После нас - Катерина Затула

мне теснее, и дыхание сразу сбилось. Вода продолжала литься сверху, смывая пену, но Никита не торопился отпускать. Его губы медленно прошлись по моей шее, задержались у основания, заставляя меня дрожать. Затем он взял меня за подбородок и повернул моё лицо к себе. Несколько секунд просто смотрел — на мокрые ресницы, приоткрытые губы, воду, стекающую по щекам. Затем развернул меня, прижал спиной к мокрому стеклу и накрыл мои губы своими. Глубоко. Медленно. Почти нежно. Горячая вода стекала по нашим лицам, его ладони удерживали меня за талию, а я снова целовала его так, словно завтра действительно могло не наступить.

Катя

Проснулась я далеко не сразу. Сначала просто лежала с закрытыми глазами, чувствуя приятную тяжесть во всём теле. Потом медленно улыбнулась. И только через несколько секунд распахнула глаза. Пусто. Вторая половина кровати была пустой. Я несколько секунд молча смотрела на смятую подушку, а потом тихо рассмеялась.

Ну конечно… Азаматов в своём репертуаре. Старая проверенная схема. Даже смешно. Сбежал. Прямо как тогда, в Сочи. Похоже, некоторые вещи в этой жизни действительно не меняются. Я перевернулась на спину и закрыла лицо ладонями. Поздравляю, Аверина. Ты снова впустила Азаматова в свою жизнь. И, судя по ощущениям в теле, очень гостеприимно.

Наверное, так действительно было лучше. Лучше, что он ушёл сейчас. Пока я ещё могу сделать вид, что вчерашняя ночь была просто случайностью. Потому что если бы он остался... Я оборвала себя на этой мысли. Нет. Об этом я сейчас думать точно не собиралась.

Я тихо застонала и осторожно потянулась. Кажется, каждая мышца решила напомнить о себе. Возвращение в большой спорт спустя два года и три месяца отсутствия, явно не должно было начинаться с таких нагрузок… Я опустила взгляд на себя. Голая. Досадный вздох вырвался из груди помимо воли. Господи… Какая же ты всё-таки идиотка, Аверина.

Ну ладно, случилось один раз. С кем не бывает. Ну остались у тебя к нему чувства, проявила слабость. Но можно же было его сразу выгнать после первого раза. Нет, тебе надо было наверстать два года за одну ночь.

Я больше двух лет убеждала себя, что он в прошлом. Что я больше никогда не подпущу его так близко. Что всё закончилось. И хватило одного вечера. Одного взгляда. Одного его «скучал». Чтобы вся эта тщательно выстроенная защита благополучно рухнула.

Я поморщилась и тяжело выдохнула. Посмотрела в окно. Серое небо, пасмурный день. Практически идеальное отражение моего настроения. Наверное, ещё совсем раннее утро. Я машинально потянулась к телефону на тумбочке. Экран вспыхнул. 10:07. Я резко села на кровати.

— Что? Какие ещё десять ноль семь?

Я несколько секунд просто смотрела на цифры. Почему Алиса до сих пор не встала и не разбудила меня? Я мгновенно схватила видеоняню, стоявшую рядом с кроватью, и включила экран. Несколько секунд я просто смотрела. Кроватка была пустая. У меня внутри всё оборвалось. Нет. Я моргнула. Ещё раз посмотрела на экран. Пусто. Я судорожно нажала кнопку смены камеры. Пусто. Я нажала ещё раз. Ничего. Руки стали холодными. Сердце забилось так сильно, что стало трудно вдохнуть. Перед глазами вспыхнули его слова: «Я не позволю тебе снова увезти мою дочь.» Господи... Нет. Неужели? Я резко мотнула головой. Нет. Он не мог. Не мог просто взять и забрать её. Но другая мысль тут же появилась следом. А разве он не говорил, что сделает всё, чтобы быть рядом? Я отбросила видеоняню на кровать и вскочила.

— Алиса!

Крик сорвался, но вместо него вышел какой-то хриплый, испуганный шёпот. Я пробежала через длинный коридор и влетела в гостиную. Резко остановилась. На кухне стоял Азаматов с кружкой кофе в одной руке. Другой уверенно придерживал Алису, сидевшую у него на руках. Она что-то увлечённо лепетала, показывая пальчиком в окно, а он внимательно слушал её, словно понимал каждое слово. Я судорожно выдохнула. Она здесь. С ней всё в порядке. К глазам неожиданно подступили слёзы. Какие-то совершенно глупые слёзы облегчения. Я даже не сразу поняла, насколько сильно успела испугаться.

Будто почувствовав мой взгляд, Никита обернулся. Сначала посмотрел мне в глаза. Затем его взгляд медленно пополз ниже. Задержался на груди, прошёлся по животу и бёдрам — и только после этого вернулся к моему лицу. Уголок его губ дрогнул. На его лице появилась какая-то странная ухмылка.

— Доброе утро.

Я продолжала смотреть на Алису, пытаясь успокоить бешено колотившееся сердце.

— Очень эффектное появление, Аверина.

Я непонимающе нахмурилась и посмотрела на него. Никита выразительно приподнял бровь.

— Хотя должен признать… мне нравится. Ты умеешь сделать утро действительно добрым.

Я почувствовала, как внутри снова поднимается раздражение. Конечно. Азаматов даже сейчас, после того как я чуть не поседела от страха, умудрялся вести себя так, будто всё происходящее совершенно нормально.

— Ты...

Я хотела сказать что-нибудь резкое, но вдруг поняла, почему он так на меня смотрит. Машинально опустила взгляд на себя и замерла.

— Блин...

Только сейчас до меня дошло, что я выбежала из спальни совершенно голая. Я метнулась к дивану, схватила небольшую декоративную подушку и прижала к себе. Проблема заключалась в том, что она была слишком маленькой. Грудь ещё как-то прикрывала, зато всё остальное оставалось прекрасно видно.

Взгляд Никиты неторопливо опустился ниже подушки.

— Отличная попытка.

Я тут же дёрнула её вниз. Его глаза сразу поднялись к обнажившейся груди.

— Так тоже хорошо.

— Азаматов, отвернись! Быстро!

— Подожди. Мне интересно, что ты в итоге решишь спасать.

Я развернула подушку вертикально и прижала к телу обеими руками. Никита критически меня осмотрел.

— Уже лучше. Но по бокам всё равно видно.

— Перестань смотреть!

— Не могу, Кать. Я же тот ещё мудак, ты сама говорила. К тому же мне слишком нравится то, что я вижу.

Я посмотрела на него, мысленно выбирая, куда именно запустить подушкой. Он поставил чашку на остров и подмигнул мне.

— Я просто любуюсь, Катя. Решил, что это часть сервиса.

— Какого ещё сервиса? — устало спросила я.

— Для особо важных гостей. «Доброе утро, Никита Владимирович». Пять звёзд, Аверина. Обязательно оставлю положительный отзыв.

— Я сейчас правда тебя чем-нибудь ударю.

Никита прищурился и задумчиво потёр подбородок, будто всерьёз оценивал качество обслуживания.

— За угрозы сниму одну звезду.

Я наградила его испепеляющим взглядом. Никита ещё раз осмотрел мои голые ноги и задумчиво покачал головой.

—