Новый Мир Новый Мир - Новый Мир ( № 3 2005)

Если я не ошибаюсь, эту (или почти эту) статью Столярова “Сумерки богов” мне уже приходилось читать в лондонском “журнале русского мира” “Колокол” (2003, № 3-4 <http://www.kolokolmagazine.com> ). О “Смерти Запада” Столяров писал и в интернет-журнале “Топос” (2003, 6 марта <http://www.topos.ru> ) — “Мир без США. Крестовый поход Патрика Бьюкенена”. Процитирую несколько мест: “<…> если бы не некоторые специфические реалии, свойственные только Соединенным Штатам, можно было бы полагать, что речь в книге идет о современной России. Вероятно, язык экстремального патриотизма (курсив в рецензии здесь и ниже мой. — А. В. ) един во всех нациях и народах. <…> Тем более что для объяснения причин происходящих событий автор обращается не к закономерностям исторического развития, что, вероятно, ему просто в голову не приходит, а в полном соответствии с психологией экстремального патриотизма создает образ внешнего и внутреннего врага. Только если российские патриоты крайнего толка объясняют бедствия современной России происками глобализма, масонства и сионизма <…> то Патрик Бьюкенен, будучи стопроцентным американцем, напротив, обнаруживает грандиозный марксистский заговор, который уже много десятилетий пронизывает Соединенные Штаты. <…> На самом деле ситуация для США гораздо хуже, чем ее видит Патрик Бьюкенен. Мир за последние десять лет полностью изменился. Европейский период всемирной истории действительно завершен, мы вступили в фазу сосуществования множества различных цивилизаций. <…> Конечно, трудно сейчас представить мир без Соединенных Штатов. Однако так же трудно было когда-то представить его себе без могущественного СССР и громадного лагеря социализма. Тем не менее социализм исчез, не выдержав испытания новым временем, и аналогичным путем, скорее всего, исчезнет нынешняя геополитическая империя США. Слишком специализированные социумы умирают, когда меняется среда их цивилизационного обитания. В этом смысле социогенез, эволюция социальных систем, ничем не отличается от биогенеза, эволюции систем живого мира. И вот здесь встает вопрос о месте России в новой эпохе. <…> Непонятно, зачем нужно связывать свое будущее с обреченной цивилизационной структурой. Может быть, России следует разрабатывать свой проект, более прогрессивный и более соответствующий двадцать первому веку? Если реальностью становится существование глобальных этносов (сверхкультур), то, вероятно, такой же глобальный этнос следует создавать и России. Тем более что у нее есть для этого все условия в виде колоссальных русских диаспор, уже инсталлированных в сферы технологических достижений Запада. Объединение диаспор и метрополии позволит создать Русский мир — геоэкономическую Вселенную, охватывающую громадное мировое пространство. Перед Россией ныне стоит задача утилизации западных социокультурных трофеев. Опоздать к такому всемирному аукциону было бы серьезной ошибкой”.

Утилизация западных трофеев — дело хорошее (разве я спорю), но для этого нужно как минимум, чтобы нас самих до этого никто не утилизовал. Кроме всё объясняющих исторических закономерностей есть еще — чужое и родное. Бьюкенен бьет в набат, пытаясь переменить судьбу своей страны, судьбу, кажущуюся почти неотвратимой. Поэтому ирония Столярова по адресу экстремального патриотизма бьет мимо цели, ибо в определенных исторических обстоятельствах никакого иного патриотизма быть не может...

Вот и Виталий Куренной, рецензируя “Смерть Запада” (“Отечественные записки”, 2004, № 1), специально полемизирует и с автором послесловия, не соглашаясь, что “книга Бьюкенена говорит о „глубоком провинциализме, свойственном вообще консервативному американскому мировоззрению”. Консерватизм Бьюкенена основан на выверенной более чем двумя столетиями системе ценностей и структуре аргументации, что делает его в известной степени образцом этой политической позиции. В сравнении с этим указанное послесловие, напротив, пугает своей самобытно-русской смесью историософских обобщений и гумилевщины, сдобренной изрядной долей самоуверенности. Хотелось бы, чтобы публикации такого рода сопровождались комментариями менее экзотическими и в большей степени относящимися к сути дела”.

Юрий Крупнов. Россия между Западом и Востоком. Курс Норд-Ост. СПб., Издательский дом “Нева”, 2004, 384 стр.

Включил в “Книжную полку” одну из книг руководителя общественного движения “Партия России” не потому, что она подарена мне автором, но потому, что в ней достаточно места отведено любимой идее Юрия Крупнова, а именно — Столица России должна стоять на Тихом океане . Статью Крупнова под таким названием я ранее читал в интернет-журнале “Русский переплет” (2004, 10 января <http://www.pereplet.ru/krupnov> ) и своевременно отметил в своей “Периодике”. Тезисно выглядит это так: “Наш ориентир — не Запад, а Северо-Восток. <…> Либо Россия станет лидером Северо-Восточной Азии и Тихоокеанского мира, построит на своем Дальнем Востоке мощную и процветающую „русскую Калифорнию”, либо США, Япония, Европа и Китай совместно с назначенным туземным правительством построят здесь зону безудержной глобализации”; “Этногенез не закончился <…> Северное российское население и особенно невостребованная молодежь может стать „новым племенем”, которое позволит преодолеть идентификационную катастрофу, осуществить этническую реабилитацию и в конечном итоге построить Россию как мировую державу <…> Создавая новую столицу России на побережье Тихого океана как символ и организационный механизм Новой Восточной политики, продолжения нашего движения по курсу Норд-Ост, мы имеем возможность воспроизвести тысячелетнюю историю России, не дожидаясь гибели страны и не создавая нового государства (нового вообще или нового в результате разрушения старого революционным хаосом)”.

Я не уверен, что перенос российской столицы действительно необходим, но с некоторой натяжкой и я готов признать: если (в силу каких-то обстоятельств) не Москва, то уж только — на Тихий океан. Хотя бы потому, что все иные звучавшие ранее предложения разных людей (о Петербурге, Казани, Новосибирске…) недостаточно радикальны, чтобы существенно повернуть вектор развития страны, а ведь именно об этом идет речь у Крупнова и именно в этом (и только в этом) смысл гипотетического переноса столицы вообще. Развернуть “медведя” (см. на карту мира) мордой на Океан и… простите, задом в Европу — это сильно. Для этого и предлагается дать ему пинка (в виде переноса столицы), чтобы “медведь” если уж не поднялся, то хотя бы призадумался. Главное, чтобы не разорвал.

Сумерки глобализации. Составитель Андрей Ашкеров. М., АСТ; “Ермак”, 2004, 348 стр. (“Великие противостояния”).

Да не обидятся на меня Андрей Ашкеров, Владимир Никитаев и другие авторы сборника, но лично для меня бесспорным украшением этой настольной книги антиглобалиста являются статьи Михаила Ремизова и Константина Крылова. О первом, точнее, о его книге “Опыт консервативной критики” (М., 2002) можно прочитать в “Книжной полке Ирины Роднянской” в августовском “Новом мире” за прошлый год (“Это самый яркий, самый талантливый из новых интеллектуалов, выстраивающих оппозицию либерализму, а заодно гуманитарному „морализму” любых оттенков — в форме просвещенной версии фашизма. <…> Ну, если „фашизм” не нравится, пусть будет „правый радикализм””). Среди статей второго автора специально отмечу отнесенный в конец сборника текст “Новый Мировой Порядок” (см. его также: <http://www.traditio.ru/krylov/nmp.html> ). Забавно, что и в сборнике “Русский Журнал/2004. Войны ХХ века” (М., Русский институт, 2004) самое интересное тоже отнесено в конец, в военно-фантастическое приложение, я говорю о статье Сергея Переслегина “Кто хозяином здесь? Напоил бы вином…”; см. ее также: <http://www.russ.ru/ist_sovr/2004_peresl.html> . Но вернемся к Крылову и составленному им толковому словарю грядущего глобализма .

“ Женевский список — основной документ Нового Мирового Порядка, принятый в 2039 г. Содержит список признанных государств. Женевский список закрыт для пополнения извне: государство может появиться в нем только в том случае, если одно из уже существующих государств заявит о своем делении на несколько новых, и это деление будет признано всеми остальными государствами. На практике право признания новых государств делегировано большинством государств Женевскому комитету по правам человека”.