Семь фальшивых свиданий! - Янина Логвин

— Какой-то глупый квест, — пробурчала я, чувствуя, как внутри закипает протест. — Мне этот рейтинг не нравится.

— Не шипи, птичка, — Марк легко выхватил из моей руки черную ленту, а свою небрежно засунул в карман. — Лучше повернись спиной. Лебедь сегодня в клетке, а я — твой единственный повелитель. Обещаю, что буду нежен с твоими пёрышками… ну, почти.

Делать нечего, я повернулась к парню спиной, но на всякий случай предупредила:

— Только попробуй что-то вытворить — и ты труп!

Черт! Ну и зачем Демонец со своей «призрачной» встал именно напротив нас? Места, что ли, за столом не нашлось другого? Еще и повернулся ко мне лицом. Ужас, ну и ситуация. Мало того, что стоим в паре метров друг от друга и я чувствуя его присутствие каждым рецептором на коже, так еще и не знаю, в какой угол гордо отвести взгляд. И почему, интересно, он не флиртует со своей новой партнершей после её экспромта в танце? Судя по тому, как она возле него вьется, эта художница точно не против сеанса с мороженым.

Я вскинула подбородок и вздохнула, собираясь бросить взгляд мимо своего врага, но так и замерла, заметив, что глаза Дениса рухнули на мою… грудь?

Да он издевается, что ли? Что там можно так долго рассматривать?!

На всякий случай я перебросила свои длинные волосы на плечо и завела руки за спину. Черная лента тут же обвила мои запястья, а Марк игриво присвистнул:

— Боже, птичка, какая у тебя талия… Хочешь, я развяжу корсет? — он бесцеремонно провел пальцем по шнуровке у меня на пояснице. — Вдруг тебе нечем дышать?

— Нельзя! — прошипела я, начиная не на шутку волноваться. — И не смей вязать узлы, если хочешь жить!

— Отвали от нее, патлатый, — вдруг процедил Демонец тем самым ледяным тоном, которым днем говорил с Нудным. — А лучше залезь обратно в свой гроб и не отсвечивай!

Но Марк оказался не робкого десятка — а может, просто получал удовольствие, провоцируя всех вокруг.

— А то что… принц? — он отпустил тихий смешок. Перепалка явно выходила за рамки правил шоу. — Вызовешь на дуэль и потыкаешь в моё бессмертное тело шпагой? Думаю, твоя «невеста» будет против. Вот и занимайся ей, чувак! — он неожиданно зло рыкнул.

— Не обращай на него внимание, Денис. У Марка сегодня явно избыток энтузиазма, — раздался пренебрежительный голосок Кати. Приподнявшись на цыпочках, девушка накинула на шею Демонца красную ленту, словно ошейник, и, встав между нами, деланно рассмеялась:

— Но он прав. Я против! Ты слышал, что сказал Валентин? Сегодня ты в моей власти, Темный принц! Так что перестань на него пялиться, Лебедь, а то я за себя не отвечаю!

Что?! Я опешила. Это она мне? Я уже давно отвернулась, но тут вновь посмотрела на художницу. Она как раз по-хозяйски провела ладонью по плечу партнера, явно работая на приближающуюся камеру. Зато Демонцу, похоже, было всё равно на операторов — да и на свою партнершу. Он сканировал Марка, чьи руки всё еще возились с узлом у меня за спиной, и его взгляд не обещал «вампиру» ничего хорошего.

Мне захотелось одновременно выдохнуть, закатить глаза и просто взорваться от злости. Похоже кто-то не терпит конкуренции с другим остряком за право изводить свою «личную мишень». Но с меня хватит.

— Марк, ты скоро?

— Готово! — Марк вложил в мои связанные ладони розу, и я сомкнула пальцы на колючем стебле, решительно отворачиваясь. Скорее бы покончить с этой дурацкой «алхимией»!

Как раз вовремя, потому что Валентин вновь заговорил:

— Внимание, пары! А теперь откройте свои «чувства». Снимите салфетки с подносов и прочтите ту эмоцию, которую вы должны разделить со своим партнером. Пусть блюдо и цветок станут вашими инструментами. В жизни есть то, что видят другие, а есть то, что скрыто за спиной от чужих глаз. Убедите своего партнера и всех нас, что вы — настоящие мастера алхимии. И помните: вкус правды бывает разным. Горьким, солёным, сладким, а иногда… невыносимо острым. Вскрывайте!

Катя и Марк, а вместе с ними другие участники, кому выпали алые ленты, одновременно потянулись к серебряным подносам. И от напряжения шорох шелковых салфеток в лофте показался оглушительным.

Я посмотрела на наш поднос. На нём стояла изящная пиала, рядом с которой лежала карточка с надписью «Ревность». Я прочитала еще раз — а вдруг показалось? Но нет, надпись на красивой виньетке не изменилась, а в самой пиале лежала россыпь янтарных долек грейпфрута и лайма, присыпанных специями — чем-то вроде молотого перца и розовой соли.

— Вау, как символично! — отозвался Марк, растягивая губы в предвкушающей, глуповатой усмешке. — Ди, это наш шанс. Замок, свечи и прекрасная блондинка, которую хочет соперник. Я прямо чувствую, как во мне просыпается Отелло. Тебе придется умолять меня о пощаде, детка! Это будет эпично!

Я лично никакого символизма в том, что передо мной кривляется взрослый парень не видела. И уж точно не собиралась делать ничего подобного. Осторожно скосив глаза на соседний поднос, я почувствовала, как внутри что-то сжалось. Там, в красивой фарфоровой пиале лежали крупные ягоды клубники и кусочки шоколада. А на карточке крупным шрифтом красовалась надпись: «Страсть».

Ничего себе. Я осторожно подняла взгляд на Демонца. Тот уставился в надпись и стоял с таким видом, как будто его впаяли в гранит, совершенно не напоминая себя обычного. А где же ухмылочки и обаятельные подколки? Где горячий флирт? Это же его стихия — купаться в девичьем внимании.

И почему мне душно в этом холодном зале?

— Денис, я даже не знаю, как мы с этим справимся? — кокетливо захихикала Катя, впрочем, кажется, смутившись. — Это так неожиданно. — Она подошла ближе к парню и схватилась за его локоть. — Надеюсь, ты веришь в случай, потому что я — да!

Темно-голубые глаза встретились с моими, и у меня не сразу получилось отвернуться. Помог голос Валентина, который разорвал натянутый ожиданием воздух:

— Начинаем! — выкрикнул ведущий. — Помните, ни единого слова. Только вкус, только ваши тела и ваша «Алхимия». Первая пара — Гладиатор и Жрица! У вас есть три минуты!

Настя и Влад изображали «Доверие». Три камеры наехали ближе, съемочный кран завис над головой… и всё вышло пафосно, странно и слишком картинно. Влад, играя мужественного «Гладиатора» всеми частями лица, притянул инфантильную Настю за талию и скормил ей все кубики медовых сот, пока она послушно открывала рот, изображая скорее щенячий восторг, чем глубокое чувство. В конце Настя, видимо, решив добавить сцене «огня», зачем-то медленно облизала его палец. Честно, мне стало