Воплощённый - Александр Андреевич Лобанов
Нас обогнал отряд скелетов с биоробом во главе. Все в полной выкладке! А стоило нам углубиться чуть дальше, как мы вышли в тускло освещенный закуток, выход из которого и перекрывали бойцы. Кроме них, имелись конструкции, которые при некотором воображении можно назвать осадными орудиями. И всё это направлено на халупу, собранную чуть ли не из мусора в глубине аппендикса.
– Господин Тихарь, дежурные боевые группы со всего Административного центра прибыли, – подскочив к нам, щёлкающе зарапортовал скелет. – Происходит развёртка оборудования. Расчётное время начала зачистки около пяти минут!
– Молодцы! Новые данные о ситуации?
– Строение самодельное, камер аналитического отдела внутри нет. Попытка отправить разведывательного дрона провалилась – Анастасия наложила магические щиты и продолжает их усиливать. Точное число находящихся в строении неизвестно. Но согласно косвенным данным, только одна девушка!
Из всего сказанного Альфу зацепила последняя фраза – я почувствовал его беспокойство. Он не мог сформулировать чёткую причину, но я доверял напарнику, и когда мне пришёл образ последующих действий, без раздумий согласился. Белая тень соскользнула с моей шеи. Пушистый хвост мелькнул и исчез среди множества ног.
Тихарь обернулся к нашей дружной компании.
– Ваша подруга совершила глупость. К счастью, пока не фатальную. Вы можете попытаться решить дело миром, пока мы готовим штурм. После этого мы ни за что не отвечаем. А сейчас прошу меня простить, нужно кое-что проконтролировать. Скелет вам поможет.
– Скелет, были ли какие-нибудь требования со стороны девушки? – тем временем поинтересовалась Аня.
– Нет, госпожа! На попытки начать переговоры госпожа Анастасия отвечала молчанием.
Прислушиваясь вполуха, я двинулся вперёд, к халупе. Стоило переговорить с этой взбалмошной девчонкой с глаза на глаз. А сделать это, перекрикиваясь через галдящую толпу - не лучшая идея.
– Чего встали? У вас что, дел нет? Пропустите нас! – рык Некера, которым он отогнал скелетов, стоявших на страже прохода, заставил меня оторваться от мыслей и перевести на биороба удивлённый взгляд. Биороб смутился: – Простите за самодеятельность, просто я подумал, что лишние свидетели вам не нужны... или мне тоже уйти?
- «А он не безнадёжен», - пробормотал Альфа, слушавший разговор сквозь мои мысли.
Я же ничего не ответил, лишь продолжил двигаться. Остановился буквально в десяти шагах от металлической двери, сваренной из нескольких листов ржавого металла. Тут я начал ощущать магическую ауру защиты.
– Ну и что ты устроила, Анастасия? – лёгкое эхо отразилось в узком туннеле.
Свет в мутном, зарешеченном окошке дрогнул. Но в моём голосе не имелось раздражения, злобы, недовольства или других негативных чувств. Только лёгкая насмешка, усталость и искреннее облегчение.
– Омега? – раздалось приглушенно и чуть удивлённо. – Не ожидала, что тебя пустят на это представление… скорее, спрячут, чтобы не помешали! Но, похоже, им это не нужно – свора готова преданно служить и сама прибыла в попытке меня усмирить! Неужто Чистые боятся, что не справятся с девчонкой?
Бравада. Провокация. Попытка задеть собеседника… Все признаки неуверенности, растерянности и как следствие попытки себя накрутить, чтобы продолжить действовать. Привычный коктейль юношеских эмоций, которые я и сам едва сдерживал. Но если я хочу спасти Настю, мне нельзя поддаваться чувствам.
– В отличие от тебя, они обладают разумом и хотят решить проблему без крови... без твоей крови, Настя, прошу заметить, – яда в голосе Ани хватило бы отравить небольшое стадо слонов. – Если ты выглянешь, то увидишь, что за тобой пришла небольшая армия. Ни тебе, ни нам её не остановить. Не знаю, что тебе наплёл Павел Гришин, но хватит заниматься глупостями. Выходи!
– Так вы и про Павла выяснили... – упоминание этого имени сбило запал в словах. – Тогда должны понимать – я не отступлюсь! Я лучше продолжу борьбу своего отца и погибну, не сдавшись, как он!
– «И всё-таки отец... Наихудший из вариантов», – пробормотало второе “я”. – «Относительного запасного плана – проход найден. Выдвигаюсь».
– Хочешь сказать, Чистые убили твоего отца? Серьезное обвинение! – рассудительно заметил Рахнез. – И ты готова поверить словам человека, которого не знаешь и часа? Готова пойти против Чистых, к которым стремилась в первых рядах, и не даёшь им даже шанса, чтобы оправдаться?
– Оправдаться? Я слишком долго слушала ваши речи. Всё! Надоела ложь! У меня есть глаза, и я прекрасно всё вижу! Прорыв через Сады показал, как высшие касты относятся к обычным людям! «Скелеты» - это вообще извращение жизни. Кроме того, я видела выступление своего отца, что призывал к изменениям… И после этого пропал! – голос девушки дрогнул, но через пару секунд зазвучал с новой силой: - Если Чистые не хотят прислушиваться к голосу разума, то мне нет места в их мире… для меня больше нигде нет места!
В словах Насти чувствовалась лёгкая фальшь. Словно она повторяла чужие слова. Не удивительно! Её за полчаса не столько убедили, сколько эмоционально накачали, использовав какое-то видео с отцом. И на выплеске чувств эта инфантильная дурёха начала действовать.
А когда пришли последствия, она поняла, что осталась одна. Её использовали и бросили. Опять. Не удивлюсь, если она уже жалеет о своих действиях. Не до конца понимает, что делать. Но отчаянно не хочет сдаваться.
Гребаный максимализм, где либо правда, либо смерть! Возможно, на этом можно сыграть?
- Хочешь пожертвовать собой ради великой цели? Так тому и быть! Выйди, сразись с нами! Докажи Чистым, что ты достаточно сильна, чтобы прислушаться к твоим словам! Ты ради мести уже ударила в спину своим друзьям! Так продолжи действие! Пройдись огнём магии и яростью кнута по всем! Уничтожь Чистых!
Повисло тягостное молчание… Я выжидал. Чувствовал, как мои слова разъедают душу и сознание магички. Моей названой сестры! А затем припечатал:
- Пусть медик, спасающий тела и души, превратится в палача! Пусть виновные «женщины и дети» будут на твоей совести! А когда ты встретишь отца, то сможешь посмотреть ему в глаза с чистой совестью!
– Настя, прошу, сдайся, – Некер не выдержал и заговорил со всей горячностью. – Я знаю, что всего лишь