Закон великих снегов - Джеймс Оливер Кервуд
Оказавшись на улице, он остановился на расчищенной от снега дорожке и глубоко задумался. Со стороны большого, приземистого крытого экзерциргауза [7], ярдах в ста от него, по-прежнему доносился глухой стук лошадиных копыт и иногда — хриплый рев сержанта Моди, выкрикивавшего команды новобранцам. У Моди была репутация человека с железными нервами, способного без колебаний выйти с голыми руками против пушек, если того потребует служебный долг. В Северо-западной полиции он служил с незапамятных времен и к женским чарам был устойчивее каменной статуи. Почему же Макгрегор не отправил за Торпом его?
«Женоустойчив»! Господи, ну и словечко выдумал инспектор! Сначала оно показалось Филипу даже забавным, но сейчас это слово вызвало в нем новую волну сожалений, мыслей о доме и смутной, глухой тоски. «Интересно, что еще известно Макгрегору?» — размышлял молодой человек, вернувшись в казарму. Усевшись на койку, он попытался снова вызвать в памяти образы двух женщин, которые сыграли в его жизни важную роль. Первой была девушка с золотыми волосами, прекрасная, как Диана де Пуатье [8], и бездушная, как Сфинкс, — та самая, которая предложила ему себя в обмен на его имя и миллионы. Второй стала молодая женщина, которую он встретил на безлюдных, промороженных пространствах близ озера Бейн. Женоустойчив, ха!.. Филип засмеялся и набил трубку. Макгрегор мыслил совершенно правильно, но ничего не знал ни о том, что произошло с его подчиненным до отъезда на Север в поисках приключений, ни тем более о стычке между Филипом Стилом и Баком Номом, дезертиром, причиной которой послужила жена полковника.
[6] Медисин-Хэт — город на юго-востоке провинции Альберта.
[8] Диана де Пуатье (1499–1566) — официальная фаворитка короля Генриха II Валуа, имевшая власть и влияние во Франции.
[7] Экзерциргауз — крытое помещение для военных упражнений в холодную и ненастную погоду, манеж.
ГЛАВА VI
Филип следует за прекрасной незнакомкой
Обед давно закончился, когда Филип наконец-то получил на руки письменный приказ, который доставил ему какой-то новобранец. Приказ был составлен в строгом соответствии с официальными требованиями: он наделял Филипа всеми необходимыми полномочиями и предписывал уже вечером выехать в Ле-Па. К инструкциям был приложен листок бумаги, на котором Макгрегор написал то же самое, что говорил Филипу несколько часов назад: «Что бы ни случилось, доставьте арестованного в штаб». Подпись под бумагой отсутствовала, первые слова были жирно подчеркнуты, и Филип задался вопросом, что на самом деле могло означать это двойное предупреждение. Инспектор никогда не давал необдуманных распоряжений, поэтому эти его слова, несомненно, имели огромное значение, вот только какое? Если это действительно было предупреждение, почему тогда Макгрегор не сообщил ему никаких подробностей?
Весь следующий час, готовясь к походу и собирая вещи, Филип ломал голову над сложившейся ситуацией. Задание, которое он получил, действительно выглядело предельно простым. Человек по фамилии Торп пытался совершить убийство в Уэкаско, но был арестован, и теперь ему, рядовому Стилу, предстояло доставить преступника в Принс-Альберт. С этим справился бы и самый зеленый полицейский во всем Саскачеване — или даже полицейский, только что вставший с больничной койки, и тем не менее... тем не менее Макгрегор счел нужным послать в Ле-Па его.
Снова и снова Филип перечитывал загадочную записку инспектора. «Что бы ни случилось...» Вопреки всему эти слова заставляли его кровь быстрее бежать по жилам. С той самой минуты, когда Филип вынудил Бака Нома дезертировать со службы, он не испытывал такого волнения, как сейчас. Должно быть, именно умственное возбуждение, в которое он пришел, заставило его спросить себя: неужели на Севере нашлась женщина столь же прекрасная, как жена полковника Беккера, которая совершила невозможное — вскружила голову инспектору Макгрегору, точно так же как Изабель очаровала Бака Нома и его самого? И не может ли статься, что между этими двумя женщинами — женой несостоявшегося убийцы и супругой полковника — существует какая-то тонкая связь? Что-то, что их объединяет и делает похожими, при всем внешнем несходстве?
С губ Филипа сорвалось досадливое восклицание. Вопрос, который он сам себе задал, показался молодому человеку настолько нелепым, чтобы у него вспыхнули щеки. И все же ему никак не удавалось избавиться от эмоций, которые всколыхнули в нем эти мысли. В любом случае, решил он, все эти предупреждения и недомолвки неспроста. Что-то случится. Что-то обязательно должно случиться — Филип был в этом уверен. Поступки и слова Макгрегора, его непонятная нервозность, тот странный полукашель-полувсхлип, который почудился молодому человеку, когда он покидал кабинет инспектора, — все это было в высшей степени необычно. А значит, инспектор не зря подчеркнул свое последнее предупреждение жирной чертой: «Что бы ни случилось...» Похоже, он был уверен: что-то непременно случится и причиной тому станет девушка, чье очаровательное юное лицо Филип видел на фотографии. В том, что Макгрегор понимает природу опасности (если его подчиненному вообще суждено с таковой столкнуться), Филип не сомневался, и точно так же он готов был побиться об заклад, что у инспектора имелись очень веские причины не говорить ему о деле больше, чем он сказал. Что ж, Филип был не в претензии, ведь то, что ему предстояло, сулило самые настоящие приключения. Тайна, азарт, даже романтика— ко всему этому Филипа тянуло чуть не с самого рождения. В то же время он испытывал и другое, прямо противоположное чувство, которое удивило и обеспокоило его. Всего несколько дней назад его единственным желанием было покинуть Север, уехать, чтобы оказаться как можно дальше от озера Бейн. Теперь же ему не терпелось исполнить свой служебный долг, который требовал вернуться туда, где он встретил женщину, чье прекрасное лицо навсегда осталось в его мыслях и сердце. Нет, Филип не рассчитывал снова встретить Изабель: Уэкаско хоть и находился на севере, но отстоял от озера Бейн на несколько дней пути. И все-таки... все-таки они будут ближе, подумал Филип, и одного этого оказалось достаточно, чтобы его сердце забилось быстрее.
К поезду Филип приехал минут за десять до отправления. Это время он использовал для того, чтобы потолкаться среди собравшихся на станции пассажиров. Из намеков Макгрегора следовало, что сюрпризов, с которыми мог бы столкнуться его порученец, следовало ожидать от женщины с фотографии, и Филип старательно высматривал ее в толпе. Но ни на станции, ни в поезде не было никого похожего. Филип дважды прошел по вагонам — сначала в одну, затем в другую сторону, но не увидел никого, кто хотя бы отдаленно напоминал интересующую его персону.
Было уже довольно поздно, когда он сошел с поезда в Этомами, откуда железнодорожная ветка Компании Гудзонова залива тянулась