Не делай этого… - Галина Колоскова

Последнее слово относилось к собственной глупости. Но вскоре я получил ответ. Отчаянное царапанье двери и громкое мяуканье, несущееся с верхних этажей, – Дашка звала на помощь. Я бежал, перепрыгивая через несколько ступенек враз, сердце отбивало чечётку, пока ключ нащупывал нужное положение в замочной скважине.

– Что случилось, девочка?

Кошка ответила угрожающе громким шипением, вперив зелёные глаза в просвет между ног, словно выглядывая кого-то за мной. Липкий холод снова коснулся позвоночника. Я сделал шаг за дверь, тут же захлопнув её перед носом выгнувшей спину Дашки.

– Что с тобой? – повторил я вопрос, словно она могла мне ответить. – Что ты там увидела? Неужели мой страх был настолько осязаем?

Рыжуха потёрлась мордочкой о ноги, как бы извиняясь за приступ агрессии, и легла у порога, недовольно урча и подёргивая обрубком отмороженного хвоста.

3 глава

Я ужинал за столом в большой комнате. Кошка металась по квартире: то выскакивала на балкон и занимала облюбованное место на кондиционере, то бросалась в прихожую, зло шипя на вторую, обитую утеплителем и толстой кожей дверь.

– Что тебе не сидится на месте? И есть отказалась…

Я зацепил из тарелки с жареными яйцами и сосисками порезанный кругляшами свежий огурец, когда домашний телефон залился пронзительной трелью. Вилка в руке дрогнула, зелёный ломтик свалился на стол.

– Кто может звонить на домашний? – поинтересовался я вслух, адресуя вопрос скорее Дашке, чем себе. Нужно было её успокоить. – Реклама, наверное. Достали. Алло…

Не успел я поинтересоваться, кто говорит, как в трубке раздался взволнованный голос нового знакомого.

– Это Аркадий. Я, как и обещал, слежу за домом.

– Спасибо…

Слова благодарности были оборваны скороговоркой горького пьяницы:

– Не перебивай. Времени мало, пока маман вышла, звоню. В деревне опять переполох. Твоя Дуся, будь она неладна, и после смерти чудит. Снова крест выдавила из могилы. Ты там гляди, осторожней будь, пакостить она начинает без креста-то…

Я с трудом различал слова в льющемся сплошным потоком бормотании.

– Какой «крест»? Кто выда…

Меня опять перебили:

– Всё, маманя идёт.

Длинные гудки били в ухо, перезванивать не имело смысла. Аркадий, выпросив «на всякий случай» мой домашний номер, сразу предупредил, что говорить будет коротко, так как платить за междугородку «маман» не любит.

Я положил трубку, так и не поняв, о чём хотел предупредить недавно обретённый друг, живущий единовременно в двух параллельных реальностях – на земле и в парах пьяного угара.

– Крест, пакостит…

Сделав шаг в сторону зала, я споткнулся и чуть не упал, наступив кошке на лапку. Та взвизгнула и метнулась в сторону, оставив на полу обглоданную шкурку огуречного ломтика.

Я удивился:

– Специальную еду не жалуешь, а овощи лопаешь? Может, попробовать тебя кормить тем, что сам ем? – Даша слушала, склонив голову набок, будто понимая, о чём ей говорят. – И как я раньше не догадался. Кто бы тебя, бездомную, к кошачьему корму в деревне приучил?

Я направился в комнату, желая доесть наспех приготовленный ужин. Но не тут-то было…

Новый звонок – на этот раз в дверь, – и следом за ним истерический взвизг Дашки. Она не шипела, а кидалась на обивку, цепляясь за кожу когтями.

– Угомонись, ты начинаешь пугать. Увезу в «ветеринарку» и усыплю!

Я сделал шаг, кошка выгнула спину, боком перегораживая проход, и угрожающе зашипела.

– Теперь ты готова напасть на меня? Успокойся, я лишь загляну в глазок…

Боль пронзила виски, ворвавшись в мозг совершенно противоположными по смыслу просьбами, произносимыми двумя женщинами.

– Не делай этого! – умоляла девушка.

– Открой дверь! Немедленно! – визжала старуха.

Я сомкнул веки, борясь с подступившей к горлу тошнотой. Звонок выдавал непрерывные трели, действующие на нервы не меньше, чем голоса.

– Кажется, я схожу с ума… Прекратите орать!

Мой окрик не возымел нужного действия, разве что голос девушки стал более отчаянным.

– Не делай этого. Прошу, потерпи! Мне так жаль…

– Я вынесу дверь, если ты не откроешь! – шипела старуха.

– Я лишь посмотрю в глазок, обещаю. – Моя просьба была обращена к Дашке, вставшей на сторону невидимой девушки. И словно понимая, что я хочу, кошка отошла в сторону, позволяя открыть одну из дверей и заглянуть в глазок.

– Никого…

Липкий страх парализовал меня в буквальном смысле этого слова. Я не чувствовал собственного тела, словно со стороны наблюдая, как пальцы начинают двигаться в сторону щеколды.

Дашка не больно куснула за ногу, чем вернула меня в действительность. С трудом преодолевая непонятное онемение, я сделал шаг назад, руки безвольно повисли вдоль тела.

Теперь кошка кидалась на деревянную преграду, оставляя выпущенными когтями бороздки на краске. Звонок продребезжал ещё пару раз, хрипло кашлянул, словно та самая старуха, и замолчал.

Я плотно закрыл вторую дверь и следом за кошкой бросился к балкону, откинув её от штор, захлопывая настежь распахнутую створку. Теперь пальцы подчинялись команде, выданной мозгом под действием страха. Приведённые в вертикальное положение задвижки изолировали комнату от уличных звуков. Я облегчённо вздохнул.

– Что это было?

Вопрос, адресованный себе и прижавшейся к ногам Дашке, остался без ответа, как и множество других, появившихся за последнюю неделю. Но одно я знал точно: подобранная в деревне кошка видела и слышала то же, что я, или даже гораздо больше, а значит, я не был сумасшедшим. Если только помешательство не заразно. Оставалось проверить.

Я набрал номер человека, который мог подтвердить или опровергнуть неприятный диагноз.

– Привет! – обрадованно воскликнул друг. – А я уж думал, ты про меня забыл.

– Это невозможно. Что ты сейчас делаешь?

– Немного занят, – он перешёл на шёпот, – и надеюсь, что до утра.

Я расслышал хихиканье, но не был уверен, на самом ли деле рядом с Мишкой присутствует женщина, или это очередной глюк в моей голове.

– Понятно…

Очевидное враньё пробудило его любопытство.

– А что ты хотел? Нужна моя помощь?

Звук поцелуя и протяжный стон говорили, что он был не один. Я облегчённо вздохнул: рядом с Мишкой находился живой человек.

– Нужно встретиться, поговорить. Со мной тут какая-то хрень происходит.

– Она тридцать лет у тебя. Полная жопа с раздраем.

– Спасибо за поддержку, брат. Так что насчёт завтра после работы?

– Подъедешь ко мне? Или пропустим в баре по пиву?

– Второе.

– Отлично, жду в семь у ВДНХ.

Хотелось немедленно выговориться. Единственный доступный слушатель сидел у моих ног, с любопытством разглядывая собственный хвост. Я обратился к рыжему чуду, в очередной раз спасшему меня от начинающегося сумасшествия или потустороннего визитёра. Оба предположения не радовали.

– И как с этим жить, Даша? Что сейчас было?

Кошка подняла мордочку вверх, с пониманием уставившись