Сбеги от меня, если сможешь - Кристина Майер

- От кого ты узнал о бункере? - интересуется Хаким у Корикова.

- Из-под земли достал того, кто его проектировал и строил, - смеётся отец Силины, но в его смехе нет ни тени веселья. - Отдаю Ледовскому должное, найти на него выход было сложно. Давид ничего не делает наполовину, - нахваливает Кориков врага.

Мечтая найти выход из сложившейся ситуации, я в панике метаюсь взглядом по темному лесу. Выхода нет! Его просто нет…

- Если мы все обсудили, пора отдать мне девчонку. Я в любом случае ее получу, - заверяет угрожающе Кориков.

Я боюсь представить, что со мной случится, если я попаду в лапы этого монстру. Мне так страшно, что я не могу дышать.

- Ты ведь понимаешь, куда бы ты ни сбежал, Ледовские тебя достанут? - пришло время Хакима угрожать Корикову.

- Понимаю, - тянет тот. - И я буду его ждать, а сейчас давай закончим болтать, отдай мне девчонку! Я знаю что ты делаешь. Тянешь время. Ждешь Ледовских. Все закончится раньше, чем их люди доберутся… - его голос резко обрывается, а потом слышится отборная ругань и останавливающий кровь в венах приказ: - Его убить, девчонку забрать!

Сквозь шум крови в голове я слышу приближающийся гул моторов. Их много, они рокочут, как рассерженный улей. Радость раненной птицей вспыхивает в груди, но эта радость длится долю секунды.

- Прыгай, сейчас же! - рявкает Хаким так, что выполняю приказ, не успев его проанализировать. Лечу вниз какую-то долю секунды. Приземление выходит жестким, но в Панике, что накрывает с головой, я этого не замечаю. Прежде чем крышка люка закрывается надо мной, я понимаю, что Хаким оттягивает огонь на себя.

Как же страшно! Я полной темноте, без единого проблеска света. Ощущение такое, будто меня заперли в могиле. Стараясь не поддаваться страхам и фобиям, я начинаю ощупывать пространство вокруг себя.

Я не сразу ощущаю боль в лодыжке. Когда пытаюсь подняться на ноги, простреливает такой болью, что я вскрикиваю. Наступить на ногу не могу. Видимо, неудачно приземлилась. Как назло ещё и плечо жжет.

Стены холодные, но сухие. Есть ощущение, что они декорированы деревом. Нащупываю стол, нахожу на нем фонарь. Включив, долго морщусь от яркости света. Тут несколько комнат, я не обхожу их, мне неинтересно. Та, в которой я нахожусь, похожа на небольшую кухню. На столе открытая коробка свечей. Боясь, что заряда батарее в фонаре надолго не хватит, я зажигаю свечу. Допрыгиваю до дивана, что стоит в дальнем углу, присаживаюсь и начинаю молиться, ведь там наверху продолжают стрелять.

Здесь не так холодно, как наверху, но я все равно не могу согреться.

Время в этом бункере, будто остановилось. Кажется, что я нахожусь тут вечность. Не знаю, сколько горят свечи, у меня догорает третья…

Выстрелов давно не слышно, но меня никто не вызволяет. Я успела порыдать, пожалеть себя, успокоиться, вновь поплакать. Если Хаким и Илай погибнут…

Не хочу об этом даже думать, но в этой жуткой темноте меня отравляют тревожные пугающие мысли.

Кто вышел победителем в схватке? Почему я до сих пор остаюсь в бункере? Про меня забыли?

А может, все убиты?...

Никто не знает, что я здесь?...

Чувство страха сменила апатия и усталость. Меня затягивает в сон, но я продолжаю с ним бороться. Моментами я думаю, что останусь в этой темнице навсегда. С голоду и от жажды точно не умру пару лет. Одна стена заложена провизией в ящиках и упаковками воды. Меня начинает знобить. Я перестаю верить, что меня спасут. Закрыв глаза, проваливаюсь в тяжелую дремоту, из которой меня выдергивает звук открывающегося люка.

Я понятия не имею, кто сейчас спускается за мной. Наверное, мне нужно было найти хоть какое-тот оружие, чтобы защитить себя, но сейчас об этом уже поздно думать. Свеча на столе погасла, может мне спрятаться? Мысль приходит и исчезает, я остаюсь на месте ждать своего приговора.

Возможно, это мой последний день жизни…

Глава 63

Илай

Адова ночь…

Выжег все нервные клетки и тонну крови, пока несся к Ледышке. Чудо, что мое сердце не отказало от страха за нее. Я готов сдохнуть тысячу раз, но не вынесу, если потеряю ее.

Спасибо друзьям и мотоклубу, они сразу откликнулись и предложили помощь. Пересадив почти всю охрану на байки, мы приехали к точке раньше. Нас там точно не ждали. Отец со спецназом подлетели спустя пару минут, когда бой был в самом разгаре. Черные фурии спустились с неба, взяв в кольцо всех, кто этой ночью открыл охоту на мою девочку.

Я всю жизнь буду в долгу у Хакима. Он спас ее, но сам получил две пули. Сейчас все нормально. Друга одним из первых эвакуировали в больницу на вертолете. Ему нужна была срочная медицинская помощь.

Охлаждение не самая большая проблема Хакима. В этот раз ранения оказались не такими серьезными, но два новых огнестрела к предыдущим открывшимся, подорвали его крепкий организм. Хаким терял сознание, когда его забирала вертушка. Доктор уже отзвонился и заверил, что Хаким будет долго жить, если начнет слушать его советы и перестанет ловить пули. За друга я был спокоен. За Ледышку тоже.

Всю дорогу у меня был включен телефон, я отслеживал по камерам в бункере, когда они доберутся до места. С ума сходил, наблюдая пустоту. Воспаленное страхом сознание рисовало в голове страшные картины. Этот час был настоящим адом.

Начал дышать, только после того, как увидел, что Ледышка в бункере. Я собирался поговорить с Хакимом о том, что он не помог ей спуститься, она просто свалилась с двухметровой высоты, а оказалось, что в этот момент он спас ей жизнь, прикрывая собой. Теперь я злюсь на себя. Я должен был быть рядом!

«Все закончилось…» - напоминаю себе.

Для кого-то навсегда…

Кориков сука пытался скрыться, вновь забиться в нору, чтобы позже выползти и нанести очередной удар в спину, но остался лежать на сырой земле. Инсценировав свою смерть, он разозлил старуху с косой. Недолго она его искала. Мне не было жаль Корикова. Глядя в залитое кровью лицо, я испытывал лишь брезгливость. Чтобы убедиться, что это не