление пойдет безболезненно и быстро.

Смотреть на свою разбитую коленку во время перевязки не хотелось, поэтому я отвернулась к окну. И, к своему удивлению, увидела в отдалении Ковалева. Он нервно ходил из стороны в сторону, явно поджидая заключение врача.

— Все-то у них схвачено! Специально ведь привез меня именно в эту больницу. — Подумала в сердцах. Но высказать свое возмущение не успела, так как в палату вошел высокий мужчина. По выправке, серьезному выражению лица и черной папке в руках я почему-то сразу признала в нем следователя. И не ошиблась.

— Следователь Елисеев, — представился вошедший.

О как все серьезно! Так и хочется напакостить Ковалеву, который, как маятник, мотыляется под окнами.

Тут же одергиваю себя. Откуда во мне такое недоброе отношение к совсем незнакомому человеку. Может он и правда не виноват. А переживает, потому что… наверное, сочувствует мне. Чушь! За свою шкуру он переживает.

Уже немного устав от беседы с доктором и боли в колене, обострившейся после перевязки, я не особенно горела желанием пересказывать все по новой. Только у меня никто не спрашивал о моем желании. Пришлось повторить все от слова до слова.

В отличие от врача, следователь задавал вопросы сухо, строго, немногословно. А мне все это уже наскучило и очень хотелось спать. Наверное, опять сказывалось действие лекарств.

— Судя по характеру тормозного пути, — следователь сразу приступает к разбору ситуации, — Вы оказались на проезжей части дороги не случайно. И водитель, слегка задев Вас, вряд ли является основным виновником дорожно-транспортного происшествия. Хотя следствие только начато. Поэтому утверждать это окончательно пока не будем. А вот что касается человека, толкнувшего Вас, то здесь возникает много вопросов.

Изучающе глядя на меня, он продолжает:

— А Вы не разглядели, кто толкнул Вас чуть ли не под колеса проезжающей машины? Как думаете, это была случайность или преднамеренное действие?

Вопрос жестко выдернул меня из сонного состояния.

— Нет! Я даже не успела ничего понять. Только почувствовала толчок. Потом острую боль. И больше ничего.

— Может бежавший сделал это специально? Нет ли у Вас врагов, недоброжелателей. Или, может быть, кто-то хотел бы от Вас избавиться?

«ЖАННА! — вспыхнуло молнией. С ужасом смотрю на следователя. — Неужели так она решила обезопасить себя и покончить со мной или… с моим ребенком?!»

— Вы что-то вспомнили? Подозреваете кого-то?

Отрицательно качаю головой, не в силах высказать вспыхнувшее подозрение вслух.

— Советую ничего не скрывать. Надо найти виновника происшествия и наказать по всей строгости закона. Ведь если действия толкнувшего вас человека были преднамеренными, он может повторить задуманное.

Я только продолжаю отрицательно покачивать головой, стараясь отогнать страшное подозрение.

Заметив отрешенность в моих глазах, следователь оставляет меня в покое. Но, прощаясь, просит хорошенько подумать и вспомнить хоть какие-то подробности.

— Это в Ваших же интересах, — говорит напоследок, подстегивая мои разбушевавшиеся мысли.

Когда Елисеев ушел, я еще долго не могла избавиться от вспыхнувшей мысли о причастности Жанны к дорожному происшествию. Неужели она способна пойти на преступление? Опять и опять поражаюсь, насколько я была слепа. Рядом со мной был человек, способный на все ради достижения своих меркантильных целей.

Измучив себя бездоказательными подозрениями, стараюсь отмести этот бред в сторону. Проблем, которые возникли из-за происшествия, и без того немало. Меня, наверное, уже хватились. Но почему молчит телефон? Могла бы позвонить хотя бы Милочка.

Тут же возражаю себе. Ведь наверняка звонила. Но телефона со мной нет.

Сползаю с кровати, чтобы добраться до поста. Надо спросить, где моя сумочка. Вместо Лидии уже заступила другая медсестра. Она распорядилась, чтоб принесли мои личные вещи.

Ну конечно! От Эмилии полно пропущенных звонков. А больше и звонить-то некому. С тяжелым вздохом набираю ее.

— Агния Марковна! Где Вы, что с Вами? Мы уже обыскались Вас. Даже домой ездили, но…

— Я в больнице, — прерываю поток ее красноречия. И, не давая более вставить ни слова, добавляю: — Что нового?

— Да особенного ничего. Вот только на сегодня назначена встреча с поставщиками. Как быть?

— Пусть ее проведет Константин Петрович. Но никому ни слова о том, что я в больнице. Придумай что-нибудь. И да, — понижаю голос до шепота, — Жанна Викторовна в офисе?

— Нет. Вчера, как расчет получила, так больше и не появлялась. Правда, злююющая была! А с Вами-то что?

— Об этом потом. И еще: мне нужна зарядка для телефона. Придется тебе съездить ко мне домой. Только сначала сюда за ключами.

— Да-да! Я мигом.

Пока Милочка добирается до больницы, анализирую поведение Жанны. Конечно, злющая. Еще бы! После того, как я ее уволила, у нее вполне могло возникнуть желание избавиться от меня. Может, не надо было