Большая книга ужасов – 79 - Мария Евгеньевна Некрасова

и Руди – этих двух чокнутых – тоже притащил Лысый. Подозреваю, что они его сыновья, но ни Лысый, ни эти двое не признаются. А похожи! Первые дни они, как Лысый, не отлипали от телевизора, а в свободные минуты, как Лысый, на всех орали. Мы звали их играть в мяч, кататься на перилах, но им было неинтересно. Лена ругалась, что они отупеют от телика, и в конце концов запретила включать его днем. У Руди и Васьки был траур. Целыми днями они сидели грустные у выключенного телика, пару раз погоняли с нами мяч от нечего делать, но быстро остыли. Тогда Лена и придумала читать нам по вечерам. Она выбрала книжку про школьников-хулиганов, как мы, и, конечно, мальчишки слушали с удовольствием о приключениях и проказах. Лена была довольна и думала, что проблема с телевизором решена.

Однажды ночью я проснулась от жутких звуков. В комнате мальчишек за стеной кто-то кричал, рычал, стучал… Первой мыслью было, что они стащили телик к себе в комнату и смотрят без нас. Я толкнула Флер, для компании, и мы вместе пошли к мальчишкам.

Я потихоньку открыла дверь, шагнула в комнату… И на меня сверху хлынула ледяная вода! Я завопила, сиганула на подоконник через всю комнату, по дороге опрокинув чью-то кровать. Хозяин кровати явно не ожидал встречи с полом, поэтому тоже завопил, вскочил и рванул к выходу.

В дверном проеме блестела лужа и валялось жестяное ведро, которое и опрокинулось на меня, когда мы вошли. Хозяин кровати поскользнулся, попал в ведро ногой и такой красивый вылетел прямо на Флер, которая еще стояла в коридоре. Она тоже завопила, споткнулась и полетела на пол.

– Неплохо, – оценил Васька, подбирая ведро. – Привет, Флер, привет, Жули.

Флер еще лежала на полу и показывала ему кулак, а Васька невозмутимо подобрал ведро, метнулся в ванную, наполнил и отработанным движением поставил его как было – на полуоткрытую дверь.

Накануне вечером Лена читала нам про этот розыгрыш в книжке, и литература явно оказала на мальчишек сильное влияние.

Васька приложил палец к губам и уселся на подоконник рядом со мной. Сюда же села осторожная Флер – и вовремя: дверь опять открылась, громыхнуло ведро, хлынула вода, и завопил Лысый.

В тот момент я пожалела, что оказалась в комнате мальчишек. Досталось всем. Мальчишкам – за ведро, нам с Флер – за то, что попались на глаза после отбоя, да еще не в своей комнате. Меня и Флер он заставил вытирать пол, мальчишек расставил по углам, но это не помогло. Пока Лысый орал, а Васька отодвигал кровать, чтобы встать в угол, Руди под шумок еще раз наполнил ведро и установил где было. Лысый был так увлечен своей лекцией о хорошем поведении, что не заметил манипуляций Руди с ведром. Я тоже не сразу заметила, я вытирала пол. А через минуту вошла Лена.

Лена – моя любимая учительница, потому что очень умная и опытная. Она открыла дверь ногой, далеко вытянув ее вперед. Грохнуло ведро, хлынула вода, и все опять досталось Лысому. Мальчишки разочарованно взвыли. Лысый взревел как раненый зверь и стал орать, что мы все наказаны. «Неделю без сладкого, две без телика», – и вот это все. Он орал, наверное, час. Васька хотел под шумок опять наполнить ведро, но наткнулся на суровый взгляд Лены и не наполнил. Поэтому прибежавший на шум сторож Михалыч (дело было на даче) мог бы остаться сухим, если бы не поскользнулся на мокром и не прокатился по всей комнате, вытирая собой то, что не успели вытереть мы с Флер.

Когда воспитатели все-таки разошлись, мальчишки расставляли кровати, а мы с Флер домывали пол, из-под кровати вылезла ошалевшая и мокрая Софи. Это она вошла первой, громыхнула ведром и разбудила меня воплями. Я спросила ее, чего ее понесло к мальчишкам. Она сказала, что слышала странные звуки: вопли, грохот и шум льющейся воды. Кого они облили первым, я до сих пор не поняла.

…Нет, Лена не перестала нам читать после этого случая. И даже телик разрешила. Кажется, она поняла, что мы безнадежны.

Они закончили только к вечеру. Васька с Руди переругались, а Бад с этой, кажется, охрипли на них орать. Спасенную лодку они торжественно прислонили к скамейке и наконец-то ушли в дом. Бад не забыл метнуть в меня камешек и назвать убийцей, но я так замучилась ждать, пока они закончат, что мне было уже почти все равно.

Едва за ними захлопнулась дверь, из кустов показалась физиономия Лео. Ух, как мне захотелось крикнуть ему тогда, но я боялась, что привлеку внимание этих. Лео осмотрелся и рванул через двор к дому. Что он делает?! Пока я соображала, совсем ли он спятил, решившись сунуться прямо в дом, на моей двери звякнула щеколда.

Я рванула к свободе, наступила на плед, полетела носом на бетонный пол, опять упала на больную ногу, вскочила и выбежала на улицу. Лео удирал впереди. Хлопнула дверь дома. До леса Лео оставалось каких-то десять шагов, но Бад с дружками оказались проворнее. Они догнали его в два счета, облепили как муравьи, все трое. Я даже не сразу поняла, кто схватил меня, пока лицо мне не закрыл все тот же мокрый плед.

– Да что же вам на месте-то не сидится! – Женщина, пахнущая тряпкой, опять втолкнула меня в подвал. В спину тут же влетело что-то мягкое, скорее всего, Лео, и опять за спиной лязгнула задвижка.

* * *

Я сидела в луже, все в той же, которая налилась с мокрого пледа. Второй плед, уже не совсем сухой, я стянула и отбросила подальше на сухое место. Лео сидел на ступеньках и осовело вертел головой. Он не я, не успел еще обжить этот подвал.

– Ты как?

– Сам не понял. Кроме того, что Флер утонула, больше ничего понять не могу. Что вообще происходит?

Я тоже не могла этого понять. Отошла к чердачному окну и села напротив. Во дворе Бад с дружками опять танцевали вокруг лодки. Васька с Руди пытались ее поднять, Бад скакал вокруг и размахивал руками.

– Кататься! Кататься! – командовал Бад, пока Васька с Руди пыхтели где-то под лодкой. Наконец они ее подняли и потихоньку, пошатываясь, понесли по дорожке в лес. Бад скакал вокруг, норовя запрыгнуть на дно лодки, которую несут над головой, но у него ничего не получалось.

На улице уже