Времятрясение - Линда Бакли-Арчер

Ступени библиотеки были заполнены людьми, которые, сгорбившись над книжками, поглощали свой ланч. Несколько человек перестали жевать сэндвичи и неприязненно посмотрел на лорда Льюксона.

Алиса рассмеялась.

— Я не отнесла бы вас к ученым, желающим добиться успеха.

— Так и есть, уверяю вас. Для некоторых книги — все равно что мясо и выпивка, для меня же добиваться смысла, составляя слова из букв, — грустное занятие.

— Ну и сказали! А что вы думаете о Терпеливости и Мужестве?

— Не могу сказать, что это мои любимые добродетели — хотя, несомненно, они привлекательны в незамужних тетках. Нет, для обретения равновесия подайте-ка мне удовольствие и аппетит.

— Никогда не знаешь, когда вы бываете серьезным! — сказала Алиса. — Терпеливость и Мужество — это имена львов!

— Ах… Львов… Тогда да, мне чрезвычайно нравятся львы. — Лорд Льюксон подошел к ближайшему зверю и снял перед ним свою соломенную шляпу. — Это Терпеливость или Мужество?

— Думаю, Мужество.

Леди в сари, сидящая на ступеньках выше Алисы, наклонилась и тихо сказала ей в ухо:

— Думаю, это как раз Терпеливость, дорогая.

— Спасибо, — ответила Алиса. — Пусть этот лев будет Терпеливостью, — крикнула она.

Лорд Льюксон погладил львицу и зарычал на нее. Алиса достала свой мобильник и сделала фото.

— Вы в хорошем настроении! Пребывание в Америке, похоже, вас устраивает.

— Так и есть. Можно сказать, оно и дарит мне удовольствие, и возбуждает аппетит. — Лорд Льюксон засмеялся.

— Что ж, я рада, что вы одобряете землю по эту сторону моря! А эти Терпеливость и Мужество соответствуют львам у подножия колонны Нельсона. Только те сделаны из металла, а не из камня, верно?

Лорд Льюксон пожал плечами.

— Нет, точно не помню, — продолжала Алиса. — Вы, должно быть, ходите на Трафальгар-сквер, это ведь в десяти минутах ходьбы от вашего дома — вы часто там бываете? Вы любите искусство?

Алиса замолчала, поскольку лорду Льюксону, кажется, стало неловко — он, похоже, не понимал, о чем она говорит, и пытался скрыть это. Но ведь он же говорил, что живет в сердце Лондона, на Берд-Кейдж-Уолк…

Лорд Льюксон заговорил так, будто и не слышал ее вопросов.

— Ну-ка, Алиса, мой желудок сообщает, что пришло время поесть. Надеюсь, вы сможете пролить свет на предмет, который меня занимает.

Лорд Льюксон вышел на дорогу и остановил такси. Когда Алиса, следом за своим спутником, садилась в желтый кеб, она вздрогнула, подумав: а вдруг Льюксон — обыкновенный жулик? Или он и правда не расслышал ее вопросов из-за шума машин? Держись, Алиса, сказала она себе.

— Хорошо, что вы увели меня из библиотеки, — сказала она. — В конце концов я так долго занималась, что теперь готова съесть лошадь — ну, или сэндвич, любого размера. Куда мы едем на ланч?

Накрытый на двух человек стол на деревянной террасе над озером в Центральном парке, приободрил Алису. Крякали утки. Солнце светило на белую льняную скатерть и сверкало на воде. Если бы над деревьями не громоздились небоскребы, трудно было бы поверить, что это сердце Манхэттена. Лорд Льюксон изучал меню. Алиса пила холодное белое вино и наблюдала за утками и лебедями, лениво скользящими по воде, и за шаловливыми девушками в лодке.

— Очень мило, — вздохнула Алиса, вытянув руки над головой. Она посмотрела на свет, льющийся через полосатый красно-белый тент. Вино, гул разговоров вокруг и голод — все вместе сделало ее несколько легкомысленной. Внезапно она почувствовала острый взгляд лорда Льюксона. — Спасибо, что привезли меня сюда. Я так давно не была в Боатхаузе, — сказала она. — Люблю обедать в парке.

— Да, ваша тетя говорила мне…

Алиса подняла бокал:

— Что ж, благодарю вас, добрый сэр.

Лорд Льюксон тоже поднял бокал:

— Это удовольствие для меня, Алиса…

Алиса сделала еще одну фотографию своего спутника на фоне солнечного Центрального парка.

— Признаюсь, со времени нашей последней встречи меня кое-что тревожит. Относительно вашего совета — как повернуть ход Войны за независимость…

На лбу Алисы появилась тоненькая морщинка:

— Что же именно вас тревожит?

Лорд Льюксон хотел заговорить, но у стола появился официант.

— Что пожелаете? — с доброй улыбкой спросил официант.

— Я буду салат «Цезарь», — сказала Алиса.

— А вы, сэр?

Лорд Льюксон недовольно глянул на него.

— Шеф предлагает сегодня филе лосося, в корочке с семенами кунжута, на жареном рисе шитаке, с добавкой лука шалота, сдобренного имбирем и соевым соусом, или стейк-филе с тушеными овощами-органик из Вермонта, с соусом из черного перца и…

— Сэр, я пришел сюда обедать, и не желаю знать ни списка ингредиентов, ни инструкции о том, как приготовлено блюдо.

Улыбка на лице официанта увяла. Алиса, пораженная выражением лица лорда Льюксона, предложила ему смягчить тон.

— Будьте так добры, принесите мне мяса и хлеба, и какие-нибудь овощи, точная комбинация для меня значения не имеет.

Официант попытался уточнить, но лорд Льюксон взмахом руки отослал его прочь:

— Название блюда, происхождение ингредиентов и метод приготовления мне абсолютно безразличны.

— Как скажете, сэр.

Алиса чуть улыбнулась, глядя на рассердившегося официанта, который повернулся на каблуках и ушел.

— Вы всегда так грубы с официантами?

Лорд Льюксон вздохнул.

— Вы меня не одобряете. Да. Но я не из тех, кто кается. Слуги должны своим присутствием успокаивать. Меня до крайности раздражает, когда я должен выслушивать лекцию о еде.

— Он плюнет в ваш суп…

— Пфу, пфу! Хватит об официантах. Лучше скажите, что вы думаете о срыве победы в Войне за независимость. С самого начала вы выбрали действия в рождественскую ночь 1776 года, когда Вашингтон успешно перешел реку Делавер…

— Именно так. Положение патриотов было весьма ненадежным. Но Вашингтон ухитрился одержать удивительную победу у Трентона, а через несколько дней — другую победу, у Принстона, что полностью переломило ход войны. Это был кардинальный момент. Если бы Вашингтон не добился успеха, переходя Делавер той ночью, кто знает, возникли бы еще раз такая же воля, такой удобный случай или точное сочетание обстоятельств.

Лорд Льюксон слушал, энергично кивая. Этому симпатичному историку захотелось бы увидеть то, чему стали свидетелями его собственные глаза.

— Поправьте меня, если я ошибаюсь… Если бы Вашингтон проиграл, другие генералы должны были в ту же ночь успешно пересечь реку?

— Вы действительно исследовали эти события, ведь так? Да, были еще две попытки — обе ниже по течению от места, где стоял Вашингтон. Два его командира, генерал Юинг и полковник Кэдуалэйдер,