Поэзия, Драматургия читать бесплатно и без регистрации. Cтраница 277

Белоцветов Николай Николаевич [3(15).5.1892, Петербург — 12.5.1950, Мюльхайм, Германия] — поэт, переводчик, публицист, религиозный мыслитель. «Шелест», вышедший 1936 году, второй (и последний прижизненный) русскоязычный поэтический сборник в который, по мнению Ю.Иваска, «вошли лучшие его вещи». Музыкально-мелодический строй лирики Белоцветова отмечал Ю.Иваск: вошедшие в последний прижизненный сборник Белоцветова «Шелест» тексты «написаны одним дыханием. Каждое стих, состояло из одной непрерывной музыкальной фразы». В этой особенности стиховой мелодики Иваск видел отражение «блоковской музыки»; при этом Белоцветов освобождает ее «от всего земного, тяжелого, от всякого вообще фона. Многое в его творчестве может быть объяснено антропософскими медитациями. Существенней же, что он отвращается от всякой тяжести, как бытовой, так и духовной... Его поэзия действительно — чистое искусство. В этом его сила, но также и слабость: сила в чистоте тона, а слабость в том, что в слышимой им музыке было мало человеческого». Иваск также подчеркивает совершенство формального выражения мистических представлений у Белоцветова, находя в этом отношении параллели у Рильке и Мандельштама. Примечание: все стихи приведены в соответствие с современными нормами орфографии.

Сборник поэзии.

La rosa profunda, стихи, 1975 год

«Федором Платовым сквозь Федора Платова к Федору Платову.»http://ruslit.traumlibrary.net

Из творческого наследия украинского поэта Игоря Рымарука (1958–2008) — «Возможно, в поэзии ценнее не прямое высказывание, а подбор послевкусий, следов события. Это как вино, когда букет распадается на ароматы, живущие своей отдельной жизнью. Событие, толчок для творчества рассматривается здесь с разных, часто неожиданных ракурсов. Наложение нескольких взглядов, как наложение светокопий, позволяет увидеть происшедшее в неожиданной полноте и развитии. Современники обозначают творчество Игоря Рымарука словом — филигранность. Добавим еще: слух, взвешенность, метафористичность и интеллектуальность, плюс гибкость и теплота украинской речи». (Александр Ирванец)

Поэтесса Ирина Кнорринг (1906–1943), чья короткая жизнь прошла в изгнании, в 1919–1920 гг. беженствовала с родителями по Югу России. Стихи и записи юного автора отразили хронику и атмосферу «бега». Вместе с тем, они сохранили колорит старого Симферополя, внезапно ставшего центром культурной жизни и «точкой исхода» России. В книге также собраны стихи разных лет из авторских сборников и рукописных тетрадей поэтессы.

«Отовсюду объятый равниною моря,Утес гордо высится, – мрачен, суров,Незыблем стоит он, в могуществе споряС прибоями волн и с напором веков.Валы только лижут могучего пяты;От времени только бразды вдоль чела;Мох серый ползет на широкие скаты,Седая вершина – престол для орла…»

И во всемирной летописи человечества много есть целых столетий, которые, казалось бы, вычеркнул и уничтожил как ненужные. Много совершилось в мире заблуждений, которых бы, казалось, теперь не сделал и ребенок. Какие искривленные, глухие, узкие, непроходимые, заносящие далеко в сторону дороги избирало человечество, стремясь достигнуть вечной истины, тогда как перед ним весь был открыт прямой путь, подобный пути, ведущему к великолепной храмине, назначенной царю в чертоги! Всех других путей шире и роскошнее он, озаренный солнцем и освещенный всю ночь огнями, но мимо его в глухой темноте текли люди. И сколько раз уже наведенные нисходившим с небес смыслом, они и тут умели отшатнуться и сбиться в сторону, умели среди бела дня попасть вновь в непроходимые захолустья, умели напустить вновь слепой туман друг другу в очи и, влачась вслед за болотными огнями, умели-таки добраться до пропасти, чтобы потом с ужасом спросить друг друга: где выход, где дорога? Видит теперь все ясно текущее поколение, дивится заблужденьям, смеется над неразумием своих предков, не зря, что небесным огнем исчерчена сия летопись, что кричит в ней каждая буква, что отвсюду устремлен пронзительный перст на него же, на него, на текущее поколение; но смеется текущее поколение и самонадеянно, гордо начинает ряд новых заблуждений, над которыми также потом посмеются потомки.

Я ныне вновь пою в сем мире -Пусть глас разносится в эфире;Клинок Огня Создатель дал,Чтоб возрожденным снова стал,И в мир пропел благую Весть -И правда, совесть, счастье, честь,Надеждой будучи укрыты,Уже не были позабыты.Струится радость пусть рекой,И Дух забудет сна покой,Отбросив напрочь тьму сует,И осознав, что смерти нет.Раздал намеков много вам,Чтоб ближе стали к Небесам,Кто суть поймет - не жить как прежде ...Сердца горят у них в Надежде!

Автор предлагает вниманию читателей сборник стихотворений, содержание которых отражено в его названии «Для ума и души». Так ли это, вы можете убедиться сами, посетив страницы этой книги.

Сборник составляют: космопоэма Вадима Баяна «По мостовой тысячелетий», стихотворения Константина Большакова и Георгия Золотухина, и статья Марии Калмыковой.http://ruslit.traumlibrary.net