"Зарубежный детектив 2026-22". Компиляция. Книги 1-14 - Котаро Исака

Михо оглянулась в сторону кухни. Выступающая стена закрывала обзор. Она немного поколебалась и решилась подойти к детской комнате, стараясь, чтобы звук тапочек не привлек внимания.

Дверь в комнату была приоткрыта. Девочки разбирали свои рюкзаки. Михо постучала в дверь и затем осторожно вошла в комнату.

– Привет. Вы ведь Чжиюль и Хаюль, да?

Она с трудом выдавила обычное приветствие. Горло пересохло, и казалось, будто во рту выросли колючки.

– Я подруга вашей мамы. Мы учились вместе в старшей школе.

Девочки посмотрели на нее, в их взглядах читалась настороженность.

Чжиюль была копией Ючжин: те же глубоко посаженные глаза с двойным веком, аккуратный нос и пухлые губы. Любой бы сказал, что она красивая. В то время как Хаюль больше подходило слово «милашка»: пухлые щеки и узкие глаза. Она совсем не походила ни на Ючжин, ни на Дочжуна.

Внезапно Михо вспомнила комментарий, который когда-то увидела в социальных сетях Ючжин.

chloe_mom: У Хаюль такие милые пухлые щечки, просто обожаю)) Интересно, в кого она? На маму или папу совсем не похожа, но главное, чтобы здоровенькая росла, и этого уже достаточно!

O_su_zzzzi: @chloe_mom Говорят, что у детей лицо меняется десятки раз, пока они растут. Наша Хаюль сейчас прямо копия меня в детстве. С нетерпением жду, когда она вырастет и станет еще красивее))

chloe_mom: @O_su_zzzzi Ого, вот как! А я уже начала думать, может, стоит сделать тест на отцовство.

Михо отогнала внезапное подозрение и, присев на корточки, чтобы быть на одном уровне с детьми, внимательно посмотрела им в глаза.

– Я недавно встретила Арин на детской площадке. Она спрашивала, как у тебя дела, Чжиюль, все ли у тебя хорошо. Кажется, Арин очень скучает по тебе.

Как только Михо упомянула знакомое имя, настороженность в глазах Чжиюль немного ослабла. Однако на ее лице все еще отражалась печаль, утрата и глубокая тоска.

Главными жертвами этой трагедии были дети. Чжиюль, Хаюль, Арин, Минсон. А тогда давно пострадали и они сами – Михо, Ючжин и Сэгён.

Детей всегда приносили в жертву ради желаний взрослых, и весь груз последствий неизбежно ложился на их маленькие плечи. Малышам предстояло расти, жить дальше, а пока их раны не превратятся в шрамы, они будут вынуждены бороться с болью прошлого. Михо стало тяжело на душе при мысли о том, сколько еще эти девочки будут сражаться с травмами, которые уже оставили неизгладимый след в их жизнях.

– Я все время думаю о маме, – прошептала Чжиюль своими маленькими губами. Произнеся слово «мама», она вдруг опомнилась и сразу же замолчала, словно испугавшись собственных слов.

Казалось, кто-то запретил Чжиюль даже произносить слово «мама». Или, возможно, она сама чувствовала, что не должна говорить об этом, и замолкала раньше, чем осмеливалась сказать больше. В любом случае ее рана оставалась незалеченной, как будто никто не пытался помочь ей справиться с этой болью.

– В этом нет ничего плохого. Скучать по маме – это нормально. Не нужно это прятать. Я тоже очень скучаю по ней.

Михо осторожно погладила Чжиюль по маленькой голове. Глаза девочки покраснели, и в них появились слезы. Хаюль, казалось, не замечала происходящего: она сидела спиной к сестре и Михо, полностью погрузившись в рисование в своем альбоме цветными карандашами.

Михо осторожно обняла Чжиюль, пытаясь ее успокоить.

– Мама сказала… что хочет защитить нас.

– Вот как…

– Она говорила, что должна нас оберегать.

– …

– Но… что, если это из-за меня?

Чжиюль подняла заплаканное лицо и посмотрела на Михо. В этот момент сердце той наполнила ледяная, пронизывающая печаль. В глазах ребенка было не только горе.

– Ты о чем?

Михо убрала руку, которой обнимала Чжиюль. Девочка вытерла слезы тыльной стороной ладони и закусила губу. Ее губы подрагивали, в глазах было еще что-то, кроме горя и грусти.

Страх. Чжиюль явно чего-то боялась.

– Мама внезапно изменилась. Она стала странной. Все время смотрела на тот USB. Каждый день только на него.

USB? Неужели речь о том самом USB, на котором был сохранен черный список?

– А что, если мама стала вести себя странно из-за него? Мама Совон просила его найти, но среди маминых вещей его не было. Это такая черная палочка. Мама оставила ее на туалетном столике. Мы искали, но так и не нашли…

В тот момент глаза Михо широко распахнулись.

– Подожди, Чжиюль, что ты сейчас сказала?

– Я сказала, если мама стала странно вести себя из-за него, что нам делать?

– Нет, не это. Как, говоришь, выглядит USB?

– Он был похож на черную палочку.

Не может быть. USB, о котором знала Михо, был серебристого цвета.

O_su_zzzzi (О Ючжин):

Скоро откроется ящик Пандоры.

#запасаюсь_попкорном #название_фильма #тайна_трех_каратов_и_черного_списка #все_ложь #киношное_вранье #смотрите_фильмы_с_друзьями

На фото в социальных сетях Ючжин был запечатлен новейший ноутбук компании «Эльс Электроникс», в который был вставлен серебристый USB с округлыми очертаниями.

– Разве он не серебристого цвета? Такой круглый? – переспросила Михо.

– Нет, мама каждый день рассматривала USB, который был как черная палочка.

Ее разум потряс мощный удар, будто вихрь мыслей пронесся сквозь голову. Мир перед глазами пошатнулся, и Михо почувствовала, как земля уходит из-под ног.

На самом деле было два USB: один с тем злосчастным списком, а другой – в