Зарубежный детектив - Мэри Хиггинс Кларк
– Спасибо, – ответил он, – мне достаточно.
Роман старался избегать мест, где подавали алкоголь, но сегодня его присутствие в баре ресторана «Мама Торини» было необходимо. Место за барной стойкой – в пятнадцати футах от их столика – позволило ему легко услышать весь разговор.
Как он понял, Николь Меллинг, в девичестве Хантер, держала рот на замке и ничего не говорила о своих контактах с «Адвокатами Господа». Если бы это было единственной новостью, Мартин мог бы спать спокойно. Может быть, он даже отозвал бы Стива и разрешил ему вернуться к обычной жизни.
Но теперь Стив узнал о новой проблеме. Сидя за стойкой, он «нагуглил» «Под подозрением». И мгновенно нашел фото женщины, которую принял за главную в съемочной компании. Звали ее Лори Моран. Она была создателем шоу и его продюсером. Он узнал также, что Лори сама была жертвой преступления и дочерью копа. Дальнейшее чтение подтвердило, что пожилой мужчина за столом был ее отцом.
И вот теперь эта женщина заявила, что заинтересовалась Николь, и намекнула на то, что обратит пристальное внимание на ее прошлое. «Я узнаю правду о том, кем Николь Меллинг была в университете».
Мартину это точно не понравится.
Алекс Бакли смотрел на чемодан и чехол для одежды, которые были уже собраны, но все еще открытыми лежали на его кровати. Он всегда много путешествовал и привык появляться на телевидении, но вот соединял он то и другое впервые в жизни. Поэтому в багаж Алекс умудрился вместить шесть костюмов и массу неофициальной одежды.
Когда Бретт Янг позвонил ему и предложил поторопиться с вылетом в Лос-Анджелес, он решил прежде всего созвониться с Лори. Адвокат уже видел один раз, как Янг удивил Лори, поставив ее перед свершившимся фактом. Поэтому Бакли смог взять короткий тайм-аут, сказав Бретту, что ему нужно проверить свое расписание. В действительности он попытался дозвониться до Лори, но она не взяла трубку. Тогда он позвонил Лео, и тот сказал, что Лори будет рада его раннему прилету. И вот теперь, когда вещи были упакованы, Алекс задумался, не было ли у Лео своих причин хотеть, чтобы он пораньше прилетел в Калифорнию. И не получится ли так, что, прилетев, он полностью нарушит рабочий ритм Лори и ее группы? Ведь это будет их первая совместная работа с тех пор, как они стали встречаться помимо работы над шоу.
Когда ему предложили выступить в качестве ведущего первой передачи «Выпускной праздник», Алекс не смог отказаться. Он внимательно изучил этот случай, еще будучи второкурсником в Фордхаме, и был уверен, что один из выпускников на балу и был настоящим убийцей. Как оказалось, его подозрения оправдались. Но запомнилась эта передача не тем, что был обнаружен истинный убийца, а тем, что у Алекса возникли отношения с Лори Моран.
– Вам заказать машину на завтра, мистер Алекс?
– Сколько раз я должен напоминать вам, что меня не надо называть мистер, Рамон? Просто Алекс вполне достаточно. Черт, вы даже можете называть меня Ал, как в песне.
– Рамон так не согласен, сэр.
Алекс покачал головой и рассмеялся. Иногда он смотрел на себя со стороны и не мог поверить тому, что видел. Рамону было шестьдесят, и он родился на Филиппинах. Разведенный, имеющий взрослую дочь, живущую в Сиракузах, он считался «помощником» Алекса. Бакли предпочитал этот термин «дворецкому» – так Рамона называли его прежние работодатели, которые переехали на Западное побережье.
Декоратор, которая дала слово, что квартира Алекса теперь украшена с большим вкусом, посоветовала ему нанять Рамона, когда увидела, что он так занят работой, что иногда покупает трусы просто потому, что у него нет чистого белья.
Квартира Алекса на Бикам-стрит, с видом на Ист-ривер, состояла из шести комнат и жилья для прислуги. Для одинокого холостяка она была великовата, но в ней было достаточно места для столовой, в которой Бакли мог принимать своих друзей, для домашнего офиса, Рамона и его младшего брата Эндрю, специалиста по корпоративному законодательству, который часто приезжал к нему из Вашингтона.
Алекс считал, что его квартира свидетельствует о его приверженности друзьям, семье и долгосрочным отношениям. Однако он понимал, что те, кто плохо его знал, могли думать совершенно иначе.
А вообще-то, его больше всего интересовало, как ее воспринимает Лори.
В декабре прошлого года ему казалось, что все будет просто. Мужчина, которого Тимми прозвал Синеглазым, попытался убить мальчика вместе с матерью. Инстинктивно Алекс бросился к ним и обнял, прикрывая собой. В это мгновение они выглядели как настоящая семья.
Но потом, очень быстро, появился Лео, и Лори с Тимми освободились из объятий Алекса. Семьей были Лори, Тимми и Лео. А Алекс был другом, коллегой по работе, приятелем. Но не членом семьи. И, что самое важное, не Грегом.
Сначала Бакли решил, что Лори просто еще не готова к новым отношениям. Он хорошо понимал причины этого. У нее была своя карьера и сын, которого надо было растить. Она потеряла мужа и все еще не могла с этим смириться. А может быть, и никогда не смирится.
Но теперь, накануне полета в Лос-Анджелес, где ему вновь предстояло работать с Лори, он задумался, не связана ли ее сдержанность с ним лично. В дополнение к квартире, которая может показаться слишком большой, и похожему на дворецкого помощнику, который называет его «мистер Алекс», он еще был публичной персоной, чье имя ассоциировалось с таблоидами.
Сколько раз Бакли видел собственную физиономию на страницах, посвященных светской жизни, в компании с какими-то женщинами и подписями под снимками, намекающими на развивающийся роман? И все потому, что его временная работа в качестве телевизионного судебного обозревателя превратила его в псевдознаменитость. После этого подобные спекуляции стали появляться постоянно. Эндрю даже рассказал ему о каком-то сайте, на котором был список женщин, с которыми он якобы встречался. Большинство имен из этого списка были Алексу совершенно неизвестны.
Так почему же умная и уверенная в себе женщина, такая как Лори, должна поверить такому типу, как он? Ей надо беспокоиться о карьере и сыне. И в ее сердце не было места для чванливого повесы ростом в шесть футов и шесть дюймов[58] с уложенными феном волосами.
Алекс еще раз взглянул на раскрытый чемодан и заменил галстук веселенького розового оттенка на строгий, синий в полосочку, хотя и понимал, что это ничего не изменит.
– Вау, мам, это почти такой же завтрак, какой мы ели в