Поселок Тихий - Марина Серова

— Там жабы, жабы!

Старшая откинула мокрые волосы с лица и закрутила головой по сторонам. Сверху раздался торжествующий хохот:

— Это вы как жабы скакали!

Девушка замахнулась в гневе кулаком на Колобка, который заходился от смеха на ветке.

— Я так и знала, что это ты устроил! Да я… я на тебя пожалуюсь. Ты идиот!

Но парнишка закрутил телефоном в руке:

— Ага, только вякни! Я все снял, как ты скачешь в одном купальнике с жабами в трусах! Это видео все увидят!

Он спрыгнул вниз, обложил испуганных, дрожащих девочек грязными ругательствами и, наконец, вразвалочку, явно наслаждаясь моментом, пошел обратно в лес. Глядя на его удаляющуюся спину, младшая девочка залилась слезами и бросилась на шею сестре:

— Катя, пожалуйста, не говори никому! Если он правда выложит видео в интернет? Это ужасный позор! Меня в лицее засмеют! Пожалуйста! Нет!

Девушка обняла сестренку:

— Ладно, обещаю, не буду. Только боюсь, он никогда не отстанет. — Она не договорила, но по ее мрачному личику и обострившимся скулам было понятно, что ей бы очень хотелось отомстить Колобку за злую выходку.

И я решила не быть больше немым свидетелем. Ничто так не объединяет, как общий противник, а у нас он точно был, и я выступила из-за кустов:

— Привет. Не пугайтесь, я видела, что он сделал, так вышло случайно. И хотела бы помочь.

Младшая девочка от неожиданности разрыдалась еще горше. А старшая нахмурила длинные брови:

— Вы вообще откуда взялись здесь?

Скрывать в таких обстоятельствах, кто я такая, не было смысла.

— Я частный детектив, слежу за этим парнем, потому что подозреваю, что он вредит не только вам. И подумала, что, может быть, мы могли бы помочь друг другу. Но пока я просто хотела поговорить.

— Вы, случайно, не Татьяна Иванова?

Вопрос был таким внезапным, никак я не ожидала, что молоденькая совсем девчонка может догадаться, кто перед ней. И сдержанно кивнула: да.

Старшая вдруг кивком указала мне влево:

— Там калитка, заходите, я сейчас открою. Только сестру успокою.

Я прошла вдоль дачной территории и оказалась перед высокой кованой калиткой. Щелкнул замочек, и девочка, уже одетая в белый халатик, распахнула дверь:

— Проходите, поговорим в доме.

По большому ухоженному двору мы прошли по тропинке из гладких плиток мимо зеленого газона и цветущих клумб внутрь коттеджа. Он совсем не был похож на обычную дачу, все здесь было будто с картинки глянцевого журнала или голливудского фильма. Отделанная деревом веранда переходила в светлую гостиную с панорамными дверями из стекла. Младшая, позабыв о неприятном впечатлении, уже увлеклась мультиками на большом телевизоре. Старшая сестра предупредила ее:

— Не бойся, мы будем в дедушкином кабинете. Если что, зови.

Девушка провела меня в кабинет, где из-за плотных портьер на окнах стоял полумрак. Она указала на глубокое огромное кресло, а сама села напротив на диван из такой же коричневой мягкой кожи. Лицо у нее было спокойным, она явно не боялась, что пустила в дом незнакомую женщину. И скоро я поняла, почему девушка была так уверена в своей безопасности.

— Я внучка бывшего прокурора Тарасова, Василия Егоровича Круглова, Катя Круглова. И про вас я тоже слышала. Дедушка рассказывал, что в Тарасове есть частный детектив Татьяна Иванова. Он вас хвалил, называл профессионалом. — Катя сразу перешла к делу: — Дедушка на пенсии давно и решил жить на природе. Они, конечно, называют этот дом дачей, но на самом деле мы бываем здесь круглый год. Все в Тихом знают, чей это участок и кто здесь живет, лишний раз не сунутся. — Она сдвинула еще сильнее брови. — Кроме этого дурака Артема Коробова.

Она дернула плечом:

— Хотя два года назад он мне казался нормальным, мы с ним даже были друзьями. Всегда тусовались вместе, когда я приезжала в поселок к дедушке. Он умный, столько всего интересного знает. Потом Артем в меня влюбился как дурак и все испортил.

Девушка бросила взгляд на свое отражение в зеркальном шкафу с книгами, наклонила голову. Изящные черты, густая волна волос — красивый двойник в отражении повторил ее движение.

— Конечно, я ему отказала. Смешно! Я и Коробов, красавица и чудовище.

Хотя Катя и была высокомерна, но не согласиться с ней было невозможно. Красавица из обеспеченной семьи и простой, неказистый парнишка из деревни — странная вышла бы пара. Представить их рядом невозможно.

Тем временем девушка рассказывала, во что превратилась эта история:

— Он начал за мной бегать, звать на свидания, цветы таскал из своего огорода постоянно. Конечно, я ему отказала. Так этот идиот начал тайно меня караулить. Достал меня ужасно. Я дружу тут с несколькими девочками из Тихого, мы вечером на пятачке зависаем. Скукота, конечно, но вечерами музыку крутит диджей из Тарасова. Тоже приезжает отдыхать. Он музыку крутую включает, можно оттянуться классно. С городом не сравнится, но все-таки развлечение. Ну, в общем, Артем совсем рехнулся от своей любви. Приперся на наш пятак, при всех встал на колени, предложил быть его девушкой. Выглядел глупо! Девчонки чуть не лопнули от смеха, а мне было стыдно ужасно. Все смотрели и хихикали. Ну я взбесилась и накричала на него.

Катя пожала плечами:

— Наверное, не надо было при всех его позорить… Но это был полный кошмар! Артем обиделся, швырнул в меня цветами и закатил истерику как девчонка. Расплакался, убежал. Вот с тех пор мне мстит, который год уже творит всякую фигню. И все свои выходки снимает на телефон, угрожает выложить в интернет.

Она принялась загибать пальцы:

— Измазал мне всю обувь навозом, обливал раз пять, наверное, когда я с девчонками гуляла. Краской платье испортил, которое мне мама из-за границы привезла. Сегодня вот лягушки.

Соболиные брови сошлись в грозной складке:

— Я знаю, что надо рассказать дедушке. Он этого Коробова за пару звонков усмирит. Только остальные боятся против него.

— Остальные? — удивилась я. — Есть еще и другие девчонки? А над ними-то он за что издевается?

Девушка вздохнула:

— Ну говорю же, он совсем с ума сошел. Обиделся на весь мир, уже второе лето такое происходит. Ненавидит всех девушек без разбора, никогда не упускает возможности устроить им гадость.

Она вытащила спрятанный за книгами в шкафу блокнот:

— Я знаю, что надо все фиксировать. Рано или поздно пригодится, меня дедушка